Страница 19 из 31
– У тебя высокий рейтинг. Можешь приложить сюда и эту. – Джуди протянула ей визитку Тома.
– Она твоя.
– А твои дожидаются у меня на рабочем столе, он же просил передать, когда тебя не было. Так что бери. Теперь можно посчитать, сколько человек хотят с тобой спать, а сколько работать.
– А Тома мы куда причислим?
– В первые ряды конечно!.. О-о! Какие тут фамилии попадаются! – Джуди воровато оглядывалась по сторонам. – И что он тебе нашептывал?.. Вот это да!
…Полчаса спустя, Одри садилась в такси, в то время как ее подруга – в длиннющий лимузин банкира. В голове шумело, положение Джуди вызывало легкую физиологическую зависть… Она почти уже закрыла дверцу, когда раздался знакомый голос:
– Ты вот на сцене с микрофоном сказала, что мы можем задавать тебе любые вопросы! – Том стоял с трудом, опираясь на крышу ее такси, чувствовалось, что он сильно перебрал.
– Я говорила об Израиле.
– Не важно. Слово – не воробей. Так значит, я могу задать тебе любой вопрос?
– Задавай быстрей, и я поехала!
– Одри, – прошептал он таинственно, наклоняясь к ней, – скажи: ты уже любишь меня, как в том ноябре?.. Или мне нужно еще постараться, чтобы воскресить твои чувства?
– Что-о?
Том расплылся в широкой детской улыбке:
– Пока, сладкая моя! Не торопись с ответом!
7
Все последующие дни Одри Селтон, лучшая переводчица своей фирмы, провела в праздных размышлениях. Начальство подарило ей несколько выходных, чтобы она могла «очухаться и прийти в себя», но сидеть дома оказалось невыносимо.
Придя в офис с двумя тортами и шампанским, чтобы отпраздновать возвращение, она лениво раздавала интервью об израильской жизни. Прекрасную половину человечества почему-то интересовала служба в женской армии и телесные достоинства арабов (все были уверены, что ей хорошо известно то и другое). Мужчины допытывались, где в Израиле можно подзаработать, если они поедут в следующий сезон по контракту. Она не стала об этом рассказывать. Обещала же – не распространяться… К тому же сейчас нужно думать о будущем, а не о прошлом. В душе у нее постепенно созревал некий план, или, скорее, пока решение: ей отчетливо стало ясно, что в личной жизни и карьере надо что-то менять.
Хорошо Бриджит: живет с любимым мужем, занимается тем, чем хочет, красива и счастлива в свои пятьдесят три. В том, что она счастлива, не оставалось никаких сомнений, стоило только взглянуть в глаза этой женщине… Немногим в мире, может быть, единицам из тысяч, судьба дарит возможность встречать преклонный возраст именно так: счастливой, красивой, любимой и состоявшейся. У Бриджит было двое взрослых сыновей и уже намечались внуки. Одри вдруг прикинула, во сколько лет та могла родить своих мальчишек. Получалось, что не так уж и рано. Первого она, судя по всему, родила в таком же, как у Одри, возрасте: двадцати семи-двадцати восьми лет.
Она вздохнула. Нет, настоящее счастье просто так не приходит… Говорили, что Бриджит отбила своего Майлза у какой-то светской львицы, наделав тем самым много шума. Но с тех пор они оба ни разу не пожалели о случившемся, и Одри еще никогда не видела пары счастливее их…
Она разложила на рабочем столе разноцветные визитки в два ряда. Верхний получился гораздо длиннее. В нем было шестнадцать человек: тех, кто хотел бы сделать ее своей любовницей. В нижнем ряду расположились визитки десятерых, кто действительно звал ее на работу. Может, пора выбирать себе клиентов, как в клубе или на сайте знакомств? Жаль, что перед глазами нет фотографий, приходится вспоминать, глядя на имена: что же такой-то и такой-то от нее добивался, какими комплиментами сыпал и за какие места хватал во время танца.
Выбор широкий. Может, с кем-то из них у нее тоже будет такой счастливый роман, а потом – счастливая жизнь, как у Бриджит?.. Смешно.
