Страница 63 из 66
— А почему он тебя выбрал? — не сдержался фолк.
— Он не выбирал. Понимаешь… Ладно. Я тебе кое-что всё-таки скажу. Род не отказывает в общении никому. Все, кто пожелают, могут обращаться к нему запросто. Только надо этого очень захотеть.
— Я что, недостаточно хочу? — надулся Рыська.
— Есть ещё одно условие… Надо понять, что ты общаешься с Родом…
— Не понял! Это как?
— А так… Вот разговариваешь ты, положим с Семёном, думаешь что это самый обычный суседко, а он оказы-вается Абсолютом.
— Семён — Абсолю-ут!? — аж задохнулся фолк.
— Рыська! — возмутился непонятливости друга Май. — Это я к примеру.
— А-а…
Я всё больше и больше начинала беспокоиться о муже и Рыське. Время идёт, а они не возвращаются. Судя по решительному настрою любимого супруга, то направился он карать огнём и мечом… Вот только кого? Я старалась отгонять неприятные мысли, но они были очень настойчивы и с маниакальным упорством возвращались в мою несча-стную голову. Периодически выводить меня из задумчивости пытались то Джинни, то Марла, то не в меру заботли-вый Кощей. Получалось у них это плохо и ненадолго. Кто сообразил обратиться к старшим товарищам, я не поняла, но в какой-то момент меня снова все покинули, но зато пришла Баба Яга с занятным старичком.
— Вот, Варенька, знакомься, это сказитель наш, Родион Кузьмич! Лично был знаком и водил дружбу с Ариной Родионовной.
— Здравствуйте, — я попыталась встать, как воспитанная особа, но старичок протестующе вскинул руки.
— Сиди, деточка, сиди. Я вот тут рядом устроюсь. Друзья твои беспокоятся за тебя, — он внимательно посмот-рел на меня живыми, и удивительно весёлыми глазами.
— Беспокоятся?
— Сидишь, грустишь одна, когда все веселятся, — он легко дотронулся до моего плеча, словно успокаивая. — Не волнуйся, они скоро вернуться.
— Андрей и Рыська? — он утвердительно кивнул. — А, откуда Вы знаете?
— Кому ж, как не мне знать, — приосанился старичок и вздёрнул кучерявую бороду, — нам, сказителям, всё на-перёд ведомо.
— Всё? — не поверила я.
— Мне, — заговорчески шепнул Родион Кузьмич, — всё!
— Спасибо, — получилось у меня грустно, и я опустила голову. Спасибо, конечно, друзьям, что беспокоятся о моём душевном спокойствии. Вот, самобытного психолога мне подсунули… сидит, утешает меня, а я не утешаюсь. Вот увижу мужа, тогда успокоюсь. А пока…
— Ты отвлекись от своих дум, Варя, — не оставлял попыток старичок. — Давай поговорим с тобой.
— О чём?
— О чём хочешь… О Баське, например, — он кивнул на василиска, сыто развалившегося в трёх метрах справа от нас.
— О Баське… он меня сегодня спас, — я грустно улыбнулась.
— Это и так и не так, — огорошил меня сказитель. — Василиски не могут контролировать свои смертоносные способности и все, попадающие под их взгляд каменеют полностью, но… Твоя вера в доброту Баськи сделала из него не убийцу, а спасителя. Такого до тебя не удавалось никому.
— Моя вера? — я с ужасом подумала, что если бы не моя шальная мысль о панцире, Баська мог… — Баська мог меня убить?
— Не-эт! Тебя? Нет, конечно! Он и глаза открыл только потому, что ты этого сама хотела. Его поступок не причина, а следствие. И смог он это только благодаря тебе!
— Надо же… А Снежная? — вдруг вспомнила я неожиданный поступок бабра. — Почему она Окулу… эээ… поймала.
— Тут всё просто, — горестно вздохнул мой собеседник. — Месть.
— Месть? Как это?
— Кровная вражда, — печально покивал головой старичок и устремил свой взор в сторону Безмирья. — Пом-нишь, в прошлом году, когда вы у нас впервые появились, творились тут у нас разные нехорошие дела?
— Как не помнить, захочешь забыть — не получится, — проворчала я.
— Вот в то время и помогала Окула мужу своему Злоду устанавливать капканы в Безмирье. По-видимому, за-пах свой они не очень хорошо уничтожали… А бабр — хищник очень памятливый. Как добро, так и зло всю жизнь помнит. Снежная — дочь Груни… Груня попала в капкан, будучи уже на сносях. Ей хватило сил родить котёнка, но справиться с капканом она не смогла. Потом Лютый их нашёл и стал подкармливать. Пока Груня была жива, Снежная была рядом с ней, а потом… Лютый увёл её в «Березань». А сегодня Окула, когда покушение на тебя не удалось, бро-силась в панике бежать, и надо же — наткнулась на злопамятную кошку. Вот так Снежная и отомстила за свою мать, а заодно и за тебя.
