Страница 70 из 86
По расчетам Гарри Гульда, полянка находилась на высоте двухсот футов над уровнем моря.
— А если это так, — заключил он, — то нам понадобится еще пять-шесть часов, чтобы достичь вершины.
— Прекрасно, — обрадовался Фриц, — значит, когда мы придем туда, будет еще совсем светло, и в случае необходимости у нас будет в запасе время, чтобы спуститься вниз.
— Вы правы, Фриц, но при одном условии: если дорога не удлинится многочисленными поворотами.
— Да и вообще неизвестно, приведет ли она к вершине, — засомневался Франц.
— Выведет ли ущелье к вершине или хотя бы к склону скалы, что сейчас об этом гадать. Ведь от этого все равно ничего не изменится. Будем принимать вещи такими, какие они есть, — рассудил мудрый боцман.
Разумная мысль! Но какое горькое разочарование, какой удар обрушатся на этих мужественных людей, если ущелье не выведет наружу…
После короткого получасового отдыха отправились дальше. Ущелье достигло в ширину уже десяти — двенадцати футов, но становилось все более извилистым, сплошь усеянным по песчаному дну мелкими камешками и полностью лишенным растительности, а это наводило на мрачные мысли. Это значило, что вершина горы скорее всего такая же бесплодная, ибо в противном случае в ущелье непременно попали бы семена или ростки, принесенные дождями, и они бы выросли, а так ничего… даже пучка мхов или лишайников!
Около двух часов дня устроили привал на обед, выбрав на этот раз маленькую полянку, освещаемую солнечными лучами с запада. По расчетам капитана, они находились сейчас на высоте 700–800 футов, так что появилась надежда, что вершинного плато можно будет достичь.
Когда закончили обед, Фриц обратился к сидящей рядом Дженни:
— Дженни, советую тебе остаться здесь вместе с госпожой Уолстон и Долли. С вами будет Франц, а мы, капитан Гульд, Джон Блок, Джеймс и я, попытаемся достичь вершины. Опасность заблудиться нам не угрожает. На обратном пути мы встретим вас здесь… Вам нет никакой необходимости тратить понапрасну силы.
Но Дженни, а ее горячо поддержали Долли и Сузан, так настойчиво просила мужа отказаться от этого замысла, что он вынужден был уступить ей, тем более что и Гарри Гульд стал на сторону женщин.
В три часа восхождение продолжили, с первых же шагов стало ясно, что трудности возрастают. Очень крутой склон, частые осыпи, которые делали подъем весьма трудным, и камни, которые скользили и сыпались. Гарри Гульд и Фриц предпринимали сейчас все возможные меры предосторожности, ущелье теперь настолько расширилось, что стало похоже на овраг со склонами высотой в двести — триста футов. Одним надо было, взявшись за руки, помогать другим. Впрочем, все давало повод верить, что плато будет достигнуто. Даже альбатрос, раскинув крылья, одним взмахом воспарил вверх, как бы приглашая следовать за ним. О, если бы можно было сопровождать его в полете!
Около пяти часов вечера, после невыносимо трудного подъема, все забрались на вершину скалы. Ни к западу, ни к югу, ни к востоку ничего не было видно… Ничего, кроме безбрежного океана!.. На севере плато продолжало подниматься, но, как высоко, оценить было невозможно, так как гребня не было видно. Возможно, она завершалась острым пиком, обрывавшимся к морю… Так стоит ли карабкаться на него, чтобы поглядеть лишь на горизонт?..
Что и говорить, увиденное ничего, кроме разочарования, не принесло тем, кто надеялся попасть в плодородный, зеленеющий, облесенный край! Перед ними опять оказались пустота и бесплодие, еще более удручающие, чем в Черепашьей бухте, где унылый пейзаж все же оживляли попадающиеся там и тут пятнышки мха на скалах и охапки морских водорослей на песчаном берегу. Бесполезно искать на западе или на востоке очертания континента или острова. Все подтверждало: это изолированный в океане островок. Правда, по протяженности территории он мог быть достаточно большим, так как с северной стороны моря не видно, а вершинное плато, по-видимому, тянется на несколько лье. И это расстояние необходимо пройти, чтобы увидеть море и в северном направлении.
