Страница 7 из 30
Если то, что устроено нам "этим летом", не геноцид, то что в таком случае — геноцид?
Владимир Винников СТРАНА, КОТОРУЮ МЫ ПОЛУЧИЛИ...
Мы продолжаем дискуссию о феноменах перестройки и ГКЧП (см. «Завтра», 2010, №№ 26-28, 31-32).
Девятнадцатилетие ГКЧП — дата, конечно, не круглая. Но это уже такой временной срок, который позволяет говорить о некоей целостной исторической эпохе и подводить итоги пройденного пути без лукавых ссылок на то, что процесс только-только пошёл, что прошлые трудности свели на нет грядущие достижения и тому подобное: "да-да, нет-нет, остальное от лукавого". А то, что "лихие девяностые" и "отстойные двухтысячные", несмотря на все видимые и невидимые различия между ними, тем не менее, составляют собой единую историческую эпоху, по сути, являясь "двумя сторонами одной медали", никакому сомнению не подлежит.
На основании даже весьма "отретушированных" официальных статистических данных последнего двадцатилетия теперь вполне можно проследить "этапы большого пути" "новой России", чтобы понять, "кто мы? откуда? куда мы идём?"
А поскольку человеческое сознание лучше всего воспринимает аналогии, в том числе исторические, то нынешняя ситуация относительно событий 1991 года хронологически представляет собой, скажем, 1960 год по сравнению с военным 1941-м или 1936 год по сравнению с революционным 1917-м.
ВпроЧем, все свои успехи и достижения советская власть сопоставляла с данными вовсе не победного для неё 1917 года, а с последним "мирным" годом Российской империи — 1913-м. Поэтому и нам в своих сопоставлениях логичнее отталкиваться от последнего "мирного" года Советского Союза, 1989-го, когда он еще не был окончательно разрушен горбачевской "перестройкой".
Конечно, нынешняя Российская Федерация — только часть былого СССР, она значительно (почти на 5,4 млн. кв. км) меньше по территории и гораздо (на 151 млн. чел.) меньше по населению, а также по экономическому потенциалу. Однако наши сравнения будут основаны не на абсолютных количественных, а на относительных качественных показателях, так что этой весьма существенной разницей можно пренебречь. Да и в целом не следует забывать о том, что РСФСР, в отличие от РФ, была не отдельным государством, а республикой в составе СССР, поэтому процессы естественного движения населения (рождаемости, смертности, миграции) в ней проходили совершенно в иных условиях, нежели сегодня.
Советский Союз упрекали в том, что его темпы социально-экономического развития намного отставали от темпов социально-экономического развития стран Запада, в первую очередь США. Тем не менее, в 1989 году Советский Союз в целом (то есть включая и "передовые" прибалтийские, и кавказские союзные республики, превосходившие по данному показателю РСФСР, и "отсталые" среднеазиатские, уступавшие российским показателям) занимал 26-е место в мировом рейтинге уровня жизни (индекса развития человеческого потенциала, ИЧРП) ООН. По итогам 2009 года имевшая более 80% запасов природных ресурсов и почти 70% производственного потенциала при 48% населения СССР Российская Федерация в этом рейтинге заняла "почетное" 71-е место. Конечно, по сравнению с 1995 годом, когда наша страна оказалась 114-й, это вроде бы прогресс, а вот по сравнению с наивысшим для "постсоветской" РФ достижением: 57-е место в 2002 году, — опять-таки регресс, причем немалый.
Средняя продолжительность жизни в РСФСР (в целом по Советскому Союзу данные принципиально вычисляются по союзным республикам, но в открытой печати их обнаружить не удалось) 1989 года составляла 69,57 лет (мужчины — 64,21, женщины — 74,47 лет); в РФ 2009 года — 65,9 лет (мужчины — 59,2, женщины — 73,07 лет). Как видим, налицо весьма заметное снижение, особенно у мужчин, средняя продолжительность жизни которых остается ниже пенсионного возраста.
Рождаемость в РСФСР 1989 года составляла 14,6‰ (случаев на 1000 населения), смертность — 10,9‰, естественный прирост, соответственно, 3,7‰. В 2009 году рождаемость в РФ зафиксирована на уровне 12,4‰, смертность — 14,2‰, естественная убыль (а не прирост) населения — 1,8‰.
То есть социально-экономический эффект от "рыночных реформ" 1990-х—2000-х годов для жителей России в целом был, есть и на обозримое будущее остаётся отрицательным. Но это в целом, а в частности, конечно, примерно 1% населения РФ резко — до уровня долларовых миллионеров и выше — улучшил своё благосостояние, а еще около 15% как минимум ничего не потеряли от этих "судьбоносных перемен". Однако пять из каждых шести россиян оказались ниже черты благополучия, которое имели в советское время, что предопределило гигантское цензовое расслоение современного российского общества.
Занимая по итогам 2009 года третье место в мире после США и КНР по числу долларовых миллиардеров (62 человека против 403 и 64), РФ обладает не только рекордными традиционными индексами имущественного неравенства: например, децильный коэффициент (отношение доходов самых богатых 10% населения к доходам самых бедных 10%) в 2009 году составил 16,7 против 4,3 в 1989 году, — но имущественное расслоение в нашей стране носит такой глубокий характер, что традиционные индексы неравенства на самом деле не отображают, а скрывают истинную глубину имущественного неравенства: так, "внутренний децильный коэффициент" самых богатых 10% превышал 40 единиц, то есть собственность в стране сегодня распределена исключительно неравномерно, около 50% национального богатства приходится на 1,5% богатейших людей с российским паспортом. Если представить, что все они в одночасье вдруг эмигрируют (а российские сверх-богачи, по признанию экс-миллиардера Сергея Полонского, поголовно "сидят на чемоданах") вместе со своими деньгами, наша страна сразу окажется не вдвое, а в десятки раз беднее.
Такой уровень неравенства делает социальную ситуацию в стране чрезвычайно нестабильной, поскольку, с одной стороны, интересы защиты собственности требуют гигантской армии охранников, государственных и частных, включая сюда госаппарат, которые сами ничего не производят, а с другой — снижает уровень оплаты за производительный труд ("один с сошкой — семеро с ложкой"), уничтожая мотивацию к нему у остальной части населения, а в ряде регионов (преимущественно — "национальных" республик в составе РФ), в силу их культурно-исторических особенностей, вызывая массовое вооруженное сопротивление федеральным властям. Тем более, что на общесоциальное российское неравенство накладывается неравенство региональное. Производство ВВП на душу населения в Тюменской области продолжает оставаться, например, в несколько сотен раз больше, чем аналогичный показатель в Республике Ингушетия, что приходится "компенсировать" за счет повышенных дотаций из федерального бюджета в ущерб регионам с преимущественно русским населением.
Если помните, Советский Союз упрекали в излишнем "интернационализме", в раздаче неоправданных экономических и финансовых преференций на "идейной" основе по всему миру, а также в попытках ускоренного развития своих национальных окраин. Сегодня мы видим, что эта практика ничуть не изменилась, только к получателям российских активов добавились такие мощные "реципиенты", как США (различными путями вывезено более 2 трлн. долл.) за рубежом и Чечня (на "восстановление конституционного порядка" и "восстановление экономики" в одной этой республике с 1992 года ушло свыше 400 млрд. долл.).