Страница 19 из 85
У входа на книжный рынок стоял столик. За ним сидели мужчина лет под пятьдесят и женщина того же возраста.
– Здравствуйте,— широко улыбаясь, обратился к ним Бурлаков. Если я правильно понял, то здесь книги меняют?
Дежурные подтвердили его предположение. Завязалась беседа и вскоре Мишенька выяснил все местные порядки. Особенно ему понравилось то, что всего за полтинник сюда пускали и иногородних книголюбов. Пятьдесят копеек не деньги, Бурлаков расстался с ними легко.
На всех книжных барахолках своих распознавали по жаргону и поведению. Поскольку в те времена открытая продажа книг по рыночной цене считалась спекуляцией и преследовалась заинтересованными ведомствами, то наглый вопрос: "Сколько стоит книга?" отпугивал возможного продавца. Зная об этом, Мишенька, отыскав нужный томик, спрашивал:
– Из какого расчета идет это издание?
Хозяин, внимательно поглядев на него, отвечал:
– Полтора. А что у вас есть?
– Все мое осталось дома, за три тысячи километров отсюда,— пояснял Бурлаков.— Я никак не подозревал, что сразу нарвусь на такое интересное мероприятие. Но у меня есть казначейские билеты Госбанка СССР. На них написано, что они, якобы, принимаются и действуют по всей территории страны. Не хотите ли взглянуть. Я вам предлагаю один и два.
Хозяин книги, подумав, говорит:
– Меньше, чем один и три не могу.
Мишенька согласно кивает и берет соседнюю книгу, листает ее с умным видом, вкладывая между страниц две купюры на сумму в тринадцать рублей. Затем кладет ее на место и забирает ту книгу, что его заинтересовала.
– Хорошая книга, но эта лучше,— сообщает он хозяину, который внимательно наблюдал за его действиями.
После этого покупатель и продавец расходятся и забывают друг о друге навсегда. Приобретя таким образом несколько томиков, Бурлаков покинул книжный рынок. Он оставил на нем рублей пятьдесят, но в родном Челябинске такой набор литературы стоил, как минимум, вдвое дороже. Две книги, из приобретенных, он решил оставить себе, а остальные- реализует дома по рыночной цене, с целью покрыть свои финансовые издержки.
Удовлетворенно подбив баланс, Михаил с легким сердцем отправился на троллейбусную остановку.
Турбаза "Таврия" представляла собой большой спальный корпус гостиничного типа с номерами на два и три места. Рядом находились столовая, открытая эстрада, спортплощадка и какой-то летний павильон.
В вестибюле гостиницы было прохладно. К окошку администратора стояла небольшая очередь. Бурлаков тоже постоял в ней и зарегистрировал свое прибытие. Ему дали заполнить какую-то анкету и, когда он с заполненным листком подошел к администратору во второй раз, у окошка пытали какую-то рыжеволосую девицу.
"С рыжими я еще не дружил"- подумал Михаил.
Девушка, судя по всему, оказалась из Таллина. Наш герой, побывавший не так давно в этом славном городишке, заинтересованно спросил:
– А вы там не в микрорайоне Ласнамяэ живете?
Девушка косо посмотрела на него и сердито с прибалтийским акцентом ответила:
– Нет.
"Такая же, как все они в этой промозглой Эстонии,"- подумал Михаил.— "Не дружил с рыжими и, похоже, не буду."
– Скажите,— обратился он в окошко.— Тут Бергер Василий еще не появлялся? Тоже из Челябинска.
Тетенька, полистав журнал, сказала, что такой еще не регистрировался.
В комнате Михаил оказался один. Оба соседа отсутствовали, из трех кроватей ему досталась та, что у окна. Расположившись, он узнал распорядок дня и отправился погулять в центр города.
В ближайшем киоске "Союзпечати" он купил карту Симферополя и внимательно ее изучил. Как всякий великий полководец, он сначала составил план покорения города, а потом принялся его выполнять.
Столица Крыма ему не приглянулась. Видел он города и получше, и поинтереснее. Побродив с час по узким, опаленным солнцем улочкам Симферополя, Михаил убедился, что воскресный день местные жители соблюдают свято, словно верующие евреи субботу, и все магазины, кроме продуктовых, оказались закрыты. Подвергнуть город "ограблению" не удалось, Симферополь явно не хотел делиться с приезжим уральцем своими товарами.
