Страница 24 из 44
– Какое проявление истинной демократии! – заявила она. – Только представьте себе! Не только старшие офицеры, но и неопытные помощники должны присутствовать при заключении договора!
Джелико усмехнулся.
– На самом деле Мак-Грегор хочет изменить ваш рабочий статус. Он предлагает вам место в торговом отделе своей фирмы.
– Что? – воскликнула она, безуспешно стараясь заставить товарищей прекратить смех.
– Совершенно верно, – подтвердил суперкарго. – Он утверждает, что тот, кто сумел довести двух его сильнейших конкурентов чуть ли не до кулачного боя простым размахиванием ткани, заслуживает самой высокой должности в «Каледонии, Инк.» – Серьезно, Раэль. Он прекрасно понимает, что вы сделали, и обещает вам – при известных способностях и старании большое будущее в своей компании.
– А зачем тогда он говорит моим начальникам, что собирается переманить меня? – прямо спросила она.
– Он не хочет пользоваться репутацией недобросовестного человека и отпугивать возможных покупателей. К тому же, – добавил Джелико, – он, вероятно, считает, что у него нет особых шансов переманить вас. Космонавты обычно не уходят со звездных путей, как бы их ни прельщали.
– И уж конечно не на такую планету, как Кануч, – согласилась она с чувством. – Когда мы с ним встречаемся?
– В полдень. Он угощает нас ленчем в самом дорогом ресторане Кануча «Двадцать два». Это у самого берега, так что не очень налегайте на эти синтояйца и сосиски.
– Не бойтесь. Я заказала для Синдбада, не для себя.
Али откинулся на мягкую обивку скамьи, с трех сторон огибавшую стол.
– Теперь, когда это решено, – протянул он, – можно послушать интересный рассказ. Вчера, кажется, никто не упоминал о кулачных боях.
– Мы к тому времени уже ушли, – сказал капитан. – На обратном пути к «Королеве» встретили Дика Татаркоффа, и он подтвердил, что чуть не состоялось несколько драк из-за его шелка.
– Он был совершенно счастлив, – продолжил рассказ Ван Райк. – Продал шелк по самой высокой цене, потом почти за такую же сумму продал небольшой кусок, который давал осматривать. И все остальное тоже продал, хотя по более умеренным ценам. Он клянется, что в трюме у него только несколько обрывков ткани, и если бы он нашел их вовремя, то и их продал бы с выгодой.
Джелико осторожно поставил на стол небольшой ящичек и достал из него две бутылки.
– Из личных запасов Татаркоффа. Вы это заработали, Раэль. Вам и решать их судьбу.
Женщина взглянула на этикетки. Вино. Гедонского разлива, золотисто-белое, сухое. Виноградник настолько хорош, что она помнила его название. Если захотят, они легко продадут это вино.
Она покачала головой. Нет. Дик – известный ценитель вин. Его личный погреб стал легендой, и он хранил его исключительно для своего удовольствия, не для торговли или обмена. Именно для этого подарены эти бутылки, и она считала, что так их и нужно использовать.
– Мы заслужили небольшую роскошь. Отдадим их Фрэнку и посмотрим, что он даст им в сопровождение. Ему это понравится. Ведь здесь есть доступ к свежим продуктам.
Глава 18
Раэль пригладила несуществующую складку на своем мундире. Форма действует на нее угнетающе, подумала она. С ее высоким воротником, с ее строгим стилем она все время заставляет чувствовать свое несовершенство.
Может, в этом отчасти цель мундира. Небольшая неуверенность в себе постоянно заставляет быть настороже...
Она взглянула на своих спутников. Джелико тоже в мундире, но если он и чувствует какую-нибудь неуверенность или неудобство, то никак этого не проявляет.
Ван Райк, шедший в нескольких шагах впереди, вероятно, самая поразительная фигура, с его большим ростом и могучей фигурой, состоящей из подвижных мышц, но она находила Джелико более впечатляющим. Стройный, сухощавый, с кошачьей грацией, выработанной долгими годами в космосе, с ореолом власти и ответственности не только за благополучие, но и за саму жизнь подчиненных, он выглядел как настоящий хозяин межзвездного корабля с опасных пограничных линий. Жесткие черты лица, изуродованная бластером щека, стальные глаза только усиливали это впечатление.
