Страница 43 из 70
Отчетливость артикуляции изменяется и в зависимости от ситуации. И здесь важным фактором, влияющим на отчетливость и, следовательно, разборчивость речи, является фонетический стиль произношения. Многие люди замечают, что в некоторых словах часто проговариваются не все звуки, например: [шыис'ат] или даже [шс'ат] при произнесении числа 60 вместо нормативного [шыз'д'ис'ат]. Возможны также такие варианты произнесения, при которых пропадают звуковые различия между фонетически сходными словами, например: [д'эушка] вместо «дедушка» или «девушка». Если мы внимательно прислушаемся к себе, то наверняка заметим, что часто говорим: драсти (здравствуйте), буим, бум (будем), терь (теперь), чо (что), щас (сейчас), грит (говорит), ваще (вообще) и др.
На такую «дикционную неряшливость» обращают внимание те, кто заботится о красоте звучания речи, и прежде всего актеры, мастера звучащего слова. В.Г. Артоболевский[32] указывал на необходимость особой чуткости к требованиям дикции и орфоэпии в случаях словосочетаний, образующих «смысловые сдвиги», например: «Слыхали ль вы?» – «Слыхали львы»; «под арку» – «подарку»; «однако пусто» – «одна капуста». В таких случаях надо «произносить так, чтобы исключить возможность «сдвинутого» восприятия (при помощи паузы между словами, правильного слогоделения, точного произнесения, требуемых оттенков звука…)». Известная актриса Р. Зеленая в своей статье, посвященной чистоте русского языка, привела следующие примеры искажения звучания слов: запарк (зоопарк), кацу (к отцу), ститварение (стихотворение), тятр (театр), арадром (аэродром), филял (филиал) и др[33].
С чем же связано неряшливое произношение, от чего оно зависит? Конечно, прежде всего, от скорости, с которой мы говорим, т. е. от темпа речи. Кроме того, тщательность произношения зависит также от ситуации: как правило, общаясь с хорошо знакомыми, близкими людьми, в непринужденной обстановке и т. д. мы не всегда заботимся о том, чтобы речь звучала красиво.
В зависимости от темпа речи и от четкости произношения в устной разговорной речи различают три стиля произношения: полный, нейтральный, разговорный[34]. В разговорном (и частично в нейтральном) стиле отчетливость артикуляции нарушается. Чтобы избежать нечеткости и научиться артикулировать отчетливо при любом темпе речи, необходимо выполнять специальные упражнения, нацеленные на укрепление мышц артикуляторных органов. Система таких упражнений используется прежде всего в театральных учебных заведениях, при обучении студентов сценической речи. Процесс обучения достаточно трудоемок и занимает много времени, при этом необходим контроль со стороны преподавателя. Однако самостоятельные занятия также возможны, в этом случае необходимо контролировать себя самостоятельно. Рекомендуется записывать свою речь на магнитофон и внимательно прослушивать записи.
Для самостоятельных занятий можно использовать методику развития артикуляционных навыков, разработанную для детей школьного возраста. Такая методика представляет собой упрощенный вариант методики обучения сценической речи. Далее мы приводим комплекс таких упражнений.
Манера произнесения включает в себя присущий человеку темп речи, продление или редукцию слогов и т. п. Каждый из нас имеет собственную манеру выговаривать слова, которую охарактеризовать словами бывает довольно трудно и гораздо легче воспроизвести путем подражания. Доказательством этого служат многочисленные пародии на известных политических деятелей. Близкие люди, долго живущие вместе, перенимают друг у друга и манеру произнесения.
Манера произнесения определяется не только (и не столько) характером артикуляции, а главным образом, специфической ритмической структурой слова (соотношением по длительности и интенсивности ударного и безударных слогов в слове), а также особыми модификациями интонации.
Произносительная манера тесно связана также с привычным для человека стилем произношения, о котором мы уже говорили. Нормативная, стандартная манера соотносится с полным или нейтральным стилем, а все индивидуальные особенности произнесения присущи именно разговорному стилю. Например, слово «человек» некоторые произносят как [чьлав'ек], а некоторые – всегда как [чек]. Манера произнесения часто характеризуется диалектными особенностями ритмики и интонации.