Она быстро смешала первый ряд, как карточную колоду, и высыпала в нижний ящик стола, где хранилась хозяйственная мелочь. Можно было выкинуть совсем, но кто знает, вдруг всплывет какая-нибудь нужда, когда потребуется найти одного из этих людей по рабочим вопросам?.. Одри не любила жечь за собой мосты от обиды или из-за плохого настроения. Именно благодаря этому свойству характера у нее всегда имелся обширный круг приятелей и знакомых, готовых составить компанию в любое время суток…
Итак, десять деловых предложений ровной дорожкой лежали перед ней на рабочем столе. Заказов на переводы сегодня не было, в фирме стояла удивительная тишина и спокойствие, если не считать того, что коллеги уже давно и самостоятельно праздновали ее возвращение, разместившись в приемной, и не обращали внимания на виновницу торжества. Так и не услышав описания прелестей арабов, девушки сказали, что обиделись, и променяли ее на два увесистых торта.
Одри сверлила глазами стол. А что, если… Ей действительно все чаще стали приходить мысли о собственном деле. Денег у нее для этого не так много, но если использовать папины взносы, которые так и лежали нетронутыми на счету и теперь, наверное, обросли хорошими процентами, тогда хватит. Можно поговорить с Джуди, она будет прекрасной компаньонкой. Одри сосредоточенно загибала пальцы на руке, прокручивая в голове плюсы и минусы. Что еще? Подобрать персонал не составит особого труда, учитывая, что многие бывшие сокурсники сейчас бездельничают. Это направление в бизнесе не так широко развито, как, скажем туристическое, значит, ниша пока свободна. В общем, тут есть над чем подумать. И она со свойственным ей твердым спокойствием, когда речь шла о судьбоносных вещах, набрала рабочий номер Джуди.
– Ну как банкир? – скорее из вежливости спросила она, потому что после вечеринки подруги еще ни разу не разговаривали, если не считать просьбы Джуди на следующий день забрать ее машину, незаслуженно забытую в саду у Бриджит. Видимо, банкир крепко держал ее своими дивидендами в каком-то уютном гнездышке, иначе бы она выбралась на улицу сама. – Вы все еще встречаетесь?
– Представляешь, он не отходит от меня ни на шаг! Говорит, что никогда еще не видел такой женщины, ему даже понравилось, что я располнела!
– Он просто любит все большое и солидное. Вспомни его машину.
– О-о! Она великолепна! В ней…
– Послушай, Джуди, мне надо с тобой серьезно поговорить. Ты сейчас в состоянии воспринимать что-нибудь другое, кроме банкира?
– Если честно, нет. А о чем разговор?
– Хочу предложить тебе долю в новом бизнесе.
– Одри!.. Неужели в твоем?
– И в твоем.
– То есть… Ты предлагаешь… Но это серьезная тема. Мне надо подумать.
– Думай. Созреешь – позвони.
– Хорошо.
– Тогда до скорого.
– Одри, подожди. – Джуди, кажется, почувствовала неладное в голосе подруги.
– Ты что, решила сразу согласиться?
– Нет, я хотела спросить, как у вас с Томом. Он не появляется?
– Пока нет.
– Дело в том, что он звонил мне вчера на работу и снова звал к себе в фирму. По-моему, это вполне серьезно.
– Ну что ж… Это тоже вариант. Ты подумай.
– Подожди! Я не собираюсь работать в «Колибри»! Я… Ладно, черт с ним, с Виктором!
– С кем?
– Так зовут банкира. Давай сегодня вечером увидимся в нашем «Форесте»?
– Он что, русский?
– Немного. По дедушке. А вообще – американец. Так как насчет «Фореста»?
– Ну давай, если твой Виктор…
– Я же говорю – черт с ним! Что-то мне не нравится твой мрачный и решительны настрой, а еще – интриги этого юного поросенка.
…И все-таки день в их фирме прошел не зря. Одри наелась своими тортами и по дороге в любимый ресторанчик блаженно размышляла о диетах и удивительной особенности своего тела никогда не полнеть. А ведь многие мучаются, не позволяя себе даже кусочка. А она сейчас поговорит с Джуди, проголодается и закажет себе еще жаркое из свинины со свежими овощами. И ничего страшного, что это – на ночь. Ее живот и бедра еще ни разу не обрастали жирком, хотя в этом возрасте уже пора. И вдруг подумав о животе и, может быть, в ответ своим утренним мыслям о сыновьях Бриджит, она представила себя беременной. Ей внезапно стало так одиноко, тоскливо и холодно от этой мысли: кому, в сущности, она нужна? Кто сможет сделать ее счастливой, подарить ей уют, любовь, дом и детей?.. Да, остается тихо завидовать Бриджит, осознавая свою полную непригодность в делах семейных.