Раэль разглядывала подвижную толпу. Хозяин попросил их явиться в вестибюль этого самого высокого здания в Кануче, пообещал встретить там и провести наверх, в дорогой ресторан.
Мужчины приветственно подняли руки, и она принялась разглядывать шедшего им навстречу человека.
Эдру Мак-Грегор похож на Джелико, сразу решила Раэль. Он старше, в волосах его больше седины. Глаза голубые, лицо круглое и полное, но эти двое одной породы. И в космонавте, и в жителе планеты безошибочно чувствовались сила и независимость духа. У этого нелегко выторговать душу или прибыль.
Канучец двигался им навстречу сквозь толпу. Он сразу протянул старшему землянину руку в универсальном приветствии.
– Вы вовремя. Приятно снова встретиться с вами, капитан Джелико, мистер Ван Райк.
– Нам тоже приятно, мистер Мак-Грегор, – ответил капитан. Он сделал знак Раэли. – Это доктор Раэль Коуфорт.
Мужчина склонил голову в старомодном поклоне. Глаза его сверкнули, казалось, они проникают ей в самую душу.
– Вы прекрасны, доктор Коуфорт, но я рад видеть, что вы смертны, подобно всем нам. Мне было бы не очень приятно иметь дело с призраком.
Ее улыбка стала шире.
– Ну, вы все равно справились бы, если бы это обещало хорошую прибыль.
Мак-Грегор рассмеялся.
– Вы правы, доктор.
Хозяин провел их к огражденной канатами платформе лифта. Подходя к женщине-лифтеру, он сказал: «У нас заказан столик на четверых». Сказал без всякой необходимости, потому что при его приближении женщина сразу начала поднимать преграду.
На платформу поднимались и другие пассажиры, в основном пары, иногда тройки. Вступая на платформу, все смолкали, даже Эдру. Все пришли сюда не для удовольствий, а в такой тесноте деловые разговоры вести нельзя.
Заполнившись, лифт начал подниматься. Раэль прислонилась к столбу ограждения и смотрела на быстро удаляющийся заполненный людьми вестибюль.
Вскоре люди внизу стали похожи на живые игрушки.
Лифт экспресс и не останавливался в пути, поэтому он поднимался с большой скоростью. Но двигался он абсолютно гладко, а нужно нечто большее, чем простой подъем, чтобы вывести из равновесия космонавтов.
Через несколько секунд платформа замедлила движение и мягко остановилась на двадцать втором этаже. Космонавты вышли и обнаружили, что находятся на ступице широкого медленно вращающегося колеса, на котором было расставлено множество столиков, некоторые у самого края. Такое расположение их не удивило: оно очень старое, но остается популярным.
Людям нравится обедать в таких условиях, когда перед ними открывается прекрасный все время меняющийся вид.
Джелико вынужден был согласиться, что ресторан прекрасно использует этот обычай. Вместо обычной плоской крыши и высоких широких окон весь ресторан был накрыт большим куполом из стеклостали, толщиной в несколько дюймов, но таким прозрачным, как будто его вообще не было. Вечером, когда над головой сияют звезды и две маленькие луны Кануча, а внизу горят огни многолюдного города, отражаясь в воде гавани, это, должно быть, особенно великолепное зрелище, подумал капитан. Днем большая часть этого великолепия отсутствует, потому что высокие крутые берега залива по обе стороны открывают вид только на невыразительный индустриальный пояс, скрывая находящиеся за ним жилые районы. Но гавань несколько скрашивала картину. Здание не настолько высоко, чтобы не видны были подробности сцены под ним, и полный активной деятельности порт захватывал внимание наблюдателя.
К их группе приблизился человек в форме.
– Мой обычный столик с краю, – прошептал Эдру, – но если это вас беспокоит, мы его сменим. Вы здесь для того, чтобы наслаждаться хорошей пищей, и я не хочу, чтобы из-за необычности места ваше небо потеряло чувствительность.
При этих его словах гости увидели, что он имеет в виду. Ресторан уходил за стены здания, и нависающая часть пола была сооружена из того же материала, что и купол. Столики, казалось, подвешены в воздухе.