Страница 16 из 58
- На... на речке? - пробормотал Миккель. - Разве там есть золото?
- А вы не знали? - Незнакомец наколол кубик на острие ножа и положил в рот. - В Америке все речки уже обыскали. Ни щепотки золота не осталось. И вдруг до меня слух дошел: мол, в речке Синтора, в волости Льюнга, сразу за перепадом, где река петляет, золота уйма, только не ленись.
- Подумать только! - удивилась Туа-Туа.
- Вот именно, - продолжал незнакомец и наколол еще кусок свинины. - Ну, я, понятно, собрал вещички и сюда. Главное, застолбить первым... Сит даун, дакс.
- Что? - сказал Миккель.
- Садитесь!
Они сели на кровать Симона. Туа-Туа поближе к двери.
- Но коли хоть одна душа пронюхает - все пропало! - Он смотрел на Миккеля и Туа-Туа сквозь облачко синего дыма. - А вы могли бы мне помочь.
- Промывать золото? - спросил Миккель.
Незнакомец задумчиво кивнул.
- Это дело надо втроем делать, - объяснил он. - Я здесь чужой, меня как увидят, сразу догадаются: "Гляди-ко, золотоискатель! Зачем бы это он сюда заявился?" И не успеешь оглянуться, как к реке столько народу сбежится, что негде будет плюнуть. Нет, настоящий золотнишник не так делает - у него разведчики есть, которые все для него выведывают, где золото и все такое. А сам он сидит, покуривает сигару и планы строит. Прибегают разведчики: "Нашли, есть золото!" Старатель отвечает: "Великолепно, бойз. На рассвете поскачем туда".
Чужеземец отшвырнул прочь окурок и сказал:
- Последняя была... А где же Бил?.. - Он поднялся и стал смотреть в разные стороны. - Бил!
- Какой Бил? - не выдержал Миккель.
- А, вот ты где? - произнес с облегчением незнакомец. У каждого золотнишника есть помощник, по имени Бил. Завтра пойдешь через залив и купишь ящик сигар. - Он бросил Миккелю мятую бумажку. - И свинины кусок. Или вы передумали?
- Пойду, как только рассветет, - поспешно отозвался Миккель.
- Ну, и кофе пачку, если деньги останутся.
- А меня как звать? - спросила Туа-Туа.
- Постой-ка... - Незнакомец задумался. - Вот как: Бетси.
Туа-Туа как будто осталась довольна новым именем.
А он продолжал:
- А река наша, так что никому ни слова. Я пока буду находиться здесь, в лодочном сарае Симона Тукинга.
- Неужто Симона и в Америке знают? - Миккель даже рот разинул.
Незнакомец оторопел, словно проговорился. Но тут же опомнился и объяснил, что в Америке все знают всех.
Миккель сразу подумал об отце, Юханнесе Миккельсоне. Симона нет - так, может, американец знает? Вот только как спросить?..
Чужеземец достал гвозди, камень и стал прибивать мешок над северным окошком.
- Восемь лет назад на постоялом дворе одни крысы жили. А на рождество я зашел туда, думал переночевать, ан нет уже поселился кто-то.
- Так это по тебе плотник стрелял?! - воскликнул Миккель.
- Выходит, по мне... - пробормотал незнакомец. - Замерз, понимаешь. А что это за плотник?
Миккель рассказал, кто такой Грилле и где он живет.
Чужеземец спросил:
- А внизу кто живет?
- Я, - ответил Миккель.
Незнакомец ласково улыбнулся, покачивая в руке камень:
- Как же тебя звать?
- Миккель Томас Миккельсон.
Камень грохнул о пол и закатился под стол. Незнакомец произнес страшное проклятие и запрыгал на одной ноге, держась за другую обеими руками. Потом полез за камнем.
Из-под стола он вылез бледный как мел.
- Прямо по мозоли! - Он сморщился и повертел ступней. Беда с этими мозолями, а не миновать их, коли роешь золото в тесных сапогах.
Чужеземец пошел наружу - проверить, не пробивается ли свет.
Туа-Туа испуганно прижалась к Миккелю.
- Я боюсь, Миккель. Откуда он может знать, что восемь лет назад на постоялом дворе одни крысы жили? Пока не вселились вы и Грилле? Тут что-то не то, Миккель.
- Тш-ш-ш-ш, он обратно идет, - шепнул Миккель.
Чужеземец вошел в каморку.
- А хоть бы и было видно, - произнес он. - Все равно я тут только ночевать буду. Мало ли что.
