Страница 14 из 19
Кровь принца струилась по жилам, как жидкий огонь. Он снова завладел ее ртом, наслаждаясь сладкими как мед губами и исходящим от ее кожи ароматом страсти. Принцесса Бритта, его жена, припала к его губам, словно мучимый жаждой путник к студеному ручью, вплетая пальцы в его коротко стриженые волосы. Желание и нетерпение, с которыми она отвечала на ласки, сводили принца с ума, добавляя силы бушующему, подобно лесному пожару, возбуждению.
Люцию понадобилась вся сила воли, чтобы не поддаться первобытным инстинктам и не забыть об осторожности. «Успокойся! Не спеши!» — с отчаянием напомнил он себе, когда ее руки обвились вокруг его шеи, притягивая его голову вниз, к зовущим девичьим губам.
Принц коснулся рукой груди Бриттани и… окончательно потерял голову. Как ему удалось снять с нее платье, Люций не знал, поскольку их губы не разомкнулись ни на секунду. А потом его руки заскользили, лаская это прекрасное тело, эту шелковистую кожу, сияющую в отблесках огня подобно золоту. Он не мог налюбоваться ее прекрасным, гибким телом. Потом его губы скользнули по ее плечу, туда, где на бледном шелке ее кожи виднелось родимое пятно в форме розы.
Наследственная отметина, связь между королевствами Палладрин и Маррик, между принцем и принцессой.
И между этим мужчиной и этой женщиной.
Хижина и кубки с вином исчезли. Мелистерн казался всего лишь смутным воспоминанием, призраком других времен. Остался только свет свечей и пляшущего в очаге пламени, вой ветра, жесткий соломенный тюфяк, женщина с волосами цвета меда и темноволосый сильный мужчина.
Но больше ничего и не было нужно.
Бриттани смутно осознавала, что принц покрывает ее тело поцелуями и дарит ей наслаждение с необыкновенной нежностью, от которой голова шла кругом. Люций ласкал ее грудь, пока с уст Бриттани не сорвался стон. Он открыл для нее мир наслаждения, которого принцесса до этого дня не знала. Неведомые ранее ощущения захлестнули девушку, когда муж прикоснулся губами к ее ушку, время от времени слегка покусывая розовую мочку. А потом он хриплым шепотом пообещал, что постарается не причинить ей боли.
— Я верю тебе, — выдохнула принцесса, глядя на него сияющими глазами.
Люций снова и снова осыпал ее плечи и грудь поцелуями, ласкал ее соски, по очереди дразня их языком. Бриттани показалось, что, если эта сладкая пытка продлится еще минуту, она сойдет с ума.
Ночь, огонь и страсть закружили их в своем бешеном танце. Ласки принца стали более настойчивыми, поцелуи — пламенными. Когда он вошел в нее, была короткая боль, колючая, как звездный свет. А потом осталось только изумление, удовольствие и глубокие толчки. Он снова и снова входил в нее, а Бриттани подавалась ему навстречу в ритме, старом, как этот мир. Она ласкала его напряженные руки, вдыхала аромат его разгоряченной кожи. Ее тело с радостью принимало его силу. Их тела, души и даже дыхание слились воедино, сплавленные сладким, счастливым огнем страсти…
Пламя в очаге потухло, масла в светильниках почти не осталось. После головокружительного взлета, когда возбуждение потихоньку засыпало, Бриттани лежала в объятиях своего мужа. Она отдалась приятной слабости и даже в полудреме продолжала слушать, как их сердца бьются в унисон, словно одно большое и сильное сердце.
Глава 7
Она проснулась в полном одиночестве. В комнате царила мертвая тишина.
Бриттани поспешно вскочила, отвела за уши упавшие на лицо волосы и оглядела хижину. Ни Люция, ни Мелистерна, ни Кассо…
С улицы не доносилось ни звука: не перекликались птицы, не шумел ветер. Достав из сумки чистое платье, принцесса поспешно оделась и расчесала волосы.
С каждой минутой Бриттани волновалась все больше. Неужели вчерашняя ночь ей просто приснилась? Сладкие поцелуи, страстные объятия, тепло и сила их переплетенных тел? Нет, конечно же, нет! Ее кожа до сих пор хранит память о его прикосновениях, а губы горят от поцелуев. Это был не сон — воспоминания о минувшей ночи были слишком живыми. Они поженились и разделили постель как муж и жена, сжимая друг друга в объятиях. Все это действительно произошло. Какое блаженство!
