Страница 22 из 97
Картазаев хотел врезать ему по первое число, но цыплячья шея подростка и откровенный страх не дали ему, как следует распоясаться.
— Владимир Петрович, — буркнул он. — А кто вы все такие?
— А вы что ничего не помните?
— Тебя в упор не помню! — сказал он, все больше раздражаясь, и не замедлил поддеть. — Некультурно отвечать вопросом на вопрос.
— Извините, — покраснел мальчик. — Этот дом принадлежит людям Лешего.
— А Леший он как относится к Ржавому?
— Они враги!
— И то хлеб, — кивнул Картазаев.
Андрей подался к нему и сообщил великую тайну:
— Ржавый зверь. Он людей убивает и на крюки подвешивает, я знаю. Его все наши боятся. Дядя Боря уже второй день пьяный. Остальные разъехались. Тут никого кроме нас не осталось.
— Да, дисциплинка! — пожал плечами Картазаев. — Да не дрожи ты так!
— У меня отец в реанимации, его люди Ржавого подстрелили. А до этого убили обоих папиных братьев. И меня убьют! — в глазах мальчика блеснули слезки.
— У тебя есть выход! — посоветовал Картазаев. — Убей их первыми!
— Вы говорите страшные вещи, — осуждающе проговорил Андрей, Картазаев даже оставил свое занятие, связанное с встряхиванием шкафа и обернулся я к нему.
— А подыхать в четырнадцать лет не страшно? — спросил он.
— Мне пятнадцать, — поправил Андрей. — Я не хочу быть бандитом.
— Этого никто не хочет.
— А вы? — осторожно спросил Андрей.
— Что я?
— Вы тоже не хотите быть бандитом? Но вы же киллер.
Картазаев с треском захлопнул шкаф и подсел к мальчику. Тот опасливо отодвинулся.
— Цель оправдывает средства, слыхал?
— Я с этим не согласен. Я не хочу быть таким как вы. От меня люди и так шарахаются.
— Кто это от тебя шарахается?
— В нашем классе никто не хочет со мной дружить. Я всегда сижу один за партой. Вчера ко мне подсела новенькая, по ошибке, а на следующий день уже сбежала.
— Слушай, не грузи меня своими проблемами! — все больше раздражаясь, проговорил Картазаев. — Мне и так начальник…я хотел сказать, заказчик, всю печень проел!
— Да я не гружу!
— Нет, грузишь! Вот говоришь, никто не дружит. А сам ты умеешь дружить? У тебя бабы были?
— А при чем здесь это?
— При том! Новенькая с ним не сидит! Да девки за версту чуют, когда ты ни на что не способен.
— Она не такая! — выкрикнул Андрей.
— Вставай, поехали! — вскочил Картазаев.
— Никуда я не поеду.
— Еще как поедешь! — зло проговорил Картазаев. — Нюни тут развел. С бабами ему не везет!
Андрей хотел возразить, но Картазаев не дал ему слова сказать.
— Поехали со мной, и я сделаю из тебя настоящего мужика!
Андрею даже самому стало интересно. Вообще то, фигура Картазаева занимала его мысли с самого начала. И братва его уважала. Пока не разбежалась. В самом общении было что-то запретное. "Может, это то, что мне сейчас нужно?" — подумал Андрей. Чувствовать себя обиженным и трястись от страха ему уже приелось. Опять стали просыпаться и сонно ворочаться фамильные гены.
Более менее путную одежду найти так и не удалось. В гараже сыскалась лишь промасленная роба и старая рубаха. Когда Картазаев сел за руль джипа, то Андрей сказал:
— Вот от Кита достанется, если пятна останутся.
— Да плевать на Кита! Ты здесь главный или нет!
Они понеслись в сторону города, и Картазаев поинтересовался:
— Где у вас тут самые крутые бабы?
— В "Мадрасе", — Андрей опять залился краской.
— Что присмотрел кого? Колись!
— Официантка там симпатичная. Валентина. Но я ничего не имел в виду такого.
Картазаев лишь кивнул. Стоило им появиться в помещение бара, как Гоша не замедлил издать негостеприимный рык:
— Куда прешь?
Картазаев выволок из-за плеча Андрея и ткнул в него пальцем:
— Я с Лешим!
— Леший вроде в больнице, — подковырнул бармен.
— Это ты там скоро окажешься, если против Лешего скажешь хоть слово. Где Валентина?
