Страница 28 из 86
Майкл Милкен — феноменально одержимый человек. Не исключаю, что им, как и средневековым создателем Голема, двигали самые благие намерения. Не только теории Милкена, но и все его поступки несут яркую печать гениальности: это относится и к тому, как в течение 15 лет он держал на наркотической игле безумно рискованных "мусорных облигаций" все пенсионные и сберегательные фонды страны, и к тому, как после выхода из заключения он целиком отдался финансированию онкологических исследований и общенациональных образовательных программ. В любом случае рассказ о Милкене не должен вестись ироническим, саркастическим, обвинительным или каким бы то еще ни было ерническим тоном, как это принято почти повсеместно среди его критиков. Я также постараюсь удержаться от истерического восторга и боготворения — отличительных черт сторонников Милкена, которые и сегодня ни на йоту не изменили отношения к своему кумиру. Больше всего я хочу, чтобы читатель самостоятельно составил представление об этом человеке, чья история равно уместна в рубриках "Великие аферы ХХ века" и "Наши великие современники".
В шестом издании фундаментальной Колумбийской Энциклопедии сказано так: "Майкл Милкен, урожденный Ван Нуис, американский финансист, прозванный "королем мусорных облигаций". Работал в компании Drexel Burnham Lambert Inc., где ввел в практику корпоративных поглощений и слияний использование долговых обязательств неинвестиционного класса. На пике успеха в 80-х годах о личном состоянии Милкена ходили легенды: по сообщению государственных агентств, Drexel заплатил ему 296 миллионов долларов в 1986-м и 550 миллионов — в 1987 годах. В 1989 году федеральный суд обвинил Милкена в нарушении федерального законодательства о ценных бумагах и вымогательстве. В 1990 году Милкен признал себя виновным в махинациях с ценными бумагами в обмен на отказ со стороны государства от более тяжких обвинений в инсайдерстве и вымогательстве. Он был оштрафован и приговорен к 10 годам тюремного заключения. В 1991 году его срок был сокращен до двух лет тюрьмы и последующих трех лет испытательного срока. Милкену было пожизненно запрещено заниматься бизнесом, связанным с ценными бумагами, и после выхода из тюрьмы он служил консультантом по деловым стратегиям. Однако Комиссия по ценным бумагам и биржам пришла к выводам, что эта работа Милкена явилась нарушением условий испытательного срока, и инициировала новый судебный процесс. В 1998 году Милкен добился заключения мирного соглашения с Комиссией, отдав правительству 42 миллиона долларов, которые получил в качестве компенсации за свои консультативные услуги с учетом процентов. Милкен страдает от рака простаты. В 1993-м он учредил фонд для финансирования научных изысканий по излечению своего недуга. В 1996 году Милкен создал Универсум Знаний (Knowledge Universe), компанию, предоставляющую образовательные услуги".
Несмотря на то, что суд над Милкеном состоялся более 10 лет назад, ожесточенные баталии не прекращаются ни на мгновение и сегодня. Майкла Милкена поминают то как бескорыстного героя-революционера (чуть ли не брата товарища Че), пекущегося о малых мира сего, то как последнего проходимца и негодяя. Предлагается рассматривать преследование Милкена со стороны генерального прокурора Джулиани (будущего мэра Нью-Йорка) в таком ряду: "Ленин против свободного предпринимательства" и "Гитлер против евреев". Ни больше, ни меньше. Цитирую трактат "Великие личности и достижения, уничтоженные низменным человеческим духом": "Энергичный финансист Майкл Милкен превратил американскую неконкурентоспособную и пораженную депрессией экономику в вибрирующую, мировую державу". И далее: "Что случилось с блистательной героической личностью? Милкен и его компания не совершили никаких объективных преступлений. Наоборот, движимые добрыми намерениями, они принесли неисчислимые блага обществу. В самом деле, паразитическая элита, уничтожая невинного Милкена, сама творила разрушительные преступления не только против Милкена и компании "Дрексел", но и против всех американцев". Далее перечисляются те, кто сгубил героя: "Паразитический элитный класс, бесчестные политиканы, коррумпированные средства массовой информации, вооруженные бюрократы и судьи-карьеристы".