Вернувшись на турбазу к обеду, Бурлаков отправился в столовую, где сразу же увидел своего коллегу Бергера. Василий стоял в середине очереди, совсем близко к раздаче, и дружески беседовал с двумя незнакомыми юношами. Михаил конечно же сразу решил, что в таком случае совершенно не имеет смысла становиться в хвост длиннющей очереди, и на правах старого знакомого он уверенно пристроился к этой троице.
За то время, пока они вчетвером получали свои обеденные порции, Михаил успел и перекинуться с Бергером несколькими приветственными фразами, и выяснить, что эти юные ребятки- соседи Василия по комнате. Знакомство с ними состоялось уже за столом.
– Вы откуда, молодые люди, прибыли?— строго, но приветливо спросил Бурлаков.
– Из Ростова-на-Дону,— охотно сознались парнишки.
– А, Ростов-папа! Тогда я вас не понимаю,— стал удивляться Михаил.— У вас там свое Азовское море рядом. Теплое, мелкое. Что же вы сюда приехали? Климат у вас такой же.
– Да не, у нас не так. Да и море не так близко,— не согласились юноши.
Из дальнейшей беседы выяснилось, что Андрей и Олег, так звали молодых людей, сидят здесь уже два дня и завтра, наконец, отправляются по тому же двадцать пятому маршруту, что предстояло одолеть и Михаилу с Васей. Ребятки были совсем молоденькими, оба учились в каком-то техникуме и впервые самостоятельно поехали отдыхать так далеко от дома. Даже Василий, всего год назад демобилизовавшийся из армии, в его двадцать один год казался им опытным и пожившим человеком, а уж бородатый, прятавший за черными очками свои глаза, Михаил и вовсе казался им солидным дядькой.
За обедом было решено: не терять время попусту, а, пользуясь хорошей погодой, сходить куда-нибудь искупаться. Мишенька объявил, что при внимательном изучении карты города Симферополя он обнаружил на ней синее пятно, которое явно обозначало какой-то водоем. Он уже изучил все подходы к нему и обещает, что без проблем доставит туда всю компанию.
Быстро собравшись, они весело зашагали к троллейбусной остановке.
– Если и дальше так пойдет, то будет то же, что и в Ашхабаде,— скучно заметил Михаил.
– А что было в Ашхабаде?— спросил Олег.
– Да то же самое, что сейчас,— пояснил Бурлаков.— Ашхабад- это удивительный приятный город, но вот только водный вопрос его немножко портит. С одной стороны вода как бы есть, а с другой стороны- ею не попользуешься.
Я как-то имел счастье там отдыхать. Представляете, конец сентября, жара под тридцать градусов, плавится асфальт под ногами, в центре города полно фонтанов, а вот искупаться там негде.
Нет водоемов. Совсем нет. И только в одном месте через окраину города проходит их знаменитый Кара-Кумский канал. Я это место тоже по карте города отыскал.
И однажды мы своей молодежной компанией решили это место посетить. Добирались туда на маршрутном такси, ехали минут тридцать. Нашли канал- не врет карта. Но вот окунуться в него так и не рискнули. Местные жители вовремя рассоветовали. Оказалось, что в этом месте, без ущерба для здоровья, только верблюды плещутся.
– И что же люди, там совсем не купаются?— поинтересовался Андрей.
– Почему же. У них ванны есть и водопровод. И даже горячая вода бывает, но только зимой. А ближайший пляж на том же канале километров за десять от города. И туда не так просто добраться, поскольку городской транспорт до него, почему-то, никак не довозит. Мы на этот пляж на такси ездили, а обратно на попутке. Вообще-то, приезжих туристов туда спецавтобусом вывозят, но только один раз, вроде как на экскурсию. А если хочешь чаще купаться, то добирайся, как можешь.
Там же мусульмане живут. Совсем другие люди. Им Аллах не разрешает пляжи посещать. Если мужиков еще можно встретить у воды, то женщин- никогда.
Впрочем, в курортных местах, типа Фирюзы, есть бассейны в домах отдыха. Правда, и там нам не повезло. Приходим мы в один санаторий и спрашиваем у какого-то аборигена: "Дедуля, где тут у вас бассейн? Искупаться охота." Но тот в ответ у виска пальцем крутит и говорит, что у нас, видимо, в головах непорядок. Какой купаться, когда зима скоро. И это в конце сентября! Когда столбик термометра регулярно показывал двадцать пять градусов выше нуля. Но, как мы поняли, по их мнению это было, действительно, холодно. Их мужики-туркмены уже меховые шапки надели.