Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 13 из 32

Газета День Литературы # 105 (2005 5)

главная жаба вселенной.

мог бы проснуться, да не хочу.

или проснусь, но тогда уже вместо волос вырастут гвозди.

лысая голова поседеет.

если Суворов кричал петухом, значит, вокруг были бесы.

строгий, как Достоевский.

бес средней руки по-лошадиному пьёт наш чай и телефон обрывает.

видимо, биоробот.

лучше бы был старушатник и алкоголик.

ведьма бальзаковских лет, которую похоть лишает рассудка.

тёща, готовая умереть ради твоей жены.

восстановить бы империю в прежних границах.

Польша, Финляндия, прибалтийские карлики, Туркестан. даже какой-то город в Китае…

необязательный текст.

так же горох отскакивает от стенки.

или возьмём обстоятельства непреодолимой силы.

землетрясения и цунами. сильный пожар в телецентре.

высшая справедливость возможна.

нынешняя долбёжка машин на Варшавском шоссе.

просто посредственность за рулём.

сотни тысяч собак недорезанных. суки и кобели. никого не кусают и бешенством не страдают.

их поголовная стерилизация.

нефть дорожает со страшной силой.

наши вожди измельчали до уровня полевых мышей.

жаль, что не всё удалось в этой жизни.

в Храм никого пинками не загоняют.

проблеск потусторонней надежды.

я вот решил поститься до самой Пасхи. что мне ещё остаётся.

апрель 2005 г.

Алексей Шорохов

«МЫ ПРОТИВ РАЗРУШЕНИЯ…»

Редакторы интернет-журнала “Тёмные аллеи” (Роман Всеволодов, Вадим Шамшурин)отвечают на вопросы “ДЛ”

(Материал подготовил Владимир ВИННИКОВ)

Предыстория третьего по счету выпуска полосы "Сеть и тени", посвященной проблемам отечественной "интернет-литературы" (первый — "ДЛ", 2003, № 11, второй — 2004, № 7), еще раз подтверждает: виртуальное пространство только осваивается нашими единомышленниками, буквально на каждом шагу встречающими равнодушно-враждебное отношение к своим начинаниям. Но — дорогу осилит идущий…

"День литературы". Уважаемые коллеги, прежде всего примите наши поздравления с выходом первых двух номеров интернет-журнала "Темные аллеи", который вы редактируете. Какова концепция этого проекта? Почему возникло "двойное редакторство"? Что стоит за подчеркнуто "бунинским" названием? Только ли "надежда"?

Роман ВСЕВОЛОДОВ. Различие наших вкусов и литературных пристрастий позволяет быть более объективным при подготовке каждого нового номера и не превращать журнал в некое монархическое государство, где всё вершится по воле одного человека.

В результате "Темные аллеи" становятся примером компромисса в давнем споре, что важнее в литературе — "как" или "что"? Спор этот порой велся столь ожесточенно, что форма стала уже чуть ли не антонимом содержания. Тогда как это — вещи неразрывные, и только их гармоническое соединение определяет ценность художественного произведения.

Я, в отличие от Вадима, сторонник реалистических традиций, — и для меня важнее как раз "что", а для него "как". Но при этом я готов подписаться под словами Тынянова, сказанными им в пору борьбы с формализмом: "Называть писателя, заботящегося о форме своего произведения — формалистом, всё равно, что называть автора, пекущегося о содержании, — содержанкой".

И наш журнал как раз должен стать примером компромисса в давнем литературном споре об иерархии формы и содержания. Пример гармонии этих двух важнейших составляющих любого художественного произведения — "Тёмные аллеи" Бунина. Так что название журнала — своего рода знак для людей, знакомых с литературой.

Вообще, литературу в наше время можно сравнить с тёмными аллеями.

Человеку, привыкшему мерить свою жизнь не столько обычным временем, сколько прочитанными книгами, необходим воздух печатных слов. Но сейчас книжные аллеи темны — и воздух в них загрязнен. Трудно им дышать, и окружающее в этой темноте не столько дарит отдохновение, сколько пугает — ведь страх придает самому невинному предмету очертания кошмарного видения.

К счастью, ночь сменяется днем. И мы надеемся, что наш журнал хоть немного поможет наступлению утра.

Думаю, что "Темными аллеями" должен называться именно литературный журнал, а не сайт гей-клуба, — к сожалению, этот реальный факт — примета нынешнего времени, когда и Бога пытаются выставить как "брэнд".

"ДЛ". Как интернет-пространство современной культуры соотносится с ее "сферой обитания" офф-лайн, какие новые и значимые явления вы в нем выделяете? Не является ли российское интернет-сообщество с его 10 миллионами пользователей "страшно далеким от народа", или оно представляет собой "точку роста" России в настоящем и будущем?

Р.В. Не пользоваться в наши дни Интернетом — всё равно что писать гусиным пером и не перепечатывать свои произведения на компьютере. Интернет — это одновременно и гигантская энциклопедия, и возможность непосредственного общения, возможность быть услышанным в любом городе, любой стране. Это очень важно сейчас, когда разрушена система книгораспространения. У нас в городе (огромном городе — Петербурге) — существует всего два литературных журнала, — и при этом их нельзя купить практически ни в одном книжном магазине. А ведь журналы эти имеют огромную историю.

Самонадеянно было бы выпускать печатный журнал нашими скромными силами и надеяться, что мы сможем сделать так, чтобы он попал в другие города, давно уже отчужденно живущие друг от друга. В наши дни и города стали чужими друг другу — не только люди.

А Интернет — это уникальное — общее культурное пространство, где у человека есть огромный выбор, — не то что в журнальном киоске. И мы хотим, чтобы благодаря нашему журналу этот выбор стал чуть-чуть больше.

Для нас очень важно, что "Темные аллеи" — это именно журнал, а не литературный сайт. Сайтов (и профессиональных, и графоманских) — не счесть, а литературных интернет-журналов с четкой структурой и периодичностью — лишь несколько.

В наше хаотическое время четкая структура вносит какую-то упорядоченность. И у нас уже есть читатели, которые ждут нового номера. Ведь в былое время журналы имели огромное значение для читающего человека — каждый новый номер становился событием, соизмерялся с тем, что происходило в твоей собственной жизни, встречи с ним ждали как с близким другом. Хотя нас уже обвинили в том, что наш журнал — "это последний гвоздь в гроб литературы", мы все-таки надеемся, что и он станет для многих событием — другом, собеседником.