Высокообразованные апологеты Милкена стараются не бить по эмоциям и лишь смещают акценты в сторону морали ("Милкен — символ жадности 80-х"), постоянно подчеркивая, что претензии к Милкену не носят уголовного характера, особенно после того, как государственный обвинитель пошел на отвод статей по вымогательству. В результате все так называемые преступления Милкена оказались связаны с "несовершенством системы отчетности и бухгалтерии".
Перед тем как сложить с себя полномочия, президент Билл Клинтон собирался внести Милкена в знаменитый "президентский список помилований", однако в последний момент под мощным давлением со стороны Государственной Комиссии по ценным бумагам и судебных инстанций был вынужден исключить "короля мусорных облигаций" из числа 130 счастливчиков. Это при том, что был помилован Марк Рич — чудовищный по цинизму аферист, укравший сотни миллионов долларов и просто сбежавший из страны.
Полагаю, пора, наконец, разобраться, что же сотворил на самом деле Майкл Милкен. Экономическое образование он получил в престижнейшей школе Уортона (Wharton School). По собственному признанию, выдающийся финансовый успех пришел к нему не от особой гениальности, а благодаря усидчивости: Милкен всегда работал на порядок больше, чем остальные. В институте он возглавлял группу спортивной поддержки, был председателем студсовета, а по ночам зарабатывал на пропитание официантом в столовой. Последний факт особенно впечатляет, поскольку Милкен происходит из очень состоятельной семьи. Учился Майкл, в основном, по вечерам, а днем торговал облигациями в одной из самых крупных инвестиционных контор того времени "Дрексел Бернхам Ламберт".
Милкен учился в Филадельфии, поэтому на работу приходилось ездить на рейсовых автобусах. Получался 15-часовой рабочий день. На торговой площадке Милкен появлялся в 4:30 утра и оставался там до половины восьмого вечера. Как пишет летописец героя Джей Эпштейн, Милкен завтракал бутербродом и газировкой. Обедал тем же самым. Никаких сигарет и кофе, не говоря об алкоголе.
К своей работе Милкен подходил не столько творчески, сколько скептически. В начале 70-х годов рынок долговых корпоративных обязательств почти полностью состоял из высоконадежных облигаций так называемого "инвестиционного класса", которые эмитировали избранные "голубые фишки" — компании с могучей капитализацией и долголетней историей. Получалось, что доступ к дешевому финансированию был открыт лишь 600—700 компаниям, все остальные оказывались за бортом. Среднему и малому бизнесу Америки приходилось довольствоваться краткосрочными кредитами коммерческих банков по неприлично высокой процентной ставке. Как раз против такого положения дел и восстал Майкл Милкен. По крайней мере так он сам объясняет свое неодолимое революционное желание модернизировать рынок долговых обязательств и расширить его за счет облигаций неинвестиционного класса, так называемых "мусорных облигаций", junk-bonds.
Хотя Милкена и величают не иначе, как "королем мусорных облигаций", справедливости ради нужно сказать, что эти ценные бумаги существовали задолго до него. Было, правда, одно важное отличие: "мусорные облигации" традиционного образца принадлежали все тем же "голубым фишкам", которые в силу временных финансовых затруднений либо в результате изменения конъюнктуры рынка теряли высокий рейтинг, монопольно присваиваемый агентствами Moody’s и Standard & Poor’s. Неслучайно такие облигации называли "падшими ангелами", fallen angels. Очевидно, что в подобных обстоятельствах эти бумаги полностью оправдывали свое "мусорное" название: ведь по ним почти никогда не производилось купонных выплат.