Страница 12 из 23
Когда солнце зашло, стало холодно. Трое юных следователей достали свитера и натянули их поверх футболок. Пит развел отличный костер и помог Дасти освободить лошадь от поклажи. Дасти снял с нее седло, накормил, отвел на водопой. Потом сварил большую кастрюлю бобов с рисом.
Юп уставился на свою порцию. Углеводы! Он с жадностью проглотил все. Бобы оказались очень даже ничего. По крайней мере, в них содержится протеин, а не только крахмал. Но рис настоящая отрава. Сплошной крахмал.
Юп принял решение. Он распутывает очень необычное дело. Ему нужна энергия. Кейл Хальфеброт может немного и один посидеть на своих салатах. Юноша с жадностью доел остатки бобов.
Но добавки просить не стал. Ему казалось, что желудок его переполнен. «Я, наверное, слишком устал, чтобы есть», — подумал он.
После ужина Боб снял тапочки и принялся массировать ноги. Ступни горели после такого продолжительного подъема.
— Сколько нам еще идти? — спросил он владельца ранчо.
Дасти пристально посмотрел на него:
— Разве вам не нравится наше путешествие?
Боб ответил ему не менее острым взглядом.
— Я только думал о ноготках Блондинки, — саркастически отозвался он. — Здесь сплошные камни и скалы.
Ему надоели небылицы Дасти. Он хотел также, чтобы этот нетерпеливый владелец ранчо понял, что они не простофили, которые верят всему, что городит Дасти. Они не клюнули на его сказки о копытцах Блонди.
— Да, — поддержал друга Пит. — Дорога хуже не бывает. Почему бы нам не выпустить ослицу здесь?
Дасти ответил не сразу. Сперва он подбросил сучьев в костер.
— Этот ослик знает, куда идет, — наконец произнес он. — Возвращается туда, откуда пришел. И мы узнаем, когда он достигнет цели.
— Дом, сладкие запахи дома, — задумчиво произнес Юп. — Но почему ослик покинул места, которые значат для него так много?
— Трудно сказать, — не скрывая нетерпения, отозвался владелец ранчо. — Иногда дикие ослы отрываются от своих сородичей. Кто их знает?
Юп знал только, что Дасти опять говорит неправду. Блондинка не просто оторвалась от своих собратьев и случайно забрела на ранчо. Кто — то привел ее туда. Кто — то, кому она доверяла и за кем охотно шла. Может быть, тот, кто, как считает Блондинка, спас ей жизнь. Так сказал Ассенсьон. Кто — то, чей голос был очень похож на голос Юпа.
Ослица, пощипывая травку, удалялась от костра. Хозяин ранчо с беспокойством взглянул на нее.
— На ночь ее лучше привязать, — предупредил он Юпа, потом через силу улыбнулся. — Не хотелось бы, чтобы она опять вернулась на ранчо.
Юп поднялся с земли. В пути он не заметил, что ноги задеревенели, и он едва стоит на них. Неуверенным шагом он подошел к Блондинке и похлопал ее по крупу.
— Ты ведь не уйдешь от меня, верно, Блонди? — спросил юноша.
— Но все равно будет лучше, если вы привяжете ее, — проворчал Дасти. — Сделайте любезность, привяжите ее к дереву.
Юп повернулся, посмотрел ему в лицо и покачал головой.
— Нет, — возразил он. — А вдруг она захочет попить ночью?
— Она уже достаточно выпила.
Назревала стычка. Юп понимал это, но не собирался уступать.
— Если хотите привязать ее, сделайте это сами, — предложил он. — При условии, что она позволит вам прикоснуться к себе.
Он долго и вызывающе смотрел в глаза владельца ранчо. Блондинка может быть главной в пути. Но здесь в настоящий момент главным был Юп.
— Ладно, — согласился наконец Дасти, заползая в свой спальник. — Думаю, она далеко не уйдет, пока вы рядом.
— Откуда такая уверенность? — любезно поинтересовался Юп. — Неужели вы думаете, что она так привязалась ко мне?
— Кьен сабе, как говорят мексиканцы. — Владелец ранчо повернулся на бок и закрыл глаза. — Кто знает?
Юп проковылял обратно к костру. Когда он проходил мимо, Боб подмигнул ему.
Юп забрался в свой спальный мешок. Вскоре все четверо крепко спали.
