Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 26

Поэтому надо понимать, что ты пишешь повесть, а не киносценарий. И если тебе в голову приходит какая-то сцена, это еще не значит, что она подойдет. Однако, если ты все-таки испытываешь проблемы с развитием действия, попробуй закрыть глаза, и представить себе сцены одну за другой. На этом этапе не надо отвлекаться на их качество, смысловую нагрузку и т.д. – все это можно будет сделать потом, когда сдвинешься с мертвой точки.

КОГДА НАЧИНАЕТСЯ ПОВЕСТВОВАНИЕ?

Бывает, что с этим сомнений нет. Однако, если акция разыгрывается на протяжении многих лет, с эти могут быть проблемы. С чего начать – с биографии героя, или сразу окунуться в вихрь событий? Если речь идет о выборе подходящего момента, есть две возможности.

1. Можно описать фон (вкратце, либо подробно), а затем ввести первое важное событие, предшествующее самой акции, и далее вести рассказ в хронологическом порядке.

2. Можно начать с этого события, а затем, продвигаясь последовательно вперед, подбрасывать необходимую информацию, которая позволит героя или героиню расположить в контексте повести. Изменение Франца Кафки начинается с большого "бум": "Когда Грегор Самса пробудился однажды утром в своей постели после очередного кошмара, то обнаружил, что превратился в чудовищного таракана".

Третья возможность, редко встречаемая и которая, в принципе, является вариантом двух предыдущих, основана на том, что рассказ начинается с конца, и сама история выглядит, как воспоминания. Владимир Набоков начал так свою Лолиту: "От убийцы всегда можно ожидать, что он блеснет изысканной прозой. Господа судьи, вещественным доказательством номер один есть то, что в серафимах, обманутых, простых, возвышенных серафимах будило зависть. Посмотрите на этот терновый венец."

После этого начинается второй раздел: "Я родился в 1910 году, в Париже".

Если ты собираешься ввести какой-то фон, должен задуматься, что с его помощью хочешь открыть. Естественно, тебя не обязывают никакие правила, но если событие, начинающее историю (т.е.первый импульс - я объясню этот термин в разделе 4), не окажется в двух-трех первых главах, читатель может потерять терпение. Фон твоей повести играет ту же роль, что декорации в опере: интересно, конечно, и даже на какое-то время привлекает к себе внимание, но если увертюра звучит слишком долго, люди начинают вертеться на своих местах. Большинство людей читают повести для акции, не для сценографии.

Нарушение хронологической последовательности посредством начала с конца, либо через ретроспекцию или прыжки во времени, является техникой, которую использовали многие авторы, например, Джозеф Конрад в Ностромо. Однако это весьма специфичная операция, использовать ее следует только при необходимости. Большинство повестей развивается с течением времени, и большинство читателей эти совершенно удовлетворены.

КТО НАЧИНАЕТ ДЕЙСТВИЕ?

Вопросом, кого выбрать на героя или героиню, мы займемся в разделе 8. Персонаж, с которого начинается история, совершенно не обязан быть протагонистом – есть определенная драматургическая польза в том, чтобы оттянуть момент его появления. Толкиен поступил так в своем "Владыке колец",получив замечательный эффект. До того, как сам Арагорн появился на сцене, персонаж этот до такой степени конкретизировался, что это произошло совершенно естественно.

ПОЧЕМУ ИМЕННО ПОВЕСТЬ, И ПОЧЕМУ ЭТА ПОВЕСТЬ?





Самый трудный, и в каком-то смысле самый важный вопрос, - это ПОЧЕМУ? Хотя может быть ты и не сможешь толком на него ответить, стоит его себе задать, потому что в нем кроются другие, не менее важные, например: какая форма для моей повести будет самой лучшей? Хватит ли собранного материала на целую книгу?

