Страница 13 из 31
Она первая посмотрела на него:
– Я тоже, Том.
– Что?
– Тоже не могу… Но в отличие от тебя, мне не к кому идти, у меня нет будущей жены, нет будущей работы. И поэтому лучше нам расстаться именно здесь и именно сейчас.
– Зачем нам расставаться?
– Не старайся быть глупее, чем ты есть на самом деле.
– Одри, но я не в силах отказаться от того, что мне предлагают.
Она подняла его лицо за подбородок и улыбнулась, заставив посмотреть себе в глаза:
– Том, если есть настоящее желание, силы обычно приходят, откуда ни возьмись. Как в сказке, Том. Мне холодно и больше нечего тебе сказать.
Она развернулась и пошла в кафе.
…На улице шел дождь со снегом, закручивался сумасшедший танец осенних демонов, на улице творилась темная мистерия, и темное отчаяние сжимало сердце Одри. Мокрая от слез и снега, в распахнутой куртке, она шла домой, больше не чувствуя холода. Она неистово кусала губы, сдавливая рыдания в горле…
А потом было утро. В дверь тетушкиного дома постучался посыльный с огромным букетом из двадцати трех лилий и короткой запиской «Прости».
5
После того, как Том отбыл из Тель-Авива в Детройт, Одри тоже овладело «чемоданное» настроение: она начала собираться домой, предвкушая встречу с родным городом, друзьями и тетушкой, по которой сильно соскучилась. Тот самый маленький альбом с фотографиями, украденный арабским мальчишкой и ставший причиной встречи с Томом, лежал теперь у нее на рабочем столе, и она каждый день его перелистывала.
Всю фирму охватило лихорадочное возбуждение: пять человек отбывали в Штаты и на их место ждали новых переводчиков, до смены состава оставалось меньше двух недель. Основная деятельность на некоторое время замерла, начались созвоны, переговоры, планы расселения, главное офисное начальство вообще отбыло на недельный отдых, видимо, взяв передышку перед новым сезоном.
Одри скупала в местных магазинах все, что ей нравилось, чтобы всех одарить, никого не обидеть, а заодно и полностью сменила гардероб, основательно подготовившись к осеннему сезону. Она говорила себе, что в Детройте ей будет просто некогда это сделать. А если честно, просто хотела появиться «во всеоружии», чтобы вплотную заняться Томом. Теперь судьба сама вернула ее к нерешенной проблеме, и она сочла это хорошим знаком, своего рода благословением небес: наконец-то нужно расставить все точки над «i», чтобы больше не болело…
…Одри хорошо понимала, насколько мимолетной и легковесной оказалась их связь. Когда они вышли с пляжа, Том, пряча глаза, предложил ей поехать к нему в номер. Но она решительно отказалась, едва представив, что сейчас придется о чем-то говорить, прежде чем снова… Ей вообще-то было не свойственно сомневаться, особенно в том, чего не исправить. Она всегда знала: если захотелось провести ночь с мужчиной, пусть даже всего одну, то наутро не надо задавать глупых вопросов: «Ну и что ты теперь обо мне думаешь?». Сейчас же это вдруг стало важно.
Сейчас она готова была такой вопрос задать и с трепетом ждать ответа. И все это лишь потому, что веселый розовощекий поросенок по имени Том снова ворвался в ее жизнь и сокрушил все неписаные правила, с которыми она не расставалась уже много лет. Одри тогда попрощалась с ним, пожелав счастливого пути, попрощалась торопливо, на глазах у таксиста, чтобы не передумать, и убежала к себе в гостиницу. Том невозмутимо назвал адрес своего отеля. Так они расстались, совершенно не жалея о содеянном, и абсолютно уверенные во взаимности этого чувства.
Но настало время и ей возвращаться в Детройт.
В аэропорту родного штата ее встречали тетушка Эллин и Джуди. Это было приятно. Проглотив неожиданные слезы в горле, Одри зашагала к ним, раскинув руки.
– Ах, ты не представляешь, – говорила тетушка, поднося платок к глазам, – как я за тебя беспокоилась. Тебя ведь могли… ну, словом… этот арабский мир мне совсем не по душе! Одри, не езди больше туда, я положительно тебе запрещаю!
Джуди выдержала положенную паузу и наконец тоже обняла подругу.