Безмолвно стояли капитан Гульд и его спутники, в то время как рушились их последние надежды. Похоже, им не остается ничего иного, как возвратиться в свой грот и начать подготовку к многомесячной зимовке, ожидая спасения только со стороны открытого океана.
Пошел уже шестой час, и, пока не наступили сумерки, нельзя было терять ни минуты. Разумеется, на спуск потребуется значительно меньше времени, чем на подъем, но в условиях темноты риск оступиться возрастает.
Между тем, раз уж северная часть плато оставалась необследованной, не лучше ли осмотреть ее сейчас, пока еще светло?.. Может быть, стоит остаться здесь, среди разбросанных каменных глыб, на ночлег?.. Это было бы непредусмотрительно… Если погода изменится, где найти укрытие?.. Здравый смысл подсказывал, что начать спуск следует незамедлительно.
И тогда Фриц предложил:
— Дорогая Дженни, пусть Франц отведет тебя в пещеру вместе с Долли, госпожой Уолстон и малышом… Вы не сможете провести ночь на плато. Капитан Гульд, Джон Блок и я останемся здесь, а завтра, когда рассветет, мы закончим обследование…
Дженни не ответила, Сузан и Долли тоже хранили молчание, вопросительно посматривая на нее.
— Это разумное предложение, — вмешался Франц. — На что вы надеетесь, оставаясь здесь?
Дженни замолчала, не спуская глаз с огромного морского пространства, будто ожидала увидеть там огоньки проходящего вдали корабля…
Меж тем солнце стремительно клонилось к горизонту, показавшись на миг из-за туч, которые ветер гнал с севера; и придется по меньшей мере часа два пробираться в полнейшей темноте по ущелью до Черепашьей бухты.
— Дженни, прошу тебя, — нетерпеливо сказал Фриц, — скорее отправляйтесь назад. Мы возвратимся завтра к вечеру. Одного дня нам вполне достаточно…
Дженни, не говоря ни слова, окинула в последний раз окрестности. Все поднялись, готовясь продолжить путь. На мгновение внимание всех привлек верный альбатрос. Летая от горы к горе, он как будто хотел привлечь к чему-то внимание людей, в то время как другие птицы — большие и малые чайки, турпаны — устраивались на ночлег в расщелинах скал.
Молодая женщина понимала, что благоразумнее всего последовать совету мужа, и не без сожаления произнесла со вздохом:
— Пойдем!
— Пойдем! — откликнулся Франц.
Но в этот миг боцман вдруг резко поднялся и, приложив ладонь к уху в виде рупора, стал напряженно прислушиваться.
С северной стороны послышался звук, очень похожий на приглушенный расстоянием выстрел.
— Пушечный залп! — воскликнул Джон Блок.
Глава XXVI
Со сжавшимися от волнения сердцами, едва дыша, все, застыв, посмотрели на север. Невозможно, чтобы они обманулись!.. Слабый морской бриз донес еще несколько отдаленных пушечных выстрелов.
— Похоже, корабль проходит в виду берега, — нарушил молчание капитан.
— Да, подобные выстрелы могут раздаваться только с корабля, и, очень возможно, с наступлением ночи мы увидим его огни, — согласился с ним боцман.
— А вдруг эти сигналы кто-то подает с суши? — заметила Дженни.
— С суши? — удивился Фриц. — Но, дорогая Дженни, тогда получается, что вблизи нашего острова есть какая-то земля…
— Я все же склонен думать, что у северных берегов острова проходит судно, — стоял на своем капитан.
— И по какому поводу оно разразилось артиллерийскими залпами? — с сомнением спросил Джеймс.
— Действительно, по какому поводу? — повторила вслед за ним Дженни.
Если предположить, что это корабль, то он где-то недалеко от берега… И тогда ночью, в полном мраке, будут видны искры зарядов, если он выстрелит еще… или даже огоньки самого корабля… Хотя поскольку выстрелы доносились с севера, а море с этой стороны пока не видно, то, возможно, корабль и не увидят.