— А я знаю? — буркнул Гоша.
В это время грудастая официантка сама показалась в дальнем углу зала.
— Пойдем отсюда! — панически зашептал Андрей.
— Эта что ли?
Картазаев схватил его за руку и размашистыми шагами направился к Валентине. Она узнала Андрея, но на Картазаева смотрела с настороженностью. Подойдя, он молча потянул ее за собой.
— Что вы делаете? Прекратите!
Картазаев углядел за стойкой бара вход в подсобку и поволок обоих сопротивляющихся молодых людей туда. Бармен сунулся следом, но тотчас столкнулся с Картазаевым.
— Еще раз попадешься на глаза, и первым у Лешего будешь ты, придурок!
В подсобке стоял стол. Картазаев одним махом смахнул с него посуду и наклонил над ним женщину. Сделал два движения. Одним стянул трусики, другим задрал юбку до пояса. Глаза Андрея едва не вылезли из орбит.
— Я не хочу так! — замотал он головой, в ушах били паровые молоты.
— А чтобы Ржавый с Диего ездили на тебе, хочешь? А мужиком быть не хочешь? — напирал Картазаев и обратился к женщине, следившей за приготовлениями со спокойным интересом. — Ну, помоги ты ему!
— И что я, по-твоему, должна делать? — с усмешкой спросила Валя.
— Все приходится делать самому! — возопил Картазаев. — Скидай шаровары!
Уже ничего не соображая, Андрей расстегнул брюки, эрегированный член торчал в полном боевом в ширинке трусов. Паровой молот в ушах мальчика стал тяжелее на сто пудов. Картазаев поторопил:
— Давай!
Тот в панике замотал головой. Все было непривычно и страшно. Картазаев так толкнул его к наклонившейся красотке, что он ткнулся в нее. На головку легли лобковые волосы. Андрей неловкими рывками задергался, и тотчас что-то словно взорвалось у него в низу живота. Ноги подогнулись, из глаз брызнули слезы.
— Как зовут — то тебя? — уже одеваясь, с интересом спросила Валя у Картазаева.
— Вообще-то имя надо было спросить до, а не после.
— Вообще-то, надо было сначала спросить согласия у дамы. Но знаешь, мне понравилось. У меня это тоже первый раз. Во всяком случае, так.
Дядя Боря, Кит и Шершавый приехали в бар спустя часа полтора. Бандиты были зеленые с похмелья.
— Сбежать хотел? — зло спросил Кит. — Кто тебе разрешил джипан брать?
— У тебя не спросил, — парировал Картазаев.
— Пойдем, базар есть, — оборвал перепалку дядя Боря.
— У нас есть к тебе деловое предложение, — продолжил он после того, как за ними закрылась дверь кабинета. — Тебе терять нечего, Ржавый тебя после того, как ты их кинул, подписал, так что тебе остается только подписать его самого. Дело верное. Ты парень ушлый. У тебя получится.
— Вашего ржавого дружка, конечно, сделать можно, — сказал Картазаев. — Только что мне за это обломится?
— Он еще торгуется! — возмутился Кит.
— Погоди, — остановил словоизвержение дядя Боря. — Что ты хочешь?
— Разговора не будет, пока вы мне Томку не вернете, — продолжал гнуть свое Картазаев, с самого начала разговора пытавшийся втолковать бандюганам эту тривиальную мысль.
— Буфетчица твоя покамест у нас побудет, — вальяжно продолжил дядя Боря. — А то, как мы узнаем, что ты нас не кинешь так же как Ржавого? Тот, кто раз кинул, и другой может, уж не обессудь. Она у нас в целости и сохранности будет, я строго настрого наказал, чтоб даже волосок с ее головы не упал.
— Все это радует, но только отчасти, — возразил Картазаев. — Эта чертова баба надоела мне порядком, и бед из-за нее я хлебанул полной ложкой, но все-таки эту дуреху придется мне вернуть, а то разговора не будет.
— Ты слишком много на себя берешь! — вспылил Кит. — Будешь корчить из себя козырного, мы тебя враз в море утопим!
Неизвестно, чем бы кончилась очередная перепалка с Китом. Скорее всего, банальной дракой, если бы начинающуюся ссору не прервал тонкий голосок:
— Надо вернуть ему женщину!
Не сразу все поняли, что говорившим был Андрей.
— Сопливых не спрашивали! — вырвалось у Кита, но дядя Боря остановил его жестом.