Страница 44 из 210
— Держите зверей, — сказал он. — Только обязательно смените смазку. Пока что они все парализованы.
Он высыпал к моим ногам груду каких-то металлических вещей.
— До свиданья, — сказал он, глядя, как я убираю трап. — Если найдете этого вредителя в шляпе и не будете знать, что делать, отдайте его нам. Мы его смажем испорченной смазкой.
Робот засмеялся и зашагал по пыли.
Пока корабль разгонялся до космической скорости, я сменил смазку металлических зверей. Все-таки любопытно мне было поглядеть, какие робото-зверята водились на этой планете. И когда через два часа в лабораторию заглянул Зеленый, он чуть в обморок не упал от удивления. По полу лаборатории бегали зверьки на колесиках. Они пищали, дрались между собой и пытались карабкаться по стенам. Звери были страшненькие, но чем-то походили на мышей и кошек. Видно, когда роботы их строили, они вспомнили о настоящих кошках и мышах.
Я посадил робото-зверушек в железную клетку, но они иногда из нее вылезали и гонялись по коридорам за алмазной черепашкой.
Глава 14. Погоня за леди Винтер
Система Медузы затерялась на самом дальнем конце нашей Галактики. Вокруг большой, с длинными, как спутанные волосы, протуберанцами звезды крутится всего три планеты. Первая, самая близкая от звезды, раскалена настолько, что стало ясно — делать нам там нечего.
Мы подлетели ко второй планете.
Планета была пустынная, мрачная. Солнечные лучи отражались от блестящих сизых скал, отражались от асфальтовых озер, отражались от редких голых деревьев. Над планетой дул вечный ветер.
— Ну как? — спросил я у говоруна. — Это та планета или нет?
Говорун склонил голову набок и ничего не ответил.
— Пап, — сказала Алиса, подойдя к иллюминатору в кают-компании, — ты не умеешь с ним разговаривать. Он тебя боится.
— А тебя не боится?
— Меня никакие звери не боятся, — сказала Алиса. Она держала на руках металлическую кошку на колесиках, и кошка все норовила лизнуть Алису в нос холодным масляным языком. — Говорун, милый, скажи нам, ты своего хозяина на этой планете оставил?
Говорун прислушался к словам Алисы и ответил голосом Второго капитана:
— Остерегайся миражей. Не доверяй им. Но присматривайся внимательно.
— Ну вот, глупая твоя птица, — сказал я в сердцах. — Ее о планете, а она о миражах!
— Посмотрим, — ответила Алиса.
За иллюминатором пошел дождь. Дождь был несильный, но от ветра струи дождя изгибались и стегали по обшивке «Пегаса». Даже смотреть на эту планету было неуютно. Наступал тоскливый, долгий вечер.
— Ладно, — сказал Полосков. — Все равно сегодня уже поздно вылезать наружу. Давайте ужинать и спать.
После ужина Алиса загнала металлических котят в клетку, взяла книгу и уселась на диванчик в кают-компании. Я в который раз отправился искать сбежавшую алмазную черепашку, чтобы она чего-нибудь не натворила. Полосков с Зеленым тоже занялись своими делами.
Так прошло часа два-три. Я вернулся в кают-компанию. Алиса все еще читала. В кают-компании было уютно и тепло и особенно приятно, потому что за иллюминатором все так же выл ветер, хоть дождь и перестал.
Я подошел к иллюминатору и поглядел в полумрак. Равнина была скудно освещена двумя большими лунами. И вдруг я застыл от изумления.
По долине к нашему кораблю медленно шли несколько человек. Это были именно люди, без скафандров, в странной одежде. Они были заняты разговором между собой и, казалось, совсем не замечали корабля. Я сказал тихо:
— Алиса, смотри.
Алиса бросила книгу на диван и подбежала ко мне.
Люди подошли поближе, и можно было разглядеть, что они одеты в камзолы, на головах у них широкополые шляпы, а поверх камзолов — короткие широкие плащи. Четверо были мужчинами. За ними медленно, словно нехотя, шла женщина с пышной прической и в широком платье до земли. Мужчины оживленно разговаривали, женщина молчала.
— Алиса, это не галлюцинация? — спросил я, не веря собственным глазам.
— Нет. — ответила Алиса. — Не спугни их. Я их знаю.
— Селезнев! — загремел вдруг над ухом динамик. — Селезнев, ты не спишь?
Я узнал голос Полоскова.
— Ты где? — спросил я.
