Страница 3 из 13
* * *
Капитан Крестьянинов,ротный,убежденный холостяк,высокий, длинный, как расстояниеот Севастополя до Камчатки.Как хорошо было с тобой выпивать,такой от тебя шел простор, такой аромат,будто выпивали за одним столомсо всеми народами СССР.Улыбка твоя – как открытая дверьв теплый, гостеприимный дом,рукопожатие – клятва в вечной дружбе.Где ты, друг мой? Живой?Помнишь ли ты меня?Тебе нравилась моя застенчивость,я внимал твоим отеческим наставлениям -никогда не забуду святые твои слова:«Учись у меня, Сашок, только одному -как выпивать каждый день и не стать алкашом,это великое искусство!»Я был молоденьким лейтенантом,шел пятьдесят шестой год,Хрущев размазал по стенке Сталина,а у нас в роте половина солдат – грузины.С утра до вечера они задавали один и тот же вопрос:«Почему Хрущев молчал, когда Сталин был жив?»«Почему Хрущев молчал, когда Сталин был жив?»«Почему Хрущев молчал, когда Сталин был жив?»Капитан Крестьянинов построил роту и ответил:«Потому что он боялся, что Сталин его убьет».«А почему он не признается, что боялся?»«Почему не признается, что боялся?»«Почему...»«Потому, что это и так понятно.Кому не понятно, прошу выйти из строя».Никто не вышел.Когда мы покинули казарму,ты закурил и сказал:«Сталин, конечно, палач,но Хрущев тоже большая сука».ЧЕЧНЯ
На снегучетыре отрубленные головы,четыре красные пуговицына застегнутомбелоснежном имперском мундиреРоссии.* * *
Что угодно принимает облик человека,что угодно надевает на себя два глаза, два уха,что угодно издает членораздельные звуки,что угодно составляет половину человечества.ЕЩЕ
Я так много в последние месяцы думал о смерти,готовил душу к излету,что сегодня, вдруг в зеркале себя увидав,искренне удивился:о, да я еще жив!Какое открытие!Я люблю вас, три замечательных слова:Я ЕЩЕ ЖИВ.Особенно обожаю ЕЩЕ -еще поглядим,еще погуляем,еще выпьем водочки, черт возьми.Еще что-то намазюкаем, напишем,еще что-то скажем такое,чего, может быть, до нас никто не сказал.А почему бы и нет!О, как мне любо это слово ЕЩЕ!Я глажу каждую из трех его буковок,этот красавец Щ,трехтрубный пароход, трехголовый гигант,и эти две евицы-девицы по бокам,куда, интересно, этот щеголь Щведет двух евочек под руку?Известно куда – на бал,который этой ночью дает Саша Гельманв честь того, что он ЕЩЕ тут,а не там.* * *
Небеса, небесаподнимают менянеизвестно кудаА я беспечен,как царь на пенсии -какая мне разница,куданесут меня облака.Мне все равно -совсем уж худонигде-никогда мне не будет,я – царь на пенсии.«А почему пенсия такая маленькая,если ты царь?» -спрашивают пролетающие птицы.А я им не отвечаю,я не обязан отвечать каждой воронена глупые вопросы -я царь на пенсии!«А кто тебе сказал, что ты царь на пенсии,может, тебя обманули?»А я отвечаю:«Как меня могли обмануть,если я царь на пенсии,кто посмеет?»А кто-то, я слышу, говорит кому-то:«Да он сумасшедший, свихнулся от недоедания».А я делаю вид, что не слышу. И вообще:откуда им знать, как питаютсяцари на пенсии,это военная тайна!Небеса поднимают менянеизвестно куда,а я беспечен,как царь на пенсии -какая мне разница,куданесут меня облака...* * *
О лень моя, Лень Исааковна,в обнимку с тобой, моя славная,я боле-мене пристойнопрошел через всю мою жизнь.Люди думали: надо же,еврей, а не марается,с начальством огрызается,а я тебе подчинялся,моему генерал-ЛЕНЬтенанту,доверял тебе руки, ноги,слушался беспрекословно.Ты меня научилауклоняться от предложенийиз щедрых казенных зданий,удерживала от посещенийбесстыдных собраний,учила не спешить, опаздывать,дела на завтра откладывать,умножать потом на потом.Без тебя меня б совратили!Это ты из меня сотвориладостойного гражданинаСегодня, на старости лет,подводя черту под судьбой,до касания лбом землисгибаюсь перед тобой,сестра моя, ленушка,учитель мой, Лень Исааковна,спасительница моя.