– Привет, дорогая! Ты стала похожа на мулатку. В нашем штате и так чернокожих жителей больше, чем во всех остальных, а теперь еще ты! Очаровательно! Наши будут в восторге!
– Какие наши?
– Боже мой, Одри, это все твои чемоданы?!! – Эллин с тихим ужасом обходила вокруг пяти больших кейсов на колесиках, которые Одри «поймала» с багажной дорожки. – Может, ты прихватила чужие?
– Нет, тетя, это все мое.
– Мне нужно с тобой поговорить! – атаковала ее Джуди.
– По поводу?
– …Ах, Одри, ну куда тебе пять штук?
– Ты предлагаешь оставить парочку в аэропорту? Джуди, что у тебя?
– Мы встречаемся все вместе пятого октября. И те, кто работал с нами, и другие переводчики из моей фирмы. Будет грандиозный вечер. Ты приехала вовремя.
– Одри, но что ты в них положила? – снова подала голос тетушка.
– Тетя, подожди немного. Это через сколько получается?
– Через… три дня! Мне показалось, что тебя заинтересует это мероприятие, поэтому сразу морально готовлю тебя… А действительно, Одри, что в них лежит?
– Господи, да где?!
– В чемоданах! – хором сказали Джуди и Эллин, с одинаковыми лицами уставившись на нее.
– А-а. – Одри улыбнулась. – Для вас тоже есть кое-что.
– Пять чемоданов подарков!!! – закатив глаза и воздев руку к высокому потолку аэропорта, произнесла тетушка.
– Не пугайтесь, там еще мой новый гардероб.
– Ты что, решила обновить мебель? Но как же он туда…
– Тетя! Там моя одежда, а не мебель!
– А-а. Ну хорошо. Я пойду найму… Молодой человек! Ах, молодой человек!
Тетушка убежала, а Джуди выжидательно подняла одну бровь. Она все-таки была глубоко интеллигентной женщиной. И воспитанной. Поэтому молча ждала.
– Ну а… – Одри замялась, краснея даже через коричневый загар. – Ну а кто там будет, ты приблизительно знаешь?
– Знаю. – Подруга игриво наклонила голову набок, словно ученая собака.
– И… – У Одри почему-то пересохло во рту, и она громко сглотнула. – И кто же там будет?
– Он будет обязательно.
– Кто «он»? – Она опустила голову и почувствовала, что горят уши.
– Я думаю, мы друг друга поняли. Он снова заходил ко мне на работу, оказывается, они с нашим боссом партнеры. В общем, он оставил для тебя две визитки. Сказал, что вы какой-то важный вопрос не дорешали в Израиле. Так и велел тебе передать.
– Да? Как интересно.
– Мне тоже интересно. Тем более, ты рвалась поговорить на тему его развода. В общем, я готова. Хочешь, прямо сегодня встретимся. Хочешь – потом.
– А поехали ко мне прямо сейчас? – Одри даже мысли не могла допустить, что ей придется ждать еще день, прежде чем она узнает обо всем, произошедшим за полгода, и, разумеется, последние новости… – Я покажу тебе кучу новых вещей. Знаешь, я решила сменить имидж и отрастить волосы.
– Снова-здорово!
– Нет, я решила. Завтра же в парикмахерскую! Пусть наращивают, а потом – смотри – у меня свои стали в два раза длинней, чем обычно. Семь сантиметров – я измеряла!
– Ну хорошо, поехали к тебе. Может, я тебя еще отговорю от этой сомнительной затеи.
– Девочки! – Тетушка Эллин запыхалась. – Я нашла вам мальчика! Молодой человек! Вот эти двое. То есть пять чемоданов!
Подруги переглянулись и расхохотались.
– А скажи-ка мне, дорогая моя роза, – это было фирменное обращение Джуди, – чего ради тебе пришла охота менять имидж?.. И отращивать волосы… прямо как у жены Тома?
Одри замахнулась на нее «ручной кладью» состоящей из двух пакетов, и та отбежала в сторону, чуть не свалив тетушку. Джуди была высокой стройной женщиной, но за эти полгода немного располнела, и теперь они с тетей Эллин запутались в полах ее широкого пальто, в котором подруга, видимо, прятала фигуру.
– Зачем ты носишь этот балахон? – откровенно спросила Одри. – Такие давно вышли из моды. Или ты беременна?