— Всё так просто? — поразилась я. — А мне рисовались невероятные картины передачи мыслей на расстояние…
— А, ведь кто знает, Варя… С твоей силой всё возможно. Уж больно точно Снежная на эту мерзавку вышла.
— Вы скажете, — засмущалась я.
— А вон и суженый твой идёт, — обрадовал меня Родион Кузьмич, кивая куда-то за спину.
Я оглянулась в сторону леса. Рыська и Май бодро приближались к нашему биваку. Я скосила глаза на скази-теля и заметила его лукавую усмешку, спрятанную в усы. И как это он смог заметить приближающихся к нам со спи-ны мужчин? Вроде такой дар есть только у моего мужа… Или не только у него? Я ещё раз внимательно посмотрела на сидевшего рядом мужчину и обомлела… Старичок? Да кто его так мог называть? Голова и борода седые, но лицо ру-мяное, достаточно молодое, глаза, опять же… Под просторной косовороткой угадывалось сильное тело… Кто же Вы, господин сказитель?
— А вот и мы! Здравствуйте, Родион Кузьмич, — радостно доложился Рыська. Мужчины пожали друг другу ру-ки.
Мне показалось, что когда сказитель жал руку Маю, слегка кивнул ему и Май так же, еле уловимо ответил. Интересно, интересно… это какие такие дела связывают моего Андрюшеньку с Родионом… Я вопросительно взгля-нула на мужа, а он, как ни в чём не бывало, уселся рядом и стал наворачивать рыжики.
— А мяса нет? — поинтересовался голодный хищник Рыська. Я покачала головой. — Сейчас принесу.
— Мне тоже пора, — вслед за фолком, стал подниматься сказитель.
— Подождите, я же вас не познакомила, — спохватилась я.
— Да мы уже…, - склонил голову мне на плечо Май, — знакомы.
Почему-то я не удивилась. Родион Кузьмич раскланялся с нами и направился в ту сторону, откуда только что пришли мужчины.
— Ты знаешь, кто это? — спросил меня муж.
— Догадываюсь, — обречённо вздохнула я и крикнула удаляющемуся сказителю. — Родион Кузьмич, а у вас со-товый телефон есть?
Тот на ходу обернулся к нам, снова лукаво улыбнулся и погрозил мне пальцем. Так оно и есть…
— И как ты догадалась? — весело осведомился Май. — Рыська до сих пор пребывает в блаженном неведении.
— А ты? — в ответ поинтересовалась я.
— Дома расскажу, а то, вон Рыська возвращается, а это — секрет.
— И ему знать нельзя? — удивилась я такой несправедливости.
— Можно, но он должен догадаться сам. Это непременное условие.
Я слушала мужа не то, что бы раскрыв рот, а совершенно конкретно опустив нижнюю челюсть до уровня гру-ди. Кто бы мог подумать, что он у меня такой: во-первых — скрытный; во-вторых — сообразительный; в-третьих — та-лантливый. Это надо было такое придумать и провернуть. Оказывается, ему не давала покоя мысль, что он не в со-стоянии быть мне защитой, что это мне приходится быть непробиваемой каменной стеной в нашей семье. Нападение волкодлака практически убедило его в своей никчёмности, и он крепко задумался. Логично рассудив, что божья искра — зга, дарованная нам обоим Абсолютом, должна иметь одинаковый потенциал силы. А раз так, то выходит, что Лоц-ман свою силу использует по минимуму, а надо… по максимуму. И стал он экспериментировать. Первым подопыт-ным кроликом он выбрал меня, пытаясь в моё отсутствие определить расстояние между нами. Удивительно, но эта задача оказалась совсем не сложной. Андрею даже удавалось определять с кем я, если человека он знал лично. Сле-дующим этапом стало выискивание всех знакомых подряд. Успехи были более скромные, но и тут он мог практически безошибочно отследить Марлу (что вполне понятно) и Белого Волка (что было удивительно). Остальные отыскива-лись с разными погрешностями. И вот тогда Май замахнулся на святое… тем более что ему требовались ответы на его насущные вопросы. Он начал искать Рода. То, что Создатель должен находиться в созданном им мире, не вызывало у него сомнений. А то как же он проворачивал свои дела с нашим появлением в Порубежье. Ведь коту ясно, что это он привёл их в том году на Заставу… Близкое расстояние, которое выдавал поиск, сначала сильно озадачило экспе-риментатора, а потом он решил: «Чем чёрт не шутит!» и рискнул. Это произошло как раз в тот день, когда уничтожили волкодлака и он вместе с Рыськой ходил в Волчановку.