Страница 20 из 47
Гости стояли одни посреди пустого зала.
— Где же моя невеста? — спросил с нетерпением Гунтер.
В тот же миг распахнулись двери. В зал вошла сотня воинов с мечами на изготовку. Воины выстроились вдоль стен. За ними в окружении нарядно одетых дев появилась сама Брюнхильда.
Была она юна, красива, шествовала важно, но никто бы не догадался, взглянув на нее, что боги одарили ее особенной силой.
Все четверо гостей поклонились ей. Она же подошла прямо к Зигфриду:
— Рада вас видеть, Зигфрид. В прошлый раз вы посетили мою землю случайно, вас пригнали волны и ветер. Что привело вас с друзьями в мое королевство на этот раз?
— Королева, разговаривая со мной первым, вы оказываете мне честь не по заслугам. Я — лишь простой вассал. — И Зигфрид слегка отодвинулся, указывая на Гунтера. — Вот мой король и повелитель, Гунтер Бургундский. Он известен многими доблестями, королевство его обширно, богато, а привела его в вашу страну любовь. Я же здесь лишь потому, что он решил взять меня в спутники.
— Вот как! Вы, оказывается, всего-навсего вассал бургундского короля? — Брюнхильда не скрыла ни удивления, ни разочарования. — Что за любовь привела этого короля в мое королевство? — Она повернулась к Гунтеру.
Но Гунтер лишь раскрыл от волнения рот, выпучил глаза, да так и стоял.
— Мой король, — вмешался вновь Зигфрид, — влюблен в вас, королева, давно и всем сердцем. Он совершил столь дальнее плавание с одной лишь целью — назвать вас своею женою. В его могучее королевство входит много богатых земель на Рейне. Множество графов, герцогов ходят в его вассалах. И я прошу вас подумать, надо ли назначать ему испытания.
— Если ты обыкновенный вассал, а твой господин и в самом деле мечтает на мне жениться, надеюсь, ты предупредил его, что я еще никого не избавляла от состязаний! — высокомерно ответила королева. — Надеюсь, ты предупредил его также, что в случае проигрыша он будет казнен до заката. А проиграет он обязательно.
— Позвольте спросить вас, королева, что за состязания вы предложите нашему королю? Неужели они так трудны, что он откажется от мечты сделать вас своею женою? — с недоверием спросил Хаген.
— Состязания простые. — Королева говорила спокойно, величественно, и все-таки перед Хагеном стояла обыкновенная дева, пусть ослепительной красоты, пусть королева, но не воин же богатырь! — Ваш король будет состязаться со мною в умении владеть копьем и бросать камень.
— Должен вам сказать, что король наш — доблестный воин, — не сдержался Хаген.
— Не спешите, — перебила его королева. — Не торопитесь с решением. Еще не поздно отказаться и вернуться на корабль. Оружие вам вернут, едва вы покинете мой замок. Подумайте хорошенько, — она почти уговаривала их, — иначе всех четверых ждет бесчестье и смерть. Уже сегодня, до заката.
— Как быть? — заколебался король. — Своей жизнью я готов рисковать, но вашими…
— Отвечайте спокойно и смело, — тихо сказал Зигфрид. — До заката она станет вашей невестой.
— Я готов на ваши условия. — Король вновь горделиво выпрямился. — Ради любви к вам я выдержу состязания и в сто раз труднее.
— Ну что ж, король, напросились сами, — усмехнулась Брюнхильда и громко скомандовала: — Принести доспехи!
Несколько человек бросились выполнять ее повеление. Один внес алый подлатник из аравийского шелка, расшитый золотом, другой — панцирь, третий — шлем.
— Выходите во двор. Состязаться будем немедленно, — приказала королева.
Исландские воины направились к выходу из дворца. Один из них учтиво указал рукой на двери и гостям.
— Не слишком ли быстро мы согласились, — проворчал Хаген так, чтобы его слышал лишь Данкварт. — Видел, как ловко она схватила доспехи? Что будем делать?
— Не знаю, — уныло ответил Данкварт. — Боюсь я позора.
— Теперь уж поздно отказываться, придется идти. — Хаген оглянулся в поисках Зигфрида. — Куда делся Зигфрид?
— Он что-то шепнул королю, а потом встал у меня за спиной. Не пошел ли он охранять корабль?
— Нас окружают враги, и лучше держаться всем вместе. Нашего друга сегодня трудно понять. Что толку, если он отсидится у судна, а нас предадут здесь позору!
