Успеть, чтобы выжить (Солдаты удачи - 3)

Через пару минут спасенные оказались в сухих каютах, где Док со знанием дела принялся оказывать первую медицинскую помощь. Тем временем Пастух, призвав все знание языка, беседовал с пожилым владельцем судна в капитанской каюте.

- Кому я обязан спасением? - спросил спасенный.

- Любомир Бончев, - представился Пастух.

- Поляк?

- Болгарин, - почему-то с гордостью ответил Пастух.

- Ну, да это все равно, - решительно заявил судовладелец. - Вы капитан?

- Капитан на мостике.

- Значит, владелец?

- Владелец яхты, господин Христов, оказывает медицинскую помощь вашим матросам. Он врач по образованию. Я его помощник... телохранитель, поправился Пастух.

- А... - разочарованно протянул собеседник. Было ясно, что беседовать с телохранителями он не привык. - Куда направляетесь?

- В Палермо.

- Отлично, - оживился спасенный. - Тогда налейте коньяку, а не то я схвачу насморк...

2

Вечер опустился над Москвой.

За окном было темно и поздно. Но в особнячке в центре города, который занимало Управление по планированию специальных мероприятий, жизнь продолжалась. В кабинете директора Управления генерал Нифонтов и полковник Голубков, оставшись одни, обсуждали последние события и прикидывали, чем эти события могут для них обернуться.

А обсудить было что. Только-только закончилось очередное совещание, на котором перед Управлением были поставлены новые задачи. Черт его знает, как все сложится, но одно совершенно ясно:

ситуация снова изменилась, только теперь в пользу Нифонтова и подведомственного ему Управления. Противостояние с Главным управлением охраны Президента, кажется, завершалось. Похоже, что независимость свою им удалось отстоять. Удастся ли также закрыть и "китайскую тему"?

- Теперь я понимаю, в чем было дело, - произнес задумчиво Нифонтов. - Значит, эти орлы узнали, что контрразведка тоже ведет нашего Крымова, только по наркотикам... Кстати, как ФСБ вышла на него?

- Теперь это не имеет значения, - сказал Голубков. - Может быть, сами накопали, а может быть, поделился с ними кто-то.

- Ну да, - согласился Нифонтов. - А когда был убит Крупица и возникли проблемы с Пастухом, они просто протолкнули где надо идею, что Управление не справляется и дело надо полностью отдать на откуп контрразведке.

- А не справляется Управление потому, - добавил Голубков, - что руководство давно пора менять и всех вместе переподчинять ГУО. Очень простой ход.

- Но эффективный.

- Да, потому что начальник нашей собственной службы безопасности действует в их интересах, и таким образом они могут влиять на ситуацию изнутри.

- Что же это получается, - возмутился Нифонтов, - агентурная работа с коллегами?

- Видимо, они не считали нас коллегами, - вздохнул Голубков. - Когда политические интриги важнее дела, какие могут быть коллеги? С нашими аналитическими возможностями такого накопать и наворотить можно!

- Боюсь, что это была не последняя попытка прибрать Управление к рукам. Или расформировать его.

- Или так. Но это не выгодно.

- Ладно. - Нифонтов словно отмахнулся от проблемы, но с явным облегчением, поскольку, по крайней мере на ближайшее время, она разрешилась. - Ты лучше вот что мне скажи, Константин Дмитрич. От ГУО мы отделались, полномочия наши остались при нас, так что и расхлебывать все это дерьмо тоже нам. Контрразведка не только решила похозяйничать. Сам знаешь. Взяв дело Крымова в свои руки меньше чем на неделю, они успели спланировать операцию его захвата и с треском провалиться, не только упустив Крымова, но и потеряв своих людей...

- Я уверен, что Крымов постарался, дезинформируя их. Поэтому они и провалились. По большому счету, это не ФСБ, это Крымов спланировал операцию на таможне, а сам смылся на день раньше, и если бы не это ограбление Интрансбанка, они до сих пор не опомнились бы...

- Это все, конечно, поучительно. Но нам теперь все это подметать за них.

- Должны.

Кажется, Голубков не очень беспокоился по этому поводу. А может быть, просто хорошо скрывал свои беспокойства. Во всяком случае, он неторопливо закурил.

