Страница 4 из 16
Радужные мечты сменились кошмарами, когда довольные наниматели вывалили на него подробности. Девица оказалась эльфийской принцессой, домик — королевским дворцом, от благообразного старика в мантии мага и красивой девушки с булавой на поясе ощутимо пахнуло угрозой. Политикой. Кто может рискнуть похитить представительницу правящей семьи? Только тот, за кем сила. Без железной уверенности в способности избежать наказания и весомых причин такие дела не делаются. При этом свои шансы выжить наемник оценивал низко, практически никак.
Странный маг испуг наемника игнорировал. Он разливался соловьем, с упоением цепляя на Дарзата все новые и новые предметы:
— Колечко против огня, колечко против воды, колечко от мертвых, перстенек, хе-хе, для живых, — на лице старика появилась нехорошая улыбка. — Трупов не надо, поэтому сделаем вот так, хе-хе. На шейку генератор лямбда-поля, в смысле, воздушный щитик, прелесть какая! Браслетики на ручки маленькому дадим, браслетики на ножки нацепим, вот как хорошо… Масочка на морду не просто так, штучка полезная! Крестик видишь?
— Да, — от дребезжащего сюсюканья становилось не по себе. Внезапно дроу подумалось, что с головой у мага явно не все в порядке.
— Пойдешь за значком, он приведет тебя к искомому объекту. Наведешь крестик, скомандуешь, маска самостоятельно фиксирует цель. Понял?
— Что командовать?
— Что захочешь. Мысленно пожелай поймать принцесску, остальное прибор сам сделает. Ну, — вздохнул маг и зачем-то перекрестил эльфа, — вперед, Кутузов.
Последний жест, равно как и непонятная фраза, Дарзата доконали. Он тупо уставился вперед застывшим взглядом, боясь пошевелиться. Такого количества драгоценностей, как сейчас, на нем никогда не висело, особенно смущал исходящий от артефактов фон. Внезапно вспомнился давний поход в северные земли, опытный сержант-варвар, командовавший их сотней, его рассказы об обычаях местных племен… Какое же дерево украшали на праздник перелома зимы? Елку, дуб? Самокритично подумалось, что дуб подходит больше — будь ума побольше, держался бы подальше от слишком щедрой парочки. Теперь поздно, контракт заключен, выплатить неустойку ему не по силам.
— Чегой-то с ним? — озаботилась Ольга состоянием исполнителя. — Может, лучше другого наймем?
— Не обращай внимания, — отмахнулся Указка. — Все правильно, артефакты настраиваются на энергетику владельца, вот он и "подзавис" малость. Раньше основной компонент перезагружать приходилось, теперь пять минут постоял, глазками похлопал, и все! Принципиальных изменений в архитектуру вносить не пришлось, обошелся прошивкой нужных заклинаний в матрице, зато какой эффект! О, пришел в себя. Готов, сынок, в смысле, племянничек?
— А?
— Готов, — старик довольно потер руки. — Поехали!
Фигуру дроу окутал непроницаемый взгляду белесый кокон, изнутри доносилось сверкание молний и глухое потрескивание. Затем кокон принял форму шара, начал расти, так, что оба бога были вынуждены проворно отбежать шагов на пятьдесят в сторону, чтобы наблюдать за процессом из относительной безопасности. Достигнув метров десяти в диаметре, шар прекратил рост, посветлел, сквозь тонкую мембрану проступили очертания хищной крылатой фигуры.
— Вроде, на черного не похож… — неуверенно произнесла Ольга.
— В пределах базовой модели компоновку легко менять. Сейчас, подожди, — старикашка проворно тыкал пальцами в широкий браслет на левой руке, руны от его прикосновений светились, дракона внутри яйца корежило. — Теперь что скажешь?
— Здорово! Не отличить!
— А ты как думала! — заухмылялся Указка.
Шар исчез, на его месте теперь стоял и неуверенно помахивал крыльями огромный черный дракон. С первого взгляда специалист легко признал бы в нем одного из слуг Владыки Тьмы Адрианеса, который, как известно, больше прочих рас ненавидит светлых эльфов. Бешеная подумала, что на сей раз нашла подходящего напарника: умного, деловитого, предусмотрительного. Какая же она молодец! Вот только…
— А почему у него одно крыло больше другого?
