Страница 60 из 85
Когда я научился бояться? Не помню. Ведь год назад приходилось прилагать усилия, чтобы выдавить из себя эмоции. Получал извращенное удовлетворение, когда испытывал настоящую злость, ужас или интерес. Бесчувственность — повальная болезнь современности… А теперь как запруду прорвало. И вроде бы хорошо, стал похож на человека. Но в иные моменты мешает. Хочется отыскать рубильник, вернуть в прежнее положение. Ненадолго. Пока минует опасность.
Топот попеременно становился то тише, то громче. Слышалось глухое недовольное рычание, скрипы и удары. Пол подрагивал, пыль взлетала бесплотными облачками. Я спешно настраивался на различные руны. Обтесывал энергию мыслью, лепил из бесформенных сгустков машину. Бесплотную, невидимую, но очень эффективную. Заклятие Телесного Развоплощения — убойная вещь, распыляет плоть на молекулы за доли секунды. Но если промахнусь, умру. Мы все умрем.
Подушечки пальцев кололо иголками. Иногда чувствовался холод, но чаще нестерпимый жар. Руна «Сол» не хотела связываться с «Хагал». И как я ни старался, энергии отталкивались. Символы на камнях тревожно мигали, прямо из воздуха били злые оранжевые искры. Я шипел от боли и злости. Торопливо дул на пальцы и вновь принимался соединять. Оставался последний поток в схеме. С ним наспех склепанное заклинание начнет работать, станет оружием. Но в том и дело — установить энергетическую связь не получалось. Мешали соседние потоки, разности потенциалов на других рунах… Тело колотило от ужаса, в крови плавали целые литры адреналина. Мысли расползались как червяки, прятались по норам. Я раз за разом ловил, искал пути, связывал…
— Саша!.. — долетел издалека голос ведьмы.
— Отстань! — равнодушно буркнул я.
Подставил еще несколько рун. Левая ладонь онемела от холода. Если пойдет в том же духе, от рук останутся обглоданные культяпки. Нельзя так работать с «Футхарком», нельзя. Надо осторожнее, спокойнее… Стоп! Ох, и дурак! Как раньше не додумался?! «Винья», седьмая руна — завершение творения, радость от проделанного дела!.. Я торопливо схватил камень, завязал потоки. И о чудо — получилось! Энергетические веревки прилипли к камню, схема начала накапливать силу. Если рассчитал правильно, руна «Рейд» сработает как спусковой крючок и дуло. Остальные камни — конденсатор или патронник.
— Саша! — опять позвала ведьма. В голосе почудился непритворный ужас.
— Что? — проворчал я. И тут же понял — тишина! Ни топота, ни рычания, ни сотрясения камней. Лишь журчание воды и наше дыхание. Отстало чудище?.. Тогда почему такое странное ощущение пристального взгляда из темноты?..
За мгновением удивления накатил страх. В голове помутилось, в ушах загрохотала кровь. Напряжение чувствовалось буквально каждым миллиметром кожи. И взгляд… Да, исходил из того прохода, куда смотрели девушки.
Преувеличенно медленно я повернул голову. Позвонки захрустели, будто несмазанные шестерни. Я скосил глаза, а тем временем осторожно нащупал руну «Рейд». Энергии чересчур мало, нужно еще минуты три пока контур насыться. Пальцы задели нечто холодное. В мертвенном тишине зала кощунственно громко звякнул металл. Еще перед ритуалом я покопался в груде мусора у крайнего выхода, нарыл более-менее целый меч. Короткий и тяжелый, почти без крестовины, отдаленно напоминающий римский гладиус. Лезвие тупое и выщербленное, сам клинок очень неудобный, больше похожий на дубину. Но что есть, то есть… Я взял руну в левую руку, ладонь правой положил на рукоять клинка. Сосредоточился, несколько раз глубоко вдохнул.
Тьма в коридоре спокойная и глубокая. Обычный подвальный мрак, безобидный и даже немного уютный. Но мурашки по спине забегали сильнее, волосы на голове зашевелились. Неизвестная тварь сверлила пристальным взглядом, пыхтела как паровоз. Секунда тянулась за секундой, напряжение сгущалось. Но глубоко в душе родилось былое хладнокровие. И даже промелькнула скептическая мысль: «Наверняка для монстров сопение в темноте — национальная забава. А если зрители не реагируют, надо выскочить и рявкнуть погромче. Правильно, не жрякать же вместе с дерьмом».
Я приоткрыл непослушные губы, шепнул:
— Быстро за спину!