— На мостике. Погляди в иллюминатор. Ты что-нибудь понимаешь?
— Гляжу, — ответил я, — и ничего не понимаю. Откуда здесь быть людям?
— А я понимаю, — сказала Алиса. — Я этих людей знаю.
Я обернулся к ней. Может, Алиса бредит?
— Неужели ты не узнаешь, папа? — удивилась Алиса. — Ну ладно, ты, может быть, забыл эту женщину, но второго человека справа ты должен знать!
— Да нет же! — ответил я. — Говори, не томи!
— Второй справа — это Портос, — сказала Алиса. — Видишь, он наклонился к д'Артаньяну, слушает его. Наверно, они решили все-таки казнить леди Винтер.
— Какую еще леди Винтер! — закричал я. — Я с ума сойду! Откуда здесь Портос?
— Не знаю, — сказала Алиса. — Но это они. Это же мушкетеры короля. Если бы это были гвардейцы кардинала, мы бы с тобой их сразу отличили.
— Полосков, ты слышишь? — спросил я.
— Слышу, — сказал Полосков спокойно. — По-моему, Алиса совершенно права. Гвардейцев кардинала мы бы с тобой сразу отличили от мушкетеров короля.
Между тем четыре мушкетера подошли к самому кораблю. Я прижал нос к иллюминатору, чтобы посмотреть, что они будут делать дальше. Мушкетеры остановились, и один из них, по-моему Арамис, красавчик с тонкими усиками, изящно взмахнул рукой, прося леди Винтер идти вперед.
— Очень интересно, — сказала Алиса, встав на цыпочки, чтобы удобнее смотреть вниз. — Казнят они ее или нет? Ты как думаешь, папа?
— Я уже ничего не думаю, — ответил я. — Полосков, может трап спустить?
И тут мушкетеры пошли дальше, вошли в стену корабля и исчезли.
— Они сквозь стены ходят, — услышал я растерянный голос Полоскова.
Капитана трудно удивить. Он видел в десять раз больше, чем удается увидеть за жизнь обыкновенному человеку. Его не испугаешь ни Малым дракончиком, ни пузырями с Иелы, ни космическими пиратами. Но мушкетеров короля, проходящих сквозь стены «Пегаса», ему еще видеть не приходилось.
— Может, это тоже путешественники во времени, как на Шешинеру? — спросил я.
Алиса перешла на другую сторону кают-компании и заглянула в противоположный иллюминатор.
— Вот они, — сказала Алиса. — Я так и думала. Они прошли сквозь корабль и даже не заметили.
Я перебежал через кают-компанию. И в самом деле, мушкетеры как ни в чем не бывало уходили от корабля, и их шпаги поблескивали под светом двух лун. Они миновали скалу и скрылись в ущелье…
— Пошли на мостик, — сказал я Алисе. — Оттуда лучше видно.
— Пошли, — сказала Алиса и взяла с дивана книжку, которую читала весь вечер. Книжка называлась «Три мушкетера».
Я начал о чем-то догадываться.
— Дай сюда книжку, — сказал я Алисе.
На ходу я раскрыл ее. Раскрыл как раз на картинке, где был нарисован один из мушкетеров — д'Артаньян в плаще и при шпаге.
Когда мы взбежали на мостик, Полосков, стоявший у большого иллюминатора, поднял руку и поманил нас к себе.
За иллюминатором, посреди равнины, стояла тонкая березка, и под ветром ее листья трепетали, словно живые. Вокруг березки росла трава, и можно было увидеть у самых корней дерева шляпку большого подберезовика.
— Это что-то знакомое, — сказал Полосков задумчиво. — Где-то я это видел.
— Знаю где, — сказала Алиса. — Это любимая открытка Зеленого. Она висит у него над кроватью в каюте, и он всегда смотрит на нее и читает вслух стихи: «Идет-гудет Зеленый шум…»
— Миражи, — сказал Полосков.
— Да, — согласился я. — Конечно, это миражи. И говорун не ошибся, когда голосом Второго капитана предупредил нас о миражах. Но кто и почему их делает? Кому мы обязаны редким развлечением?
Береза растворилась в темноте, а с дальнего склона горы по направлению к «Пегасу» двинулась странная процессия. В ней были люди, фиксианцы, существа с неизвестных нам планет и звезд, роботы, звери. Толпа миражей окружила корабль, словно не замечая его. Они проходили сквозь него, растворялись, раздваивались, проходили друг сквозь друга.