Страница 59 из 73
Юноша отвернулся и не мешкая приступил к работе. Хук погрузился в размышления, а Роб Стюарт пересел на соседнее с ним кресло.
— И все-таки, Сол, я не понимаю,— честно признался он.— Вы, бесспорно, нарушили их планы, отягчили им дальнейшую жизнь, но в конечном-то итоге — на что вы надеетесь?
— Бен! — вместо ответа окликнул радиста Аксель.— Они начали ускорение?
— Да,— последовал лаконичный ответ,— они начали ускорение по ведущей пока в неизвестную точку геодезической кривой.
— Ну, точку-то предположить несложно,— проворчал Соломон, оборачиваясь к Стюарту.— Понимаете, Роберт… — начал было он, но в этот момент автоматические двери у них за спиной мягко открылись, пропуская в рубку четверку усталых, но довольных товарищей.
— С мистером Томсоном все будет в порядке,— сообщила Анна, с удовольствием опускаясь в кресло.— Но нам пришлось повозиться. У него сильное сотрясение головного мозга, перелом правой руки вблизи плечевого сустава, а ребро проткнуло легкое. Слава Богу, нам удалось довольно быстро справиться с кровотечением.
— Мисс Анна, вы — просто молодец. Не знаю, что бы и делал, не окажись вас на борту,— признался Мэрфи. Будучи врачом лишь по совместительству, он не имел серьезной медицинской подготовки, не говоря о сколько-нибудь значительной практике. Первая помощь, диагностика и не более того — предел его возможностей во второй профессии. Говоря проще, он мог с полным правом называться санитаром, но никак не доктором.— А у вас что происходит?
— Бенни! — Аксель обернулся к радисту.— Как твои расчеты?
— Уже! — С готовностью кивнул тот.— Получается вот такая картинка.— Пальцы парня в последний раз вспорхнули над клавиатурой, и сатурнианская система на голограф-поле сменилась сектором Солнечной системы, охватывающим участок протяженностью от орбиты Сатурна до орбиты Марса.— Зеленая кривая — наша расчетная траектория. Желтая — их гипотетическая. Точки на них — наши планетолеты. Их предполагаемая трасса ведет прямиком в рассчитанную заново Эриком точку. Исходя из этого, до места встречи нам осталось шестнадцать часов полета.
— Это то, что ты ожидал увидеть? — обратился к другу Мэрфи.
— Именно,— подтвердил он.— Жаль, конечно, что мы не знаем класса их судна, но и без этого могу предположить, что шестнадцатичасовая гонка если и не опустошит полностью их топливные танки, то практически сведет к минимуму запас реактивной массы.
— То есть лишит свободы маневра,— удовлетворенно кивнул капитан.
— Верно,— согласился Хук.— Думаю, реально они рассчитывают на единственную, но стопроцентно результативную атаку.
— Как предполагаешь действовать?
— Сейчас, думаю, нам стоит хорошенько выспаться. Часов через десять-двенадцать ситуация окончательно прояснится. Тогда и настанет время принимать решения.
— Все слышали? — Мэрфи окинул взглядом присутствующих.— Смена каждые два часа. Первый Кингсли, остальным спать. Собираемся в рубке через двенадцать часов!
Аксель проводил Анну, принял душ и с наслаждением растянулся на прохладных простынях. Хотелось спать, но мысли роились в голове, мешая расслабиться. Сол не привык жаловаться на судьбу, но сейчас не мог не признать, что впервые его так настойчиво и изощренно пытаются спровадить в царство теней. Ощущение непривычное и неприятное, а оттого против воли занимающее собой сознание.
На первый взгляд самый разумный шаг в создавшемся положении — это радировать на Землю и срочно запросить эскорт, то есть действовать против им же самим всего несколько часов назад данных рекомендаций. И правильно их дал, надо сказать. Сейчас его уверенность в этом еще более окрепла. Последнее время он только тем и занимался, что преодолевал смертельные препятствия, и сейчас не мог отделаться от предчувствия: призыв о помощи вместо оказания таковой лишь навлечет на них новые невзгоды.
Вряд ли неизвестные пока злоумышленники воспользовались в затеянной ими звездной охоте частными официально зарегистрированными судами. Слишком многое в развернувшейся борьбе поставлено на карту, и столь наглое и массированное противостояние МЕБЛИПу, одной из мощнейших правительственных организаций, ни для кого не пройдет безнаказанным, если… если вина преступника будет доказана.