Юп проснулся, когда было еще темно. Костер потух, и спросонья он не сразу сообразил, что заставило его открыть глаза. Но вот он вновь услышал этот звук.
Протестующие крики осла.
Блондинки.
Кое — как освободившись от спальника, он на несгибающихся ногах побрел к ручью.
Когда деревья остались позади, он заметил огонек, который двигался в темноте взад и вперед и по кругу. Поначалу фонарик высветил Блондинку. Она вскидывала задние ноги и дико брыкалась.
Потом луч на мгновение замер, и он увидел женский силуэт. В одной руке женщина держала фонарик, а другой за веревку тянула ослиху, пытаясь затащить ее в чащу.
Блондинка опять закричала. Она брыкалась все сильнее, стремясь лягнуть незнакомку, которая тянула Блонди за веревку на шее.
Юп помнил, как ослиха разделалась с гремучей змеей. И больше испугался за женщину, чем за Блондинку.
— Отпустите ее, — закричал юноша.
Подбежав к бурро, он попытался успокоить маленького ослика.
— Блонди, стоять. Блонди, — ласково обращался он к ней. Женщина тут же бросила веревку. Освободившись, Блондинка встала на ноги и повернулась к Юпу. Он гладил ее по носу, не отрывая взгляда от женщины.
Фонарик погас.
В наступившей темноте Юп услышал звук отдаляющихся шагов. Женщина скрылась во тьме. Вскоре к Юпу присоединились Пит и Боб.
— Что случилось? — спросил Боб. — Меня разбудили крики Блондинки.
— Только что кто — то пытался увести ее, — объяснил Юп. — Женщина…
— Ах да, — промолвил Пит, — опять эта светловолосая. Та, что хотела утопить тебя. Теперь она охотится за осликами?
— Нет, — покачал головой Юп. — В свете фонарика я видел ее мельком, но смогу узнать повсюду. Это та самая мексиканка из автобуса. В пурпурной шали, с длинными черными косами.
НОЧНАЯ ГОСТЬЯ
Следующие два дня ничем не отличались от первого. Час за часом, милю за милей они все больше углублялись в Сьерра — Мадре. Горам, казалось, не будет конца. Как только они достигали вершины одной гряды, перед ними вырастала другая.
Горные цепи разделяли узкие долины. Иногда несколько миль подряд юные сыщики ехали среди сосен. Потом лес оставался позади, а им приходилось карабкаться на голые скалистые вершины, пока они не преодолевали очередной горный хребет.
— К счастью, сейчас лето, — заметил Пит, карабкаясь вместе с Бобом по скалам.
— Действительно, нам повезло, — буркнул Боб, обливаясь потом.
Поднимались они с восходом солнца. Завтракали горячими бобами с рисом, на обед ели те же бобы, но в холодном виде. Однообразная еда надоела, от нее могло разнести, но Юп и думать забыл о диете. Он был тверд в своем решении выяснить, куда вела их Блондинка. Все остальное — даже воздержание от углеводов — пришлось отложить. Во всяком случае, добавку стряпни Дасти он не просил.
В течение дня Блондинка останавливалась три или четыре раза: попастись на лужайках… Юноши с радостью ждали привала, чтобы перевести дух и немного поваляться. А Дасти пользовался возможностью догнать их. Хотя владелец ранчо вволю кормил лошадь овсом, казалось, она с каждым днем все больше изнемогала. Иногда она отставала от Пита и Боба на целую милю.
Во время одной из таких остановок три юных Сыщика лежали в траве, а Блондинка щипала травку и подкреплялась.
— Хотелось бы знать, почему к нам пристают эти женщины, — заметил Боб. — Сначала светловолосая хотела утопить Юпитера на глубине шести футов, а потом брюнетка пыталась украсть нашего ослика.
— Может быть, захромал ослик в хозяйстве мексиканки, — высказал догадку Пит. — И ей нужен новый, чтобы перевозить грузы.
Боб не купился на такое объяснение.
— Надо думать, что любой мексиканец хорошо знает ослов. И эта женщина тоже понимает, что осла не сдвинешь с места против его воли.
— Любопытно, — встрял в разговор Юп, — действительно ли женщина хотела завладеть нашей ослицей. Мне кажется, что она просто решила увести ее от нас.
— Да? — удивился Пит.
Но Юп больше не сказал ни слова. Юноши снова двинулись в путь.