Позади замка на зеленой лужайке был широкий утоптанный круг. Исландским воинам испытания были не в редкость — это Хаген и Данкварт поняли по тому, как каждый из них точно знал свое место. Плотной стеной встали они по кругу, все при оружии.
— Ох, слепые щенки, одни лишь мы без мечей!.. — простонал Хаген.
В середину круга вышла Брюнхильда, одетая так, словно ожидал ее здесь смертный бой. Четыре крепких мужа-оруженосца с натугой несли вслед за нею широченный стальной щит, отделанный золотом, с металлическими застежками. Щит этот был толщиною с ладонь по краям и ладони в три посередине. Вверху, в правом углу щита, блистала золотая корона. Подщитный ремень был отделан драгоценными каменьями.
Оруженосцы, отдуваясь, поднесли щит к королеве, и она, словно играя, взяла его в левую руку.
— Видел, как она подхватила свой щит! — простонал Данкварт.
— Видел, — отозвался Хаген. — Ни одной деве на земле не сделать такое. — И он с яростью повернулся к Гунтеру: — Вы влюблены в дьяволицу, мой король! А мы из-за вашей любви погибнем с позором.
В это время три воина тащили уже через поле копье неимоверных размеров. Огромное древко, сделанное из доброго бревна, завершал такой же огромный, остро отточенный кованый наконечник.
— Да что же такое творится здесь! — вновь воскликнул Хаген, глядя, как Брюнхильда быстро и ловко засучивает рукава.
«Я погиб! — подумал Гунтер с ужасом, увидев копье. — Такое копье я едва ли смогу поднять. И Зигфрид меня не спасет. Зачем согласился я на бой! Что толку мне в этой любви, когда от нее лишь позор и смерть!»
— Да, король! Могли бы поискать невесту и поближе! — Хаген словно услышал его мысли. — В глупое дело мы вовлеклись из-за нашей любви. Без боя, по приказу какой-то девы, нас казнят, как слепых щенков. И мы не сумеем поддержать ни вас, ни друг друга.
— Будь у нас мечи, мы бы с них спесь посбивали! — подтвердил Данкварт. — Вы только взгляните: как смотрит на нас эта дева! Жаль, нет меча! Уж ее-то жизни я бы лишил, если б вздумалось им предать нас позору!
— Тише, она идет к нам. — В голосе Гунтера послышалась надежда. — Может, скажет, что все это шутка. Объявит, что так проверяла мою любовь и нашу храбрость?
— Пустые мечтанья, нас спасут только наши мечи!
На этих словах Хагена королева и подошла.
— Ваши мечи? — Брюнхильда усмехнулась. — Столь храбрые воины не могут жить без мечей?! Эй, принесите оружие нашим гостям! — распорядилась королева громко. — Вы согласны, король, начать состязанья с копья? А потом, если останетесь живы, бросим и камень? — Во взгляде ее были лишь насмешка да презрение.
— Мы согласны! — ответил за короля Хаген, видя, как несут их мечи. — Пока мы при оружии, король не побежден.
Но успокоение их длилось недолго. Брюнхильда, кивнув, отошла, взмахнула рукой.
И тут же, раздвигая исландских воинов, толпящихся у края круга, двенадцать мужей с трудом пронесли к центру могучий метальный камень.
— Да, мой король, сам дьявол сгодился бы ей в мужья! — снова рассвирепел Хаген. — А по виду — юная дева, и только.
Брюнхильда уже стояла около камня. Подхватив копье, она крикнула в их сторону:
— Прикройтесь щитом, король! И прощайтесь с жизнью!
«Это последнее, что я вижу, — оцепенело подумал Гунтер. — И Зигфрид мне не помог. Не глупо ли умирать, как беспомощная зверушка?..»
Неожиданно ноги его мелко задрожали, руки ослабли, и он чуть не выронил щит.
И в это мгновение кто-то тронул его за металлическое оплечье. Король с ужасом дернулся, оглянулся. Рядом — ни слева, ни справа — никого не было.
— Не пугайтесь, король, это я, Зигфрид, — прозвучал из пустоты тихий голос. — И я спасу вас.
Едва лишь в зеленом мраморном зале Брюнхильда приказала нести ей доспехи, Зигфрид, стараясь быть незамеченным, выбрался из дворца. Незамеченным ему выйти не удалось. Его узнавали, с ним здоровались с почтением и сочувствием.