Выделяются следующие недостатки речи, которые можно отнести к манере произнесения. Они не являются языковыми и относятся к парафонетике.
1. Эканье – вставка паразитических звуков типа [э], [м: ] и т. п. в паузах между фразами или словами, часто как знак размышления или колебания. Это звуки неполного образования, часто менее интенсивные, чем языковые. Иногда они незаметны, а иногда очень заметны и вызывают раздражение у слушающих. Рекомендуется избегать эканья в ситуациях делового общения, поскольку наблюдаются социальные проявления нарочитого эканья по отношению к «низшим» социальным слоям.
2. Продление гласных и иногда согласных в конце фразы также как знак раздумья или колебания. Чаще всего продляются гласные в союзах что, и, в словах-паразитах ну, вот, в некоторых предлогах, в слове это, иногда в личных местоимениях.
3. Задержка дыхания на вздохе, что происходит неосознанно, когда речевое звучание должно появиться буквально в следующее мгновение и еще не закончилась фаза контроля и селекции речевых единиц.
4. Шумные вздохи (вдох и выдох) перед началом фразы. Они также неуместны и нежелательны с точки зрения речевой этики в официальной обстановке.
5. Чмоканье, которым обычно заполняют часть паузы, необходимой для обдумывания. Оно меньше контролируется говорящим, чем эканье или шумные вздохи. Чмоканье неприятно для слушателя, поэтому важно уметь контролировать этот процесс.
6. Назализация – произнесение в нос конечных гласных в словах. Это происходит из-за небрежного, преждевременного опускания мягкого неба (и язычка) еще до окончания фразы. Назализация оценивается как вульгарная черта в речи.
7. Эмканье, смыкание губ в конце слов, когда гласный еще звучит (в городе[м], девушки[м] и т. п.). Это также следствие речевой небрежности, которую следует преодолевать.
Для улучшения речевых навыков, касающихся манеры произношения, необходимо постоянно слушать и стараться точно воспроизводить нормативную речь полного или нейтрального стилей. К сожалению, образцы такой речи сейчас уже редко можно услышать даже по радио и телевидению, это преимущественно речь людей, прошедших специальную подготовку, – профессиональных дикторов и актеров. Существуют лингафонные курсы русского языка для иностранных учащихся, которые также содержат образцы нормативной русской речи. Всем, кто хочет улучшить свою манеру произнесения, можно порекомендовать заниматься самостоятельно по этим курсам.
УПРАЖНЕНИЯ ДЛЯ УСТРАНЕНИЯ ДЕФЕКТОВ ДИКЦИИ
Упражнения, развивающие мышцы артикуляторных органов, различны по своему характеру, но независимо от этого, их надо начинать с артикуляционной гимнастики, которая «разогревает мышцы», подготавливая их к основным упражнениям.
Артикуляционная гимнастика включает следующий комплекс упражнений:
1. Удерживание губ в улыбке, передние верхние и нижние зубы обнажены.
2. Вытягивание губ вперед трубочкой.
3. Чередование положения губ: в улыбке – трубочкой.
4. Спокойное открывание и закрывание рта, губы в положении улыбки.
5. Высунуть широкий язык.
6. Высунуть узкий язык.
7. Чередование положений языка: широкий – узкий.
8. Поднимание языка за верхние зубы.
9. Чередование движений языка вверх – вниз.
10. Чередование следующих движений языка (при опущенном кончике): отодвигать язык вглубь рта – приближать к передним нижним зубам.
Каждое упражнение следует повторить 5–7 раз.
Далее осуществляются специальные упражнения, развивающие мышцы различных артикуляторных органов. Эти упражнения можно разделить на три вида: 1) произношение слогов, 2) произношение скороговорок, 3) речь с «камушками» во рту[35].
32
Артоболевский В.Г. Очерки по художественному чтению. – М., 1959.
33
Цит. по: Петрякова А.Г. Культура речи: Практикум для 10–11 классов. – М: Издательский центр «Academia», Издательство «Флинта», 1996. – С. 22—23
34
См. об этом в главе 1.2.
35
Упражнения взяты из кн.: Львов В.В. Обучение нормам произношения и ударения в средней школе: 5–9 кл.: Книга для учителя. – М.: Просвещение, 1989. – С.135–137.