Он сел на скамейку перед печкой:
- Бил!
- Я здесь, - откликнулся Миккель.
- Добро, - сказал незнакомец. - Мне нужно кое-что знать, чтобы все сообразить как следует. Кто из деревни приходит зимой сюда, на берег?
- А никто, - ответил Миккель. - На Клеве всегда лед, страх как скользко. Одна Туа-Туа... то есть, я хотел сказать, Бетси. Ну и плотник, конечно, и мы с бабушкой, и...
Чужеземец прервал его:
- Ясно, Бил.
Он вытащил красный карандаш и нацарапал что-то на клочке бумаги.
- А лодки у кого есть?
- Только у плотника и Симона, - ответил Миккель.
- Добро! - Он написал еще несколько слов. - Это все очень важно для поисков золота. А скажи, недели так три-четыре назад, перед тем как льду стать, кто-нибудь выходил в залив на лодке?
У Миккеля сердце замерло. Он посчитал по пальцам.
Три-четыре недели назад - это же получается как раз, когда корабль на мель наскочил. Он проглотил слюну. Глаза незнакомца щурились на него сквозь дым.
- Подумай как следует. - Чужеземец взял кусок мяса, Недели три-четыре. Это я так, к примеру. Поздно вечером.
- Может... может, Симон Тукинг? - глухо пробормотал Миккель.
- А больше никто не мог быть? - Чужеземец положил мясо в рот.
- Еще... еще помнится мне... - начал Миккель.
- ...что плотник тоже выходил, да? Так, что ли?
Миккель кивнул. Чужеземец тоже кивнул, полез в карман и вытащил старую, видавшую виды табакерку.
- Вообще-то мне совсем и необязательно тебя спрашивать, - сказал он и подмигнул. - Стоит только спросить зовутку.
Он постучал по табакерке и поднес ее к уху:
- Спит...
Веснушки Туа-Туа опять засветились. Она невольно подвинулась ближе.
- Зо...зовутка? - прошептала она. - Это что такое?
Чужеземец подмигнул двумя глазами и сказал, что это многие хотели бы знать. Но до сих пор он ее никому не показывал.
- Хотя... ведь ты, Бетси, теперь тоже вроде как золотоискатель. Что верно, то верно. И ты, Бил. Олл райт, смотрите.
Туа-Туа стояла уже возле стола. Миккель тоже. Незнакомец повернул зовутку так, что она оказалась на свету.
- Не знай я, что это зовутка, подумал бы - просто табакерка, - сказал Миккель.
- Выглядит как табакерка, это точно, - объяснил незнакомец. - Нарочно так сделано. А на самом деле зовутка. Если постучать, а потом дунуть вот сюда... - Он показал в одном конце отверстие величиной с горошину, - то зовутка все скажет, что тебе нужно.
Глаза Туа-Туа под рыжей челкой горели любопытством.
Миккель смотрел недоверчиво.
- А сейчас она что говорит? - осведомился он.
Чужеземец набрал полные легкие воздуха и дунул в дырочку.
- Совсем воздуху нет, слышите? - сказал он.
Он дунул еще. На этот раз зовутка вроде проснулась.
Она задвигалась на ладони чужеземца - сама!
- Скрипит что-то, - прошептала Туа-Туа.
- Если вы помолчите три секунды, я услышу, что она геворит!.. - буркнул чужеземец. Он прижал зовутку к уху и вслушался. - Не может быть? - воскликнул он. - Нет, правда?
- Что, что? - Туа-Туа сгорала от нетерпения.
Незнакомец покачал головой.
- Нет, это просто невероятно, - произнес он.
- Вот как? - недоверчиво заметил Миккель.
- Послушайте, - перебил его чужеземец, - зовутка говорит, что в тот самый вечер, про который я спросил, плотник выходил на лодке. И ты был с ним!
- Я? - Миккель покраснел как рак.
- Ты, - подтвердил незнакомец. - Зовутка никогда не врет. Она говорит, что у тебя был фонарь и ты сидел на корме.
Глаза Туа-Туа округлились, словно шарики.
- А ведь... правда, - прошептала она. - Все-все точно. Ты ведь сам мне рассказывал, Миккель.
- Видите, от зовутки ничего не укроешь. Помните об этом, когда начнем золото искать. Только правду!
Он откинулся назад и закрыл глаза:
- Ну вот хоть скажи, к примеру, Бил: зачем вы с плотником вышли в тот вечер в море?