Страница 22 из 22
- Да это: - сказал Сварог растерянно. - Это же революция!
- В какой-то мере, - ангельским голоском подтвердила Яна. - И, что самое приятное, изменения необратимы. Старики - впрочем, далеко не все - и особо стойкие ревнители традиций втихомолку ворчат по углам, но никто не в силах чему бы то ни было помешать - любые попытки подпадают под обвинение в государственной измене: Те, кто помоложе, искренне рукоплещут, поскольку привыкли относиться к этим "заповедникам старичья" с тихим презрением, люди дела, те, кто работает по-настоящему, довольны, а светские бездельники и вовсе не способны на организованное сопротивление: Вот теперь тебя проняло по-настоящему, я же вижу: Ты ведь тоже не принимал меня очень уж всерьез? Взбалмошная девочка с отличной фигуркой, а? В общем, теперь я правлю самовластно. Реальные нити управления - в руках Кабинета и канцлера. Что скажешь?
- Ничего, - честно признался Сварог. - Слов нет.
Он прожил здесь достаточно долго, полтора года, был посвящен во многие секреты - и мог в полной мере оценить размах свершившегося, его значение и последствия. И Палата Пэров, и Тайный Совет - пережившие свое время многолюдные говорильни, согласно канонам тысячелетней давности имевшие право дилетантски вмешиваться буквально во все, топить любую новую идею в бесконечных дискуссиях, забалтывать проекты, которых попросту не понимали, приводя специалистов в тихое бешенство. Управление делами Империи в одночасье упростилось несказанно. И самое пикантное во всей этой истории то, что интересы бюрократов вроде Костяной Жопы, надо полагать, не пострадали нисколечко, а потому чиновничье племя, есть такое подозрение, выступило единым фронтом с молодыми реформаторами - не столь уж это ново в истории человечества. То, о чем они когда-то с оглядочкой шептались с Гаудином и его друзьями перед последней командировкой Сварога на землю, вдруг стало реальностью.
- Ну как? - с живым интересом спросила Яна. - Согласись, я гожусь не только на то, чтобы раздевать меня взглядом и выпрашивать ордена?
Сварог помотал головой:
- Слов нет, ваше императорское величество.
- То-то, - важно, торжествующе сказала Яна. - Рада, что ты оценил по достоинству мои скромные усилия и экспромты с дебютами: Итак? Что скажешь насчет кресла канцлера? Я говорю совершенно серьезно.
- Подожди, - сказал Сварог. - Чем плох нынешний? Все, что я о нем знаю, укладывается в простое определение - мощный мужик. Совсем не стар, умен, его многие уважают, я не о светских хлыщах говорю:
- Не спорю. Но дело-то в том, что канцлер мне достался в наследство. От отца.
- Ага, - сказал Сварог. - А тебе, значит, непременно нужны новые люди? Никак с прошлым не связанные?
- Вот именно. Не столь уж оригинальная, зато эффективная практика.
- Увы, не всегда: - сказал Сварог. - И это у тебя - единственный мотив для смены канцлера?
- Ну, вообще-то: - протянула Яна. Сварог подметил, что прежней уверенности у нее внезапно поубавилось. И твердо сказал:
- Точно, единственный мотив.
- Ну и что?
- Заранее прости за резкость: - сказал Сварог. - Вот эта твоя идея мне категорически не нравится. Прекрасно, что ты оттерла от государственных дел две этих бесполезных говорильни: Но насколько блестящим был этот ход, настолько слаб и вреден другой: Менять канцлера только потому, что он тебе достался в наследство от прошлого царствования: Нет уж. Я попросту не справлюсь. Нельзя назначать толкового капрала командиром полка - это совсем другой уровень. Есть лестницы, которые никак нельзя преодолевать бегом, прыгая через три ступеньки:
- Но ты же назначил министрами Мару и своего домового?
- У меня всего-то тысячи три поданных - главным образом в Готаре, состоящем из полудюжины деревенек. Собственно, Готар и есть одна большая деревня: Господи, да я во многом не разбираюсь, многого до сих пор просто не знаю! Я тебе наломаю таких дров, что выправлять положение будут годами: Нет уж!
- А если я разгневаюсь всерьез?
