Страница 25 из 36
- Лучше уж попрощаться сейчас, не так ли? - закончил за неё Байерс, хмуро глядя под ноги.
- Да. Вы... вы очень много сделали для нас с Малдером, но сейчас это может быть вам во вред... Безопаснее всего для вас будет затаиться пока, уйти на дно... - неловко произнесла она.
- Есть, мэм! - Лэнгли шутливо взял под козырёк и, вникая в её состояние, по-домашнему сказал. - Да чего там... мы, конечно, всё понимаем. Не впервые нам прятаться... а за заботу - спасибо.
- Не за что... - она пожала плечами...
Когда Дана вышла из комнаты, стрелки последовали за ней. Словно мотивируя это, Байерс иронизировал.
- Ну уж до входной двери мы, как хозяева, должны даму проводить... кажется.
Но должный эффект почти не был произведён...
В маленьком дворике было тихо, мрачновато и сыро после дождя. Небо было плотно-серым, и солнце совершенно не собиралось проглядывать на нём. Посмотрев вокруг, на блочные панели домов и проезд на улицу, Дана неуютно поёжилась и вышла на ступеньки крыльца. Узким носком ботинка наступив на перевёрнутое изображение двора и клочка неба в луже, она словно про себя пробормотала.
- Хоть бы в Нью-Йорке погода была лучше... - обернувшись, в щели между дверью и косяком она увидела неизвестно как туда втиснувшихся трёх "Одиноких стрелков". Теперь они действительно выглядели одинокими - три компьютерных гения, немножко сумасшедшие и насмешливые по отношению к себе на этой основе, но всё же добрые ребята, готовые всегда придти на помощь... Их единственной ниточкой на связь с внешним миром была непоколебимая вера в истину в борьбе с нехорошим правительством, ради которой они вообще продолжали жить, и два федеральных агента... и вот, один оказался в руках чиновников, может быть, замученный, или, хуже того, убитый... Дана прикусила губу и отвела глаза. А второй?.. Второй - она сама, отчаянно пытающаяся хоть как-то ещё держаться, но... почему-то настолько неуверенная в своих действиях - вообще во всём, что делала! Она была и не просто неуверенна... Дана боялась - боялась восходящей старой жуткой истории, боялась последствий, которые могло вызвать доказательство, лежащее у неё в портфеле через плечо... боялась того, что может потерять близкого человека... многого! Она слишком много вынесла и не знала, как начать справляться с тем, что могло принести ещё большие страдания. Но, казалось, впитанное вместе с Уставом ФБР чувство долга вытравляло эти подробности из её мыслей и заставляло идти по знакомой непрочной тропе вперёд... Потерев пальцем переносицу, Дана взглянула в никуда и произнесла, обращаясь к терпеливо ждущей троице.
- O.K... проще будет сейчас попрощаться. Я... я только хотела сказать, что лично я вам очень благодарна - мы бы без вас не смогли выдержать в начале этого дела, да и теперь... вы вообще очень помогли... а насчёт Малдера могу сказать - что я выпытаю из него благодарность, как только найду. - она улыбнулась, но особого веселья в улыбке не было.
- Это уж вы постарайтесь. - Лэнгли наморщил лоб и внезапно стал шарить у себя по карманам. Наконец он вытащил блок телефона вместе с трубкой, запакованный в кожаный футляр, и, поправляя очки, изрёк. - Надеюсь, за передачу этой штуки он уж точно спасибо скажет - хотя бы вам...
- Д-да... - как-то неожиданно мягко и рассеянно ответила женщина, беря в руки телефон Фокса и внимательно разглядывая его, словно увидев впервые; её взгляд потеплел... Дане вдруг показалось, что чёрная пластмассовая коробочка в коричневом футляре излучает мощные волны энергии, каким-то непостижимым образом помогающей ей. Странно... казалось, становилось легче уже от сознания того, что эта вещь принадлежит её партнёру. С ней никогда ещё такого не происходило. Было такое ощущение... будто на неё снова взглянули знакомые добрые, насмешливые глаза, будто она снова услышала подбадривающий негромкий баритон: " Я знаю, ты справишься... вперёд!" И тут Дана поняла, почему не могла сосредоточиться на чём-то, что-то ясно решить - она была слишком занята мыслями о спасении Малдера, об опасности, грозящей ему... и оказалась без его поддержки в этом трудном деле. Не могла ощутить её, потому что слишком долго думала о другом... а теперь вдруг поняла, что его поддержка у неё будет всегда. И, чтобы она осталась, Дане надо его спасти - она вдруг остро почувствовала, насколько надо, и словно очнулась, сбросила угнетение и страх... Его жизнь зависит от времени, а время сейчас на её стороне. И нужно его удержать...
Убрав телефон во внутренний карман портфеля, Дана оглядела всю компанию ещё раз, и они были поражены, как ожили её энергичные зелёные глаза... Пользуясь этим состоянием, все трое посмотрели друг на друга... а потом Лэнгли, сняв очки, отчего его лицо внезапно стало каким-то беспомощным, и, подслеповато щурясь, тихо проговорил.
- А... можно, мы тоже кое о чём вас тоже попросим?
- Конечно. - она пожала плечами.
- Пожалуйста... - он кашлянул и несмело продолжил, чуть ли не вжав голову в плечи. - Дана... будьте осторожны...
Ожидаемой реакции не последовало. Тряхнув золотисто-рыжей чёлкой, Дана вдруг улыбнулась - на этот раз вполне искренне, и пожала ему руку.
- Уж это я сделать постараюсь... - и, развернувшись, легко сбежала по ступенькам, а из-под подошв её ботинок вырывались брызги дождевых капель, оставшихся в лужах...
Худенькая женская фигурка с каскадом рыжих локонов, метавшихся по плечам во время бега, в синей куртке, чёрных брюках и ремнём портфеля через руку быстро пересекла маленькое пространство дворика, а Лэнгли, всё ещё ощущая на своей, сбитой о клавиатуру ладони крепкое пожатие длинных, тонких, прохладных пальцев, растерянно глядел в сторону. Потом услышал за спиной присвистывание Байерса, и оглянулся. В глазах двоих его коллег прыгали весёлые бесенята.
- А я и не знал, что вы умеете краснеть, как школьница, милая моя... - его строгий друг с едва удерживаемым хохотом полуобнял его за плечи. Хиппи сердито сбросил его руки. Фрохайк проворчал.
- Главное, всегда везёт одним и тем же...
- Да ну вас - прямо помешанные какие-то. - водрузив очки на законное место, Лэнгли неожиданно серьёзно проговорил. - А ведь она действительно его найдёт во что бы то ни стало... будь я проклят!
- Ты проклят. - последовал лаконичный ответ, и в следующую секунду хиппи был утащен под обе руки в офис, разбирать номера про Джексона по индексам... Дверь редакции "Одиноких стрелков" захлопнулась, и за ней началась почти обычная бурная деятельность. Нью-Йорк
Шоссе № 101, 4-ый причал
Складское помещение доков
8:27
Покосившаяся дверь, насквозь проеденная ржавчиной, каждый раз при малейшем своём движении отчаянно скрипела. Фокс лежал в углу какой-то каморки на втором этаже большого склада у доков... Из разбитого окна невыносимо дуло и слышались раздражённые вопли голодных чаек. Странно яркий луч солнца бил и в без того воспалённые глаза. Деревянные разбухшие доски пола при каждом движении лежащего на нём связанного человека больно царапали кожу даже через - пусть и порванную - рубашку. Запястья и лодыжки опухли и затекли от крепких жгутов, опутывавших их. С потолка капало... удары капель о жестяное дно подставленных протекавших вёдер казались очень звонкими. Всё вокруг было запущенным и старым... столбы, поддерживавшие крышу, сейчас были видны из-под лохмотьев обоев, насквозь прогнили... Было очень холодно - с улицы тепло совсем не поступало. А ещё лето... Фокс мучительно вспоминал, как прибыл в это заброшенное место - "райская" была прогулочка... Трое бритоголовых молодцов в форме цвета хаки и в беретах ночью волокли его через поле какого-то ангара, прямо по грязи, несмотря на то, что он вполне был в состоянии идти сам... в случае любого неверного движения просто молча били... наконец доставили на одну из вышек, к начальнику, должно быть... Фокс плохо запомнил его - рана на затылке чуть повыше шеи нестерпимо саднила - видно, ударивший его в аллее небрежно целился, было жутко неприятно - солдаты иногда толкали за непослушание так, что он нередко падал на мокрую землю... после переезда в душном тесном фургоне грузовика всё болело... Этот шеф хотел что-то выяснить но агент молчал. Он не геройствовал, нет: он просто не знал, о чём можно было говорить с тем резким и грубым человеком... Результат молчания не замедлил сказаться - после допроса его молча вывели куда-то и стали зверски бить. Просто истязать с намерением выбить из него хоть слово... Фокс честно не знал, как пережил ту ночь. Но потом легче не стало - его бросили здесь, регулярно накачивая какой-то дрянью, кажется, наркотиком; после него он отключался, а после пробуждения его мутило и сильно болела голова... сейчас ещё раскалывалась после очередной инъекции. Лицо где-то в кровь разбил... и губы запеклись и потрескались... хоть бы воды принесли, сволочи!.. Хотя воды тут и так в переизбытке - мелькнула трезвая мысль. Фокс уже и не надеялся, что счастливый случай вызволит его; он примерно представлял, что ещё с ним могут сделать... Словно в ответ на его мысли старая дверь разразилась громким стоном и скрипом, и кто-то вошёл в этот закуток. Остановившись над скорчившимся в углу агентом, неизвестный тронул его сапогом, а потом, вытирая подошву, негромко приказал перевернуть его на спину. Щурясь, Фокс кое-как сумел рассмотреть человека в униформе; он курил, насмешливо глядя на явно намеченную жертву. Налюбовавшись результатами работы, он стряхнул пепел прямо ему на ладонь и улыбнулся, когда агент вскрикнул от боли.