Страница 57 из 86
С того момента, как Франц увидел вдалеке землю, боцман держал курс на север, а это довольно трудно, когда нет компаса. Ведь юноша мог указать направление лишь приблизительно. Если бы тучи рассеялись и прояснился горизонт, по крайней мере с севера, направлять шлюпку к берегу было бы значительно легче.
Но, как назло, неизвестную землю скрывала густая пелена и до нее не менее четырех-пяти лье.
Фриц, Франц и Джеймс налегали на весла изо всех сил. Но истощенные восьмидневным заточением, они с трудом продвигали вперед нагруженную шлюпку. На преодоление этого небольшого расстояния, отделяющего их от берега, уйдет, по-видимому, целый день. Путешественники благодарили Бога за то, что он не послал им встречный ветер… тогда бы лодку отнесло далеко в сторону от желанной земли… Уж лучше, считали они, пусть это затишье на море продержится до вечера.
К полудню гребцы с трудом одолели расстояние в одно лье. Боцман даже стал подумывать, не мешает ли им какое-либо встречное течение. А если это так, то им не приблизиться к берегу никогда. Впрочем, медленное продвижение могло быть и следствием отлива.
Около двух часов дня Джон Блок наконец бодро известил:
— Идет бриз, я его чувствую… Ерунда, теперь наш кливер сделает больше, чем весла!
Боцман не ошибся. Несколько минут спустя на морской поверхности с юго-востока появилась легкая рябь, и вскоре о борта шлюпки уже разбивалась белесая пена.
— Вы оказались правы, Блок, — сказал Фриц. — Бриз, однако, настолько слаб, что нет смысла оставлять весла.
— Да, разумеется. Наоборот, надо еще сильнее налечь на весла, Фриц, — ответил боцман, — и не выпускать их до тех пор, пока шлюпка не наберет скорость и не понесется к берегу под парусами…
— Где же она, эта земля?! — досадовал Фриц, вглядываясь в густую пелену тумана.
— Скорей всего… прямо перед нами.
— Вы уверены, Блок? — спросил Франц.
— А где же ей еще быть, если не за этим проклятым туманом? — проворчал боцман.
— Очень бы хотелось в это верить, — проговорил Джеймс, — но, увы, только хотеть еще недостаточно!
Наконец, уже около трех часов пополудни, хлопанье паруса подтвердило, что ветер усилился, Фриц и Франц убрали весла, подняли на блоке фок и изо всех сил натянули его, в то время как боцман удерживал колотившийся о планшир шкот.
А если это шальной ветер и его порывы не способны рассеять туман?..
Минут через двадцать волны стали крупнее и били прямо в борт, так что боцману с трудом удавалось выравнивать шлюпку кормовым веслом. Наконец кливер и фок наполнились ветром и натянули шкоты.
Решили придерживаться того же северного направления, по крайней мере до тех пор, пока ветер не расчистит горизонт.
Взоры всех были прикованы лишь к этому направлению. Только бы показалась земля, а уж Джон Блок сможет направить к ней шлюпку!
Но туманная завеса все не расчищалась, хотя на закате солнца ветер усилился и подгоняемая им шлюпка пошла быстрее. И у Фрица, и у боцмана мелькнула одна и та же мысль — не обошли ли они землю с востока или с запада? Сомнения охватили даже Франца — не ошибся ли он? Действительно ли видел берег в таком тумане?
— Нет, это не ошибка, — твердо сказал он. — И хотя землю видел лица я один, смею утверждать — я не ошибся, я ее видел… собственными глазами! Более того, я рассмотрел некоторые подробности… Высокий скалистый берег, даже скорее одна большая скала, вертикальная до самого гребня. Ее невозможно принять за облако.
— Но этот берег находился на расстоянии пяти-шести лье. Если мы идем правильно, то должны бы уже пристать к земле.
— Вы уверены, Джон Блок, что шлюпка все время двигалась в северном направлении? — спросил Франц.