- Ты говорил, что кое-какие соображения у тебя есть. Вот и скажи мне, Константин Дмитрич, что думаешь.

- Я думаю, - размеренно произнес Голубков, - что, когда возникла необходимость доставить в Москву информацию из Флоренции, я не ошибся в выборе курьера.

- Что ты имеешь в виду? - не понял Нифонтов.

- Капитана Пастухова я имею в виду.

- А при чем тут твой Пастух?

- Я же говорил, что это единственная гарантия надежности в нашем деле...

- Константин Дмитрич, не до шуток, ей-богу! Эта информация давно использована. Нам теперь думать надо о другом. И потом, хороша гарантия! На нем до сих пор висят убийства. Я, честно говоря, так и не знаю, что с ним делать... Кстати, ты знаешь, где он сейчас?

- Давай без эмоций, - спокойно сказал Голубков. - Я расскажу, какие у меня на этот счет соображения, но только тебе придется поверить мне на слово. Не во всем, разумеется...

- Ну, давай. Не вижу причин для недоверия. Ты всегда был убедителен.

Голубков немного подумал, а потом затушил сигарету и разогнал дым.

- Когда я говорил, что Пастух - это наша гарантия, я имел в виду не только его честность и профессионализм. Я подразумевал, что в случае срыва, провала, каких-то форс-мажорных обстоятельств он доведет все до конца. Что бы ему ни мешало. Я, правда, не предполагал, что обстоятельства возникнут настолько серьезные, не предполагал, что Крымов поведет настолько успешную игру. Но в главном я не ошибся. Я не ошибся в психологии капитана Пастухова. Дело в том, что на него нельзя давить... Ну, примерно как на нашего президента, - усмехнулся Голубков. - А Крымов этого не знал. Он хотел раздавить Пастуха, он принимал его за мелкую пешку, с которой ничего не стоит справиться. Поэтому, когда на Пастуха повесили все эти убийства, когда Крымов попытался загнать его в угол, да еще взял его семью в заложники, он получил совершенно противоположный результат. Пастух не сломался. Он начал действовать. Мы, правда, ему не верили...

- Ты думаешь, он действует?

- Конечно! Я получил этому исчерпывающие подтверждения. Ведь он единственный из нас, кто с самого начала не купился на дезинформацию Крымова, на его игры. Он попытался убедить нас в этом, а когда захватили его семью, начал действовать сам. И, честно говоря, я помогал ему в этом чем мог. Некоторые его решения я не одобрял, но ведь я всегда был уверен в нем. Кстати, я ни секунды не сомневаюсь, что ограбление Интрансбанка - это его рук дело. Все логично. Через этот банк шли все крымовские расчеты...

- Но ведь это больше на бандитизм похоже, - с сомнением произнес Нифонтов.

- Нет, это просто нестандартный подход, - возразил Голубков. Обрати, между прочим, внимание: никто от этого бандитизма не пострадал. Просто исчезли деньги. Все сделано безупречно. И не забудь: мы успели проинформировать людей в Гонконге о том, что Крымов сдает их, и все это вместе не только заставило его выпасть из равновесия, но и отрезало ему все пути - теперь он не может ни вернуться, ни спокойно спать.

- Так вот зачем тебе это понадобилось! Почему сразу не предупредил?

- А ты бы согласился?

- Нет.

- Потому и не предупредил... Теперь слушай дальше. Я понял, что Пастух собирается во что бы то ни стало действовать самостоятельно. Но его личная заинтересованность оказалась нам на руку. Я решил и в этом ему помочь...

- В чем? - нахмурился Нифонтов.

- Я передал ему координаты того корабля, "Марианны", на котором увезли его семью.

- Но это же натовская яхта! - Нифонтов был просто поражен сообщением. - Это же... Что твой Пастух собирается делать?

- Он уже делает. Думаю, что он собрался взять ее штурмом.

- Да вы что со своим Пастухом, с ума сошли?! - воскликнул Нифонтов. - Это же международный скандал! Это... Да мы просто не отмоемся! Ты думаешь, что делаешь, Константин Дмитрич?