Эти размышления привели Акселя к признанию реальной лишь одной единственной версии происходящего. Если среди Братства Пустынников нашелся капитан, готовый на хладнокровное уничтожение правительственного космоплана со всем экипажем, то могли нанять и двух, и трех исполнителей. Так сказать, для подстраховки.
Судя по тому, с каким упорством, невзирая на грядущие неудобства, преследователи устремились в погоню, деньги этим ребятам обещаны немалые. Огромные, наверное, денежки. Сам он не согласился бы на суточное пребывание в центрифуге даже за многомиллионный гонорар. Но эти парни, видно, исповедовали более трепетное отношение к материальному поощрению.
Надо сказать, сделанный вывод немало порадовал Сола. Принимая во внимание то, что первоначальная точка рандеву выбрана преследователями на подлете к Поясу Астероидов, на внутренней стороне орбиты им на смену скорее всего придут другие. Соломон с самого начала исходил именно из этого предположения. Если он прав, то у злоумышленников есть свой человек в одном из комитетов космофлота. Больше им негде взять зарегистрированную в департаменте полетную карту «Неудержимого». Конечно, существует и определенная вероятность того, что на борту космоплана у преступников есть свой человек, но этого Аксель представить себе совершенно не мог. Весь экипаж — простые, честные ребята. А Джона Мэрфи он знал настолько давно, что сама мысль о его причастности к преступлению выглядела кощунственной. И он не мог представить себе, что прекрасно разбиравшийся в людях капитан мог взять в свою команду способного на подлость человека. Чутье подсказывало Хуку, что разработка этой версии приведет разве что к бессмысленной потере времени на пустопорожние рассуждения.
В определенной степени всем им повезло, что Спаркс допустил оплошность и позволил обнаружить свои действия. Быть может, окажись на его месте человек, Акселю не удалось бы так быстро выяснить технологию несчастных случаев. А так… Программа оказалась свернута. Робот передал на «Неудержимый» радиограмму с просьбой о немедленном возвращении и, видимо, еще одну своим тайным сообщникам. В результате — к Земле те стартовали на несколько суток раньше намеченного графика. Возможно, именно этим объясняется тот факт, что преследователи позволили увидеть себя на фоне Урана. Если так, Солу повезло. А впрочем… Хук пожал плечами. Кому-то из двоих ведь должно было повезти.
Самая страшная опасность — опасность неизвестная. От нее Аксель с божьей помощью избавился. Так или иначе, он добился своего. Маршрут изменен. Точка перехода Пояса Астероидов сместилась далеко в сторону и почти на двое суток вперед по времени. Это значит, что путь к Земле открыт и единственная оставшаяся проблема — необходимость отделаться от хвоста. В рубке он не стал этого говорить. Не потому, что страдал врожденной скрытностью. Просто не желал понапрасну будоражить людей.
Соломон знал, что члены Братства Пустынников жестоко соперничают друг с другом, и возлагал на их скрытую вражду немалые надежды. В том смысле, что, потерпев фиаско, их преследователи вряд ли станут информировать конкурентов обо всех обстоятельствах собственной неудачи. Стало быть, дело за малым — оставить с носом псевдопатруль.
Здесь тоже складывающаяся ситуация им на руку. Пояс Астероидов едва ли не единственное место в Солнечной системе, где с помощью маневрирования можно оторваться от преследователей. В конечном итоге все будет зависеть от навигационной ситуации в точке встречи. Если пространство на этом участке Пояса Астероидов не окажется излишне разреженным, они сумеют уйти от погони. Но окончательно это выяснится несколько позже.
С этой успокаивающей мыслью Аксель заснул. Ему снились армады пиратских торпедоносцев. Их фотонные двигатели гнусно фырчали на холостых оборотах, по временам нетерпеливо испражняясь в пространство столбами ослепительно-белого пламени. Одноглазые капитаны ехидно посмеивались, сжимая узловатыми пальцами штурвалы. Крышки торпедных люков хищно приоткрывались, грозя в любой момент выплюнуть вдогонку беглецу свору смертоносных снарядов. Хук рвался прочь, безбожно расходуя реактивную массу и гадая, успеет ли он укрыться от преследователей за несущимся впереди параллельным курсом, хаотично вращающимся каменным обломком величиной с Англию. Осталось совсем немного… и до цели и в баках… Еще. Он нутром почуял, как пираты рванулись ему вслед. Еще чуть-чуть. С таким трудом добытое преимущество стремительно таяло. Неужели он не успеет? Ну!