Медленно встал на ноги, стиснул рукоять клинка. Краем глаза заметил движение — Юля и Соня послушались, крались вдоль стены. Лица серые от страха, губы с синевой. Но хорошо, в обморок не падают…
В лицо как кулак боксера ударил порыв холодного ветра. Из черноты прохода вывалилось нечто огромное и бесформенное, с рычанием бросилось прямо на меня. Но по дороге споткнулось, задело фонтан. Громыхнуло, в лицо ударила пыль и водяная морось. Мелкие осколки засвистели мимо ушей, обломки покрупнее рухнули словно снаряды. Я взвыл от боли и страха. Отпихнул девушек и кувыркнулся сам. А за спиной прогремел взрыв, камни ударили в спину. Плотная волна поволокла по полу и впечатала в буртик бассейна.
Перед глазами сверкнуло, дыхание вылетело из легких. Боль вспыхнула сразу в нескольких местах: висок, локоть и колено, ребра. На долю секунды мрак затопил сознание. Но рефлексы и адреналин не дали потерять сознание. Перехватили управление телом, заставили вскочить… В ноздри ударила едкая вонь. Нечто горячее и огромное со скоростью поезда бросилось навстречу. Я вычленил из голубого марева грозный силуэт твари, направил руну и отдал приказ. Ярчайший желтый свет залил зал, ударил, обжег, разложил на атомы. Резкая боль растворила руку, помчалась дальше. Я почувствовал запах паленой шерсти и плоти, услышал рев, свой жалобный крик…
Сквозь голубовато-желтое марево прорвалась гигантская человекоподобная фигура. Налетела, ударила громадными лапами. Я пригнулся, ткнул клинком. Но тупое лезвие отскочило как от тугой резины. Металл звякнул и хрустнул, в кулаке осталась бесполезная рукоять. И тут же стенобитный таран ударил в грудь. Ребра затрещали, дышать стало нечем. Я почувствовал, что лечу, попытался сгруппироваться. Но боль затопила сознание, изгнала мысли…
Я медленно сполз по стене, упал на колени. Зал крутнулся в глазах. Появился разбитый фонтан, залитый водой и усыпанный обломками пол. Юля лежала без сознания у стены. Лицо бледное, присыпанное пылью. Соня сидела рядом и ошеломленно трусила головой, яростно кричала. Ладони ведьмы с невероятной быстротой складывались в фигуры и знаки.
Ракурс поменялся. В невообразимой вышине темноту рассекала огненная черта. Беззвучно сверкнуло, родилось солнце. Свет отразился от чего-то блестящего, на потолке показался затейливый узор. Целых две секунды я любовался, разглядывал… Извечный мрак поглотил рисунок, низринулся навстречу. Веки отяжелели, закрылись. Послышался отчаянный крик Сони, рычание и топот существа. Я ощутил бешенство, из последних сил попытался встать. Но движение вызвало такую боль, что тело сразу отправило разум в бессрочный отпуск. Сознание отключилось, словно кто-то дернул рубильник.
…Вспышка света, теплое материнское прикосновение. Нечто животворящее коснулось тела. Частично изгнало боль и вытянуло разум из темных глубин. Пришла мысль — амулет Рода вновь помог, влил капельку силы.
Сухой кашель рвал горло. В легкие, словно перца насыпали. Я захрипел, ощутил боль в груди, ободранных локтях и коленях. Голова вообще как колокол. Гудела, звенела на все лады. Из носа и рта вяло сочилось горячее и липкое. Слабость давила стокилограммовой гирей, мешала пошевелить даже пальцем.
Я ощутил движение рядом, напрягся. Но вместо очередной порции боли на лицо вылили пригоршню холодной воды. Вернулся слух. Сквозь полуоткрытые веки пробился голубоватый свет. Я медленно приподнял голову, глубоко вдохнул.
По залу будто проехало несколько танков. Половина бассейна стерта в труху и мелкий щебень, осталась лишь малая часть. Куб покрыт сетью трещин, выворочен с корнем. Вода брызгала из пола вялыми струями, утекала в сточные отверстия. В стенах несколько глубоких колдобин. Пол густо усыпан обломками, повсюду пятна копоти. Неприятно пахло горелым камнем, шерстью.
— Саш, ты как?..
В поле зрения появилось пухленькое личико Юлии. Щеки и лоб измазаны в грязи, волосы серые от пыли. Одежда кое-где порвана, руки и лицо в царапинах, подсохшей крови. Но девушка вроде живая и полная сил. Впрочем, я тут же вспомнил о Тотеме. Даже неактивная магия помогает залечивать раны, ускоряет процесс регенерации. Так что Юлю можно смело бросать в какую-нибудь горячую точку. Выживет, да еще и связку скальпов принесет.