Страница 13 из 14
— Помогите же мне!
Тут зрение вернулось, я стал видеть все особенно четко и увидел, что Витина мама смотрит на меня как-то странно. Я не понял, что случилось, но тут меня как скрутило! Меня просто выгнуло так, что я затылком шарахнулся о спинку дивана. Хорошо еще, что она была мягкая. Потом меня скрючило, руки и ноги вывернулись, а краем глаза я увидел, что в комнату вбежал Витин отец, и он закричал:
— Видишь, что ты наделала! Теперь все узнают!
Дальше я не слушал, потому что мне стало невыносимо страшно. Мои руки захрустели, рукава водолазки вдруг куда-то делись. И тут я сообразил, что мои руки становятся длиннее! Они росли и росли, и прямо на глазах покрывались шерстью. Это было ужасно щекотно. Может, мне и показалось бы это веселым, если бы я не знал, что сейчас умру!
Что-то случилось опять с глазами, комната словно вытянулась в глубину, и проявились какие-то слои и очертания. Как будто тени от предметов, которых на самом деле в комнате не было. У Витиных родителей оказалось какое-то свечение вокруг них, оно колыхалось и было ярко-красным у отца и слегка фиолетовым у его мамы. Эти ореолы колыхались, меняли оттенки. Просто жуть! Вдобавок я стал слышать какие-то шумы, которых раньше не было, какие-то скрипы, шелест. «Мыши», — подумал я отчего-то. Мне было страшно так, как никогда в жизни еще не было страшно!
Опять заболел живот, на этот раз — резко, остро, я закричал — нет, завыл, тонко и пронзительно. Схватился руками, да нет — лапами! — за голову, почувствовал, что волосы на голове тоже изменились, стали мягче и короче. Вдобавок уши переехали на макушку и стали острыми.
— Почему-у-у?! — закричал я. — Заче-е-ем?! Я не хочу-у-у!!!
Вдруг перед глазами словно молния сверкнула, в ее свете я увидел замерших в ужасе Витиных родителей, меня пронзила невыносимая боль, и, успев подумать: «Все!», я упал в бесконечную черную пропасть. Сначала я еще что-то чувствовал — диван под собой, какой-то шум в коридоре, а потом все отключилось, и я исчез…
ГЛАВА Х.
Уехали!
— Эй, ты чего? Спишь? — услышал я и открыл глаза. Передо мной стоял Витя. Он смотрел на меня чуть насмешливо.
Я, ничего не понимая, тупо смотрел на него, потом вдруг вспомнил все, что произошло, и вскочил.
— Да что с тобой? — удивленно спросил Витя.
— Я живой? — хрипло спросил я. И испугался — голос!
— Да живой, живой! Что с тобой могло тут случиться? — Витя немного встревожился.
Я посмотрел на свои руки и ничего не понял. Все как обычно. Руки как руки. Никакой шерсти, никаких вывернутых кистей. Ничего! И водолазка на месте.
— Понимаешь… — и тут до меня дошло, что и голос у меня совершенно обычный. — У тебя есть в комнате зеркало?
— Маленькое есть. Если нужно большое, то оно в ванне.
В ванну я идти не решился. Там где-то Витины родители, а с ними встречаться совершенно не хотелось.
— Давай маленькое.
Витя протянул карманное зеркальце, я посмотрелся в него — лицо совершенно обычное, глаза тоже. И вижу я все как всегда, а не тени и ореолы в комнате.
— Да что случилось-то? — забеспокоился Витя.
— Н-ничего, — сказал я. Значит, все приснилось. Я просто уснул на диване, мне все и примерещилось. Ну конечно! Совсем недавно Витя нам рассказал свою страшную сказку, вот она мне и приснилась. Ну, ничего себе, — какие яркие сны бывают! Я вздохнул с облегчением. Хорошо все-таки, что это просто сон. А то бы я не выжил, если бы все это было правдой. Ведь я же не волк, в самом деле!
— Знаешь, у нас олимпиада в понедельник по математике, — сказал я. — Давай завтра сходим погулять на горку, а то скоро потепление обещают, будет каша вместо снега, и не покатаемся уже.
— Давай, — после паузы сказал Витя.
— А ты что к зубному ходил? Зуб заболел?
— Д-да, — неохотно сказал он и спросил. — Это ты комп включил?
— Да, ты извини, я тут полазил немного. Только ничего не успел найти. У тебя какая-то игрушка стоит — «Волк», — так она как начала грузиться, и все. Я сидел-сидел, ждал-ждал и уснул.
