Страница 21 из 57
— Почему ты стал изгнанником?
Опасное любопытство, признаю. Но должна же я хоть сейчас узнать, что не так у лорда, которому присягнула! Тем более, сам лорд, похоже, не против.
— Долгая история, — кровать угрожающе затрещала, когда мужчина заворочался, устраиваясь удобнее. Хлипкие здесь койки, однако. — Если в общих чертах: страдания из-за прелестной девицы.
— Ага, прелестной, — фыркнул вислоносый бородач, сидящий на тюфяке.
Лорд Крим благодушно махнул рукой.
— Прелестной она была, тут не поспоришь.
— Кто ж спорит? И прелести… выдающиеся!
Народ заржал.
— Довольно, — лорд Крим не повысил голоса, даже улыбку с лица не убрал, но его люди замолчали, будто им рты заткнули.
— Так вот, юная леди… одаривала меня благосклонностью. Свадьба в мои планы не входила, однако благосклонностью этой я пользовался в полной мере.
Самое вычурное определение сожительства, которое когда-либо довелось слыхать. Впрочем, возможно, у благородных лордов принято возвышенное описание приземлённых реалий.
— А в её планы свадьба тоже не входила?
— Хороший вопрос, — Роннен прищурился, разглядывая потолок, возможно, отыскивая там некие подсказки. Не нашёл и снова обернулся ко мне: — Если верить её родственникам, девица спала и во сне видела наше бракосочетание. Но если учитывать все обстоятельства… Что тебе известно о роде Кримов, Иана?
— Впервые о таком слышу, — не забыть поговорить с Айсуо!
— Понятно… Придётся тогда немного отвлечься от основной темы беседы. Кримы — это род, который происходит от первого Великого Патрона. Таких несколько: основатель Патроната был… любвеобилен, и даровал незаконнорожденным отпрыскам земли и титулы. Впоследствии девушки из нашего рода не раз становились жёнами правителей, а дочери последних, соответственно, выходили замуж за наследников Кримов. Моя мать — девятая сестра нынешнего владыки.
"Инцест — это плохо!" — чуть было не брякнула я. Но промолчала, с умным видом кивнув. В чужой Патронат со своей евгеникой не лезут.
— Также эти рода — Кримы, Тельхаро, Видары и Урты — обладают магией, которая сродни магии правящей династии. В бою это колдовство не поможет, оно, если так можно выразиться, строительное.
Что и требовалось доказать. Генетика здесь своя, с земной несравнимая. А всё-таки интересно: вырождение имеет место быть? Судя по Роннену, нет, но ведь я не знаю, правило лорд Крим или исключение! Тот же Дейвин — кто угодно, только не интеллектуал!
— Именно потому некоторые должности могут занимать или члены семьи Великого Патрона, или кто-то из четырёх родов. Что, впрочем, суть одно и то же. Но семьи растут, и почётных должностей на всех, увы, не хватает. Кто-то уезжает в отдалённые миры, кто-то отказывается от политической карьеры, управляя поместьем, а некоторые цепляются за столицу изо всех сил.
Ну, это тоже понятно и логично.
— К числу последних принадлежал и я. Тратить время, наблюдая за ростом брюквы, казалось мне наихудшим из возможных вариантов. Столица же… очень интересное место. Там всегда бурлит жизнь.
Понимаю. Бурлит. Можно сказать, ключом бьёт. Правда, некоторых — разводным и по голове.
— К моменту, когда я и леди Альтима Диннек стали ближе, нежели допускают приличия, всем в столице было известно, что не сегодня-завтра освободится место Патрона Восточного протектората. Очень многообещающая должность. Естественно, я на неё претендовал. Равно как и двоюродный дядюшка прелестной Альтимы. И вот, дабы замарать доброе имя Рубоса Уртама, Кримы вошли в союз с родом Тельхаро. Ими были предоставлены определённого рода бумаги о взяточничестве и казнокрадстве Рубоса во времена его молодости. Бумаги эти забрал я…
Роннен погрузился в воспоминания. Я не торопила. Наконец лорд Крим заговорил снова:
— Я знал о том, с кем в родстве состоят Диннеки, но Альтима казалась мне милой безголовой девицей. Всё же некоторое время я предпочёл с ней не встречаться. Она переживала, на балах встречалась с другими кавалерами — видимо, пыталась заставить меня ревновать. А однажды приехала. Сказала, что всё осознала, но просит лишь провести с ней вечер. Один вечер… Я согласился — это казалось мне ничтожно малой платой за прекращение бесконечных скандалов.