Когда наступает этот момент готовности писать? Ты уже много сделал, придумал до определенной степени фабулу, начал осваиваться с персонажами. В каком моменте надо вложить в машинку чистый белый лист бумаги и поставить первый знак? Это зависит от писателя. Если говорить обо мне, то я люблю, чтобы моя повесть достигла определенного момента, и тогда внутри что-то лопается. Первое слово не появляется с минутой конца подготовки, и не появляется, когда каждый поворот акции имеет свое место в фабуле, - если бы так должно было быть, то слово могло бы и не появиться. Я начинаю писать, когда сама история начинает этого требовать, а это обычно происходит тогда, когда оживают персонажи. В этот момент происходит нечто вроде бесшумного взрыва, а материал совершает качественный переход из одного состония в другое. Собирание и упорядочивание становится творчеством, и рождается повесть. Это минута насколько же волнующа, насколько и тревожна, потому что до этого момента я только готовился к тому, чтобы быть писателем. И вот теперь я им СТАЛ.

Если позволишь идее расти до достижения определенной критической массы, может оказаться так, что она начнет жить своей собственной жизнью. В определенном смысле, повесть уже существует, тебе остается только ее написать.

"Повесть была уже как бы написана, она носилась в воздухе на электронной сети. Я слышала, как она разговаривает сама с собой. Я чувствовала, что едва сяду и начну прислушиваться, как она явится передо мной, готовая полностью."

А.С.Биатт

Какова дистанция между первым замыслом, и первым словом? Сколько времени проходит с первого проклевывания зерна? Из моего опыта получается, что это может длиться от нескольких месяцев до года. Это не значит, естественно, что все это время я занимаюсь обдумыванием своего нового проекта; очень часто внимание поглощено совершенно другими делами. Однако я все время помню, чтобы регулярно подливать и подкармливать замысел, проверяя время от времени, как он развивается. Время идет, замысел разрастается, а я посвящаю ему все больше внимания. Лично я не люблю что-либо торопить, хотя люди бывают разные. Единого рецепта здесь нет – надо только помнить, что семя требует определенных условий. Его нельзя заставлять, потому что можно легко уничтожить. Подливать его надо умеренно – не слишком много, не слишком мало, чтобы не высохли листья или не сгнили корни. Это проблема сохранения равновесия между старательным планированием и спонтанностью: если начнешь слишком рано, проект может оказаться незрелым, а ты запутаешься в своей истории; если же начнешь слишком поздно, то может не хватить энтузиазма. Помни – повесть не машина, а писатель - не механик.

В один прекрасный момент ты поймешь, что дальнейшее оттягивание не имеет смысла, и тебе не остается ничего иного, как поставить, наконец, на бумаге тот первый знак. Быть может, цель явится тем временем только в общих чертах, а может, ее вообще не будет видно. Есть только один способ узнать, что случилось в этой истории – ты должен ее написать.

"Когда начинаешь писать повесть, то словно идешь на футбольный матч. Заранее знаешь, в чем смысл игры, и каковы ее элементы, но никогда не можешь предвидеть, что произойдет. Результат узнаешь, только когда игра закончится."

Томас Кенели

А посему, сними колпачок с пера или включи компьютер. Возьми несколько глубоких вдохов, принеси обет своему божеству либо плюнь через плечо и пообещай себе: "Ну хорошо, хотя я не слишком хорошо понимаю, что делаю, с чего-то начинать надо", - после чего бросайся с головой в омут своей повести. И пока не будешь мешать словам, они сами найдут дорогу на бумажные страницы, а если удастся тебе выполнять это достаточно долго - в этом беспрестанном лавировании – то однажды совершенно ни с того, ни с сего обнаружишь, что написал нечто вроде повести.

От всей души советую на этой ранней фазе жизни повести, не разглашать никому своих мыслей и задумок. Не идет речь о том, чтобы держать все в секрете, просто сам творческий процесс имеет характер глубоко личный и натуры он весьма деликатной: преждевременное проявление может его убить. Поэтому на вопросы отвечай уклончиво. Не из страха, что кто-то украдет твою идею, но потому, что твой собственный энтузиазм иссякнет, если ты слишком много на эту тему будешь распространяться. Некий писатель сравнил разговоры о повести, над которой в этот момент работает, с поливанием сада из резинового шланга и одновременным наполнением ванны: в водопроводной сети падает давление. Какой-то контакт с окружением, конечно, нужен, но еще не в ту минуту, когда любая реакция может смертельно ранить твои чувства. Перебори соблазн рассказать о том, что делаешь – у тебя достаточно времени, чтобы окрепнуть, и тогда показать миру свою повесть.