— Это ничего, — невпопад сказал Витя. — Это у меня такая игрушка, ее давно выкинуть пора. В ней вирус сидит, и когда она ставится, то начинает все подряд проверять. До утра может проверять, а толку от этого никакого. Так что не переживай, я его вырубил.
— Ничего?
— Нормально. Знаешь, у меня все еще зуб болит, давай завтра поговорим.
Я его понимал. Даже когда с заморозкой зуб сверлят, и то погано потом. Поэтому я не стал к нему приставать и пошел домой.
— Тебе какие-то диски понравились? — остановил меня Витя.
— Да, у тебя два диска «Sims» есть, а у меня их нет. Потом дашь переписать?
— Возьми сейчас. Извини, что я сегодня такой.
— Да я понимаю! — поспешил я его убедить. — Ты не переживай.
Я взял диски, Витя проводил меня до двери. Его родители так и не вышли в коридор. Ну и хорошо. Без взрослых как-то спокойнее.
— Пока, — Витя попрощался со мной. Он был какой-то скучный. Наверное, зуб все еще сильно болел. — Ты отличный парень, — вдруг сказал он.
— Ты тоже, — отозвался я. А что, это ведь чистая правда! И я пошел домой.
На следующий день я проснулся утром такой счастливый, даже не сразу понял почему. А потом вспомнил. Вчера Витя сказал, что я отличный парень. Я стал ждать Витю. Мы вчера не договорились, кто за кем зайдет, но я почему-то не очень хотел идти к нему домой. Сам не знаю, почему.
Поэтому я включил компьютер и начал ставить компьютерную игрушку, которую вчера мне дал Витя. Потом я поиграл в нее, увлекся, как всегда, и оторвался только тогда, когда мама позвала меня обедать. Я быстро поел, посмотрел на часы — было уже два. Ничего себе! Скоро темнеть начнет. Что у него там случилось? Я собрался и пошел к Вите.
Окна его квартиры были темными. Странно. Я поднялся на этаж, позвонил в дверь — тишина. Позвонил еще и прислушался. Тихо. Я уселся на подоконник на лестничной клетке и решил его подождать. Должен же он когда-то прийти!
Ждал я долго. За окном стемнело, и я понял, что на горку мы сегодня уже не пойдем. И все равно я ждал, уже из какого-то упрямства. Внизу хлопнула входная дверь. Я обрадовался — решил, что пришел Витя, и встал. Но это оказалась женщина с сумкой. Она внимательно на меня посмотрела и подозрительно спросила:
— Ты кого ждешь?
— Витю. Волкова, — сказал я и пояснил. — Он вот в этой квартире живет.
— Жили, — поправила меня женщина. — Они переехали. Вчера.
— Не может быть! — вырвалось у меня. — Я вчера у него в гостях был, и они никуда не собирались.
— Не знаю, — недовольно сказала она. — Я только знаю, что вчера поздно вечером пришла грузовая машина, они погрузили туда вещи и уехали.
— Куда? — растерянно спросил я. — Вы не знаете, куда они уехали?
— Они мне не сказали, — отрезала тетка и пошла дальше. А я остался на лестнице. Было ужасно тоскливо. Почему он не сказал вчера, что уезжает! А ведь еще говорил, что мы друзья. А потом я подумал, что все не так страшно — ведь у меня его диски, и он, конечно, захочет их получить обратно. Значит, он объявится. Тем более что он знает, где я живу. А может, он не очень далеко переехал, и останется в нашей школе. Тогда вообще ничего страшного. Жаль, конечно, что сегодня погулять не вышло, но это не страшно. Тут я повеселел и пошел домой. Вечером позвонил Сережке, мы поболтали обо всем, но про то, что случилось у Вити, я рассказывать не стал. Да и вообще, случилось ли что-то?
До понедельника мне было тоскливо. Я все ждал, что вот-вот придет Витя и расскажет, куда они переехали и зачем. Но он не пришел. В понедельник я просто бежал в школу. Я думал, что Витя уже там, но в классе его не было. Весь день я ждал, что он просто опоздал и придет хотя бы к последнему уроку. Поэтому я плохо слушал и только чудом не получил ни одной пары. Так дело не пойдет. Нельзя расслабляться. Витя, может, придет завтра, а собаки у меня не будет. Поэтому я собрался с мыслями и до конца дня очень старался.