Внезапно девушка с пугающей ясностью осознала, что сегодня ей исполнилось двадцать лет. Возможно, сейчас, именно в этот миг Дарий узнал, что она жива. Что он предпримет? Сколько времени в ее распоряжении?
Дрожащими пальцами принцесса завязала плащ и бросилась к двери.
— Люций! Мелистерн! — ее голос эхом отдавался в зловещей тишине, окружившей хижину. — Люций! — снова позвала Бриттани, выходя навстречу бледным солнечным лучам.
Небо еще никогда не казалось ей таким голубым. Силуэты голых деревьев резко выделялись на его фоне. Девушка направилась к крохотной конюшне за хижиной. Там она их и увидела — два тела скорчились на земле. Лужи крови отливали металлом. Один из мужчин лежал лицом вниз, другой пытался ползти к хижине.
— Люций!
Страх сжал сердце Бриттани, и она бросилась вперед. Потом поняла, что перед ней не муж, а Мелистерн. Кровь заливала лицо и руки старика, а в руке он сжимал охотничий нож. Сзади в луже крови неподвижно лежало тело Кассо, его слуги.
— Ради всех святых, что случилось?
Бриттани упала на колени перед Мелистерном. Он поднял на нее взгляд и силился что-то сказать, но у него ничего не выходило.
— Что я могу для вас сделать? — в отчаянии спрашивала девушка. — Где Люций?
— Уех-х-хал на ох-х-хоту. Олен-нина и ягоды. Вам на завтрак.
Отшельник говорил так тихо, что Бриттани пришлось нагнуться, чтобы разобрать его слова. Ужас охватил девушку, когда она заглянула в его потемневшие глаза, из которых уже начинала уходить жизнь.
— Он уехал еще до того… перед тем, как… появились они. Вы должны спрятаться… в доме. Они вернутся.
— Я никуда без вас не пойду.
Бриттани попыталась приподнять старого мага, но тот вдруг заволновался, из последних сил пытаясь привлечь ее внимание к тому, что находилось у нее за спиной. Нож с глухим стуком выпал из его пальцев.
— Бегите, принцесса! Они прилетели за вами. Они унесут вас… Вам надо…
Мелистерн широко распахнутыми от страха глазами смотрел через ее плечо. Бриттани поспешно обернулась. Ужас накрыл ее ледяной волной. Сердце замерло в груди. Там, где только что не было ничего, кроме голых ветвей, теперь сидело около полудюжины огромных, размером с молодого оленя, воронов. Сучья гнулись под весом гигантских птиц, наблюдавших за Бриттани темными, зловеще поблескивающими глазами.
— Оставьте меня! — умолял Мелистерн. — Бегите… в дом… Вы еще можете успеть…
Бриттани сглотнула подступивший к горлу комок.
— Только с вами, — шепнула она и попыталась помочь отшельнику встать. Отчаяние придало ей сил. Все это время принцесса не сводила глаз с огромных воронов, которые немигающим взглядом следили за каждым ее движением.
Отшельник тяжело привалился к ее плечу. Но они понемногу приближались к двери хижины. Один шаг, второй…
Самый крупный ворон, сидевший на нижней ветке, приоткрыл огромный клюв и хрипло каркнул. Бриттани сразу поняла, что это был приказ, поскольку шесть птиц одновременно сели на землю, преградив путь к хижине.
— Принцесса, умоляю вас… бегите… в лес…
К ужасу Бриттани, отшельник осел, несмотря на то, что она изо всех сил пыталась удержать его. Девушка склонилась над ним. Слезы застилали ей глаза.
Внезапно Бриттани выпрямилась и посмотрела в глаза вожаку стаи.
— Убирайся! — резко приказала она. — Возвращайся к своему хозяину.
Птицы быстро захлопали крыльями, взлетели и, выставив вперед огромные когти, бросились к ней и беспомощному Мелистерну.
Принцесса вскрикнула и потянулась к ножу, который выронил Мелистерн. Вожак воронов спикировал прямо на Бриттани. Она наугад выбросила руку с оружием вверх, но промахнулась, поскольку птица ловко увернулась от удара. Еще два ворона бросились на принцессу. Не помня себя от ужаса, она отмахивалась ножом.
— Бритта, ложись! Вниз!