Ему было неуютно. Однако в голосе Яны не ощущалось особенного гнева, скорее уж, такое впечатление, подтвердились какие-то ее предположения:
- Вряд ли, - сказал Сварог. - Ты себя показала умницей и вполне зрелым государственным деятелем:
- Вот только примитивной лести не нужно!
- Я вполне серьезно. Если ты разгневаешься всерьез, я в тебе разочаруюсь и буду считать, что ты еще не выросла:
- Хитрец ты, оказывается:
- Скорее уж реалист.
- Что же, я не могу на тебя более рассчитывать?
- Наоборот, - сказал Сварог. - Любое поручение, любой приказ. В лепешку ради тебя разобьюсь. Только не предлагай мне постов, до которых я попросту не дорос.
- Ну что же: - с расстановкой промолвила Яна. - Что же тут поделаешь: Возможно, это и в самом деле не лучшая моя идея. Но отсюда плавно вытекает, что есть посты, до которых ты вполне дорос:
Ее прервал тоненький серебряный звон. Яна обернулась к большой, искусно выполненной модели корабля, боевого парусного фрегата, стоявшей на лакированной подставке в ближайшем углу. Туда же уставились Сварог и настороживший уши Акбар.
Крохотный, с ноготок, серебряный якорь, только что касавшийся подставки, быстро поднимался вверх, словно прятавшиеся внутри крохотные человечки крутили брашпиль, - тонюсенькая сверкающая цепочка быстро уползала в клюз. Хлопнув, сами собой развернулись украшенные гербами и геральдическими чудищами паруса, вздулись, будто наполнились ветром, не ощущавшимся никем в комнате. На корме взвился бело-желтый клетчатый вымпел, очевидно, означавший готовность к походу. Во время своих недолгих плаваний Сварог наблюдал нечто похожее, в наборе сигнальных флагов уважающего себя судна обязательно имелись такие вымпелы. Наглухо прикрепленный к подставке кораблик, казалось, пустился в плавание по несуществующему морю.
- Это ты развлекаешься? - обернулась к нему Яна.
- Нет, честное слово, - сказал Сварог. - Это такая фамильная безделушка. Дворецкий деликатно сообщает, что хочет меня незамедлительно видеть по какому-то спешному делу: Как бы в Готаре чего не случилось: Извини, я:
- Да, конечно:
"Вот именно, не случилось ли чего в Готаре? - обеспокоенно подумал он, быстрыми шагами направляясь к двери. - С Марой несколько гвардейцев, да и без них ее голыми руками не так-то просто взять, да и вооруженными тоже, но мало ли: Когда начинаются дворцовые перевороты, ошеломляющие реформы и резкие перемены, когда у тебя множество врагов, причем об иных ты и не подозреваешь, пока не кинутся из-за угла:"
Чуть приоткрыв дверь, он выскользнул наружу. Нет, лицо у Макреда было, конечно, озабоченным, однако:
- Что-то случилось?
- Не думаю, милорд, - чопорно ответил дворецкий. - И все же я рискнул вас побеспокоить: Только что в замок прибыл и желает незамедлительно с вами встретиться его светлость герцог Дирмед, канцлер Империи. Герцог одет в приличествующий его рангу мундир, при орденах и парадном оружии. Следовательно, либо речь идет об официальном визите, либо он в таком виде явился к вам прямо из дворца, что опять-таки свидетельствует о серьезности и неотложности дела, по которому его светлость прибыл:
"Неужели выследили девчонку?" - подумал Сварог. И быстрым шепотом распорядился:
- Задержите его на пару минут, Макред, соврите: впрочем, не врите. Просто-напросто не говорите всей правды. Скажите, что у меня дама, и потребуется какое-то время, чтобы деликатно ее выпроводить: Светский человек поймет:
- Безусловно, милорд. Я могу идти? Сварог кивнул, вернулся в библиотеку и выпалил с порога:
- Канцлер. При мундире и орденах. Выставить за дверь никак невозможно:
- Его выставишь, как же: - ничуть не удивившись, понятливо кивнула Яна. - С отцом они, бывало, в голос спорили:
- Но ведь не выгонял его твой батюшка, а? - прищурился Сварог. - Значит, ценил: Что же делать-то?
- Какие пустяки: - Она встала, подошла к стене с мозаичной девственницей. Я попросту уйду не вполне обычной дорогой, чтобы не создавать излишних сложностей: До скорого!
Конец ознакомительного фрагмента.