— Маневр ПСО, — Александр Андреевич с гордостью смотрел на свое творение. — Противострелковой обороны, сиречь. Эльфы, сволочи, стреляют метко, и маги среди них ушлые попадаются. Надо заранее учесть все варианты.
Богиня умилилась еще больше.
Тем временем Дарзат попытался взлететь. К собственному удивлению, он приблизительно знал, как именно осуществляется процесс взлета-посадки, тело слушалось команд прекрасно. Все было бы хорошо, если бы не одно "но". Изначальный вариант вложенных инстинктов не предусматривал разной площади крыльев.
Судорожно размахивая конечностями (всеми шестью), дракон набирал высоту. Правда, летел он как-то странно, выписывая невероятные зигзаги и постоянно пытаясь сорваться в штопор. Слава богам, имелся надежный ориентир, целых два — видимая одному ему белая точка на горизонте, означавшая принцессу, и черная сзади, показывающая место доставки. Кривляясь, шарахаясь из стороны в сторону, распугивая то птиц в вышине, то белок на верхушках деревьев, первый в истории мира дроу-трансформер летел к цели.
— Он точно долетит?
— Долетит-долетит, за качество изделия я ручаюсь, — задумчиво проговорил Указка. — Вот только во дворце, кроме магов, еще и жрецы есть. Верховные.
— И что делать? — встревожилась Ольга. — Еще какая цацка на такой случай есть?
— Артефактов маловато будет. Придется действовать малость радикальнее.
Храм Всех Сил представлял собой огромное квадратное здание без крыши, скорее, длинную колоннаду белого камня, опоясавшую расположенные в строгом порядке статуи богов. Справа, как полагается, изображения повелителей Света, особо чтимых эльфами, слева пристально вглядываются в лица извечных соперников владыки Тьмы. Между ними, арбитры и хранители, на своих постаментах стоят боги Равновесия. Триста двенадцать фигур, каждая со своим символом и каменной чашей у ног. Чашей, в которой загорается огонь, стоит божеству спуститься на землю.
И в дальнем конце, за спинами хранителей Равновесия, устанавливают изображения хаоситов. Статуи детей Изначального и Всеединого, породителя миров, отца добра и зла. Статуи богов, к которым обращаются в последнюю очередь, в беспросветном отчаянии, о которых стараются не вспоминать. Алтари хаоситов почти всегда пусты, им не приносят жертв, лишь служка время от времени стирает с них пыль. Изображений нет, ибо Хаос способен принять любой облик. Только шесть символов — нож, булава, язык, пара странно перекрученных стекол, веточка дурман-травы и гитара с двумя струнами — выбиты на камне алтаря.
При входе в храм всегда кладется плита с выбитыми на ней тремя пустыми кругами. Имена Отступников забыты, сами они низвергнуты в Ничто, и лишь изредка павшим богам удается ненадолго вернуться в пределы Сотворенного. Они одинаково ненавидят всех, их цель — разрушение, они несут смерть. Стоит жрецам увидеть истекающий кровью круг, и все распри теряют значение, старые обиды забываются, бывшие враги рука об руку встают против всеобщего врага. Так было, так есть, и так будет.
Верховный жрец всегда связан со своим храмом, он чувствует все, происходящее в его пределах. Он стоит выше всех прочих жрецов, но не имеет права воспользоваться своей властью. Верховный говорит с богами, со всеми разом, но не способен поведать полученные откровения. Его нельзя убить. Он вечно нейтрален. Он вне игры. Именно к нему приходят за советом остальные верховные служители, когда не знают, что делать.
Почти всегда он может дать совет.
— На сей раз я знаю не больше вашего, — жрец пожал худощавыми плечами. — Боги никуда не делись, они по-прежнему правят миром, просто мы не можем с ними общаться. Отступники спят. Я бы предположил очередной выкидыш утробы Хаоса, прорвавшийся сквозь Кромку, или явление одного из шестерых, но упреждающие заклинания молчат. Впрочем, оракул не видит в будущем ничего опасного.
— И что нам делать? — мрачно вопросил верховный жрец Матери Зверей. Он особенно тревожился, наступившая весна принесла много тревог. Родившиеся детеныши требовали ласки, поля и сады ждали благословения богини, дабы осенью щедро одарить урожаем. Неужели эльфам, полностью зависящим от милостей природы, придется надеяться на одни свои силы?