Мужчины иногда бывают исключительно тупы. То есть, я хотела сказать, очаровательно наивны. Впрочем, у них тоже имеется немало крючков, на которые бабы ловятся с постоянством, достойным лучшего применения. И я ловилась, чего там…
— Подсыпала что-нибудь, или родня заявилась?
Вассалы Роннена дружно хрюкнули. "А она не промах!" — шепнул вислоносый соседу.
— Первое, — скривился лорд Крим. — Как погляжу, для тебя подобный сюжет не в новинку?
— Работа такая. Украла-то лишь упомянутые бумаги, или…
— О, если бы дело ограничилось доказательствами вины Рубоса, мы бы не сидели здесь! К Уртамам уплыла вся деловая переписка. Этого не хватило, чтобы обвинить меня в заговоре, но с лихвой достало, дабы выгнать из столицы. Род вынужден был притвориться, будто знать не знает о некоторых моих сомнительных связях и делах.
Как мило! Это он деловую переписку в постели хранил, да? Или в ящике с нижним бельём? Может, и письма при девице Альтиме строчил?
Откуда дровишки-то? В смысле, как любовница может узнать, где хранятся важные бумаги, ежели за мыслящего человека её не считают? Вряд ли Роннен Крим советовался с подстилкой.
Хотя всё может быть. Гарантий, что мой лорд рассказывает правду — или её значительную часть — никаких. Присяга? Так он меня защищать клялся, а не просвещать! Может, там кипели африканские страсти, о которых сейчас и вспомнить стыдно. Ну, не выглядит Роннен, как человек увлекающийся — и что? Я его знаю меньше трёх часов.
— Так что я нынче не являюсь наследником Кримов, и вынужден искать себе надел за Межевым Поясом. Хорошо ещё, что не в Замирье и не в Паучьих отростках…
Я понятия не имела, какие такие отростки и пояса он поминает, общий смысл речи без того был ясен. Погорел мужик на политических играх. Теперь мыкается по захолустным городам и весям, работу ищет. Думаю, найдёт, если не побрезгует руки марать: такие ребята нужны во все времена.
Только вот лорд Крим или недоговаривает, или совсем дурак. И мне нужно это выяснить прямо сейчас. И пусть он хмурится, как Ленин на буржуазию, но вопрос слишком важный.
— Прошу прощения, но… а откуда леди Альтима узнала, где хранятся деловые бумаги?
Роннен отвёл взгляд, сцепил зубы. За него неожиданно ответил Илантир.
— Зелье подчинения. Сам всё рассказал и отдал.
Мило.
— И насколько эта отрава… ммм… распространена у вас?
Янтарный лёд фыркнул:
— Не волнуйся. Вещь достаточно редкая и безумно дорогая. Да и рецепт хранится в тайне… топтунами.
Час от часу не легче.
— То есть, девочка работает не только на этого вашего Рубоса?
— Да, — наконец-то соизволил открыть рот сам Роннен. — По крайней мере, похоже на то. Некоторые связи у Тельхаро там имеются… Вечные боги, они у всех имеются! Но понятия не имею, насколько господа охранители традиций в этом запутаны. Мне всегда казалось, что я не слишком их интересую. А выяснить это сейчас невозможно: на меня объявлена охота.
Так, это любопытно. Вон, Айсуо тоже любопытствует. Такое ощущение, что уши от желания побольше услыхать оттопыриваются.
— Подробнее можно?
— Отчего ж нет? — Крим невесело усмехнулся.
Из его рассказа выходило, что с изгнанником в течение года можно безнаказанно сводить счёты. То есть, обычно "кровь Патрона" трогать запрещалось, и наказание полагалось весьма суровое. Мой новый господин расписал его в красках и не без удовольствия. Вот так-то, Яна, слушай — и запоминай, что бы с тобою было, не нарвись ты на Роннена! Хотя из одной беды вылезла — в другой увязла. Ну, это в порядке вещей: где наша не пропадала, там наша обязательно ещё пропадёт.
Сейчас же нажитые Ронненом враги радостно воспользовались опалой, и гоняются за горе-любовничком с неплохими дружинами. Всё зло от баб, за исключением того, которое от мужиков!