— Не могу сказать с абсолютной уверенностью, что мы шли правильным курсом, — ответил боцман. — Наверное, нам следовало подождать, пока горизонт полностью не прояснится, даже пусть бы пришлось простоять на месте целую ночь.
Предложение здравое. Если шлюпка находится где-то поблизости от берега, то следует соблюдать особую осторожность, чтобы не наскочить на рифы, которые, по всей вероятности, окружают остров.
Все находившиеся в шлюпке настороженно прислушивались — не раздастся ли шум прибоя, потому что самым большим несчастьем было бы оказаться поблизости от обрушивающихся океанских валов. Ничего… Не слышно этих долгих глухих шумов океана, когда он разбивается о мешанину скал или заливает пляж.
И все же действовать следует с большой осторожностью. Около половины шестого вечера боцман отдал приказ спустить фок, а в помощь рулю оставить кливер.
Это разумное указание тут же выполнили. Действительно, необходимо несколько сбавить скорость суденышка, пока оставалось неясно местоположение берега, по-прежнему невидимого.
С приходом ночи опасность возрастала: кто осмелился бы двигаться в кромешной темноте у незнакомого берега?
При отсутствии ветра шлюпку могло отнести встречным течением далеко в сторону. В таких условиях кораблю обычно безопаснее находиться в открытом море. Но то, что просто сделать большому судну, сложно для шлюпки. Постоянно лавировать против все усиливавшегося ветра не только было затруднительно для гребцов, но и грозило отбросить суденышко далеко от цели.
Поэтому суденышко едва шло, под одним кливером, носом на север.
Все сомнения и страхи сразу исчезли, когда около шести вечера над горизонтом появилось на мгновение солнце, прежде чем погрузиться в волны.
В день равноденствия, 21 сентября, солнце заходит строго на западе. Через 23 дня, то есть именно 13 октября, оно заходит несколько южнее.
Именно в этом месте и появился огненный диск, когда туман стал рассеиваться. Через десять минут он коснулся линии горизонта.
— Вот где север! — закричал Фриц, указывая рукой немного левее того направления, по которому двигалась шлюпка.
В ответ послышался дружный крик. Кричали все вместе:
— Земля! Земля!
Туман рассеялся почти полностью, и побережье четко обозначилось на расстоянии менее полулье. И действительно, как и говорил Франц, доминировала на нем довольно высокая скала, продолжения которой ни к западу, ни к востоку не было видно.
Боцман взял курс на эту скалу. Снова поставленный фок наполнился последним дыханием бриза.
Через полчаса шлюпка благополучно подошла к песчаному пляжу и была зачалена за длинный скалистый выступ, до которого не доставал прибой.
Глава XXI
Наконец-то! После изнурительного плавания путешественники могут ступить на землю! Самое удивительное, что они остались целы и невредимы, никто не пострадал от истощения, голода или других напастей, и за это все благодарили Бога. Один Гарри Гульд по-прежнему мучился от приступов лихорадки, но состояние его здоровья уже не внушало опасения, и друзья надеялись, что несколько дней отдыха на берегу восстановят силы капитана.
Теперь, когда Фриц и его спутники благополучно пристали к берегу и больше не зависели от милосердия непогоды, не подвергались риску утонуть, всех волновал только один вопрос: какая земля перед ними?
Вряд ли можно ожидать, что она похожа на Новую Швейцарию, куда в намеченный срок должен был привезти их «Флег», не случись устроенного Боруптом и его экипажем бунта! Что предложит этот неизвестный берег вместо благополучного Скального дома?
Однако рассуждать по этому поводу сейчас бессмысленно: стояла такая темная ночь, что различить что-либо было невозможно, за исключением скал, подступающих к берегу со всех сторон. Благоразумнее всего в таких условиях — оставаться до восхода солнца на борту шлюпки. Фриц и боцман решили до утра нести вахту. Возможно, это побережье посещают туземцы, и это заставляло быть особенно бдительными. Австралийский ли это берег или одинокий остров в Тихом океане, — но следовало держаться настороже, чтобы в случае нападения успеть уйти в открытый океан.