Страница 67 из 74
— Но ведь тебе известно, что меня не интересуют бабьи сплетни. Они только и говорят о поносе, который прошиб их детей, да о том, как их мужья проигрались в кости в пух и прах. Все это бабья чушь!
— И все же мне трудно поверить, что жена Эврока и другие женщины знают больше тебя о том, что творится в Вирокониуме.
— Пусть будет по-твоему, — спокойно сказала Эсилт. — Предположим, до меня доходили, как ты говоришь, «слухи» о заговоре. Ну и что? Почему я должна была верить им? И разве тебе не кажется странным, что, когда Аврора, как и другие женщины, услышала рассказ Видиан о заговоре, она каким-то образом сразу узнала, что все это правда? Знаешь, Мэлгвин, если бы я искала шпиона в Каэр Эрири, я бы сразу нашла эту мерзкую личность в твоей собственной постели!
— Чушь! Если бы Аврора действительно участвовала в заговоре, она бы никогда не предупредила меня о нем.
Эсилт пожала плечами.
— А может, она вдруг почувствовала вину? Или, может быть, ей просто не хватило смелости полностью предать тебя? К тому же не забывай об одном странном совпадении: Аврора внезапно отправляется к своему отцу-предателю на переговоры…
Мэлгвин покачал головой.
— Не верю. Аврора, возможно, по-женски решила предотвратить эту войну. Слухи же о предательстве Константина распространяла не она, а Видиан, с которой у нее нет ничего общего.
— Все это теперь не имеет никакого значения, — нетерпеливо прервала Эсилт. — Хватит меня мучить! Могу ли я попросить у своего господина разрешения лечь спать? — добавила она своим обычным насмешливым тоном.
Мэлгвину страшно захотелось дать ей пощечину и увидеть, как она станет морщиться от боли. Только огромным усилием воли он сдержал себя. Слишком много у него было других забот.
В Парадной зале за поздним ужином собрались четверо мужчин. Устроившись за столом у ярко горевшего очага, они закусывали мясными колбасками, яблоками и ячменным хлебом.
— Докладывай, Гарет, — утолив первый голод, приказал Мэлгвин. — Что тебе сказала Видиан?
— Сказала не слишком много. Видиан клянется, что случайно подслушала разговор двух воинов, судачивших за игрой в кости о заговоре Константина и Гвиртерина. Но кто эти воины, она не помнит. По ее словам, она не придала тому разговору никакого значения и вспомнила о нем лишь тогда, когда ей представилась возможность опорочить Аврору в глазах женщин.
— Похоже на правду, — заметил Бэйлин, протягивая руку за очередной колбаской. — Я беседовал с Гвенасет. Она точно повторила слова Видиан на том памятном женском сборе. Так вот, Гвенасет также считает, что это была намеренная попытка Видиан опорочить Аврору в глазах окружающих.
— Видиан может и соврать… — задумчиво проговорил Мэлгвин. — Но по крайней мере она не сваливает вину на Эврока. Я рад этому. Теперь Эврок окончательно вне подозрений.
— Ну а Эсилт? — спросил Бэйлин. — Ты разговаривал с ней? Что она сказала?
— Она заявляет, — раздраженно воскликнул Мэлгвин, — что никакие слухи до нее не доходили, и, естественно, обвиняет Аврору в том, что уж ей-то заранее все было известно о замыслах Константина.
Гарет слегка кашлянул.
— Меня все-таки мучает один вопрос. Почему Аврора решила предупредить тебя об опасности?
Рис резко отодвинул от себя тарелку и взглянул Мэлгвину прямо в глаза.
— Мой господин, у меня тоже есть вопрос, и я хотел бы получить на него ответ. Как можно объяснить побег Авроры в Вирокониум с одним из твоих доверенных людей?
— На этот вопрос могу ответить я, — вмешался в разговор Бэйлин. — Я ведь беседовал с Гвенасет, и она сказала, что Элвин сделал все, чтобы отговорить Аврору от поездки в Вирокониум. Только, когда он понял, что удержать ее никак не удастся, он и решил сопровождать ее. Это было необходимо в целях безопасности королевы. Мне кажется, если уж Гвенасет не возражает против совместного путешествия собственного мужа с королевой, то и нам не следует подозревать их в неверности.
Мэлгвин промолчал, только глубоко вздохнул. Воины напряженно смотрели на него. Как никогда раньше, они понимали, какой тяжелый груз ответственности лежит на плечах короля. И еще каждый из них подумал: доверял бы он сам Авроре, если бы она была его женой?
30
Аврора украдкой поглядела на Элвина, ехавшего рядом с ней. Сможет ли она когда-нибудь отблагодарить его за помощь? До отъезда из Каэр Эрири она была настроена весьма решительно, и только в пути поняла, что без Элвина ничего не получилось бы. Во-первых, она не знала дороги в горах. А во-вторых, рана, полученная ею при падении с лошади, все еще давала о себе знать — у нее постоянно кружилась голова и к вечеру она смертельно уставала. Приятно было сознавать, что рядом с ней молодой воин, трогательно заботящийся о ее здоровье.
Элвин почувствовал на себе ее взгляд.
— Как вы себя чувствуете, моя госпожа?
— Хуже всего бывает по утрам и вечерам, — отвечала Аврора, — но днем я постепенно прихожу в себя.
— Мы проехали почти половину пути, — серьезным тоном сказал Элвин, внимательно разглядывая покрытое тонкой пленкой льда болотце по краям дороги. — По правде говоря, меня удивляет, что до сих пор мы не встретили вашего отца с Гвиртерином.
— Мне кажется, они не очень-то спешат, — предположила Аврора. — Конечно, они уже могли подступить к границам Гвинедда, но… вдруг гонец ошибся? Может быть, Гвиртерин был в Вирокониуме по каким-то другим надобностям, возможно, они с отцом и не собирались начинать войну против Мэлгвина? Элвин покачал головой.
— Конечно, это было бы неплохо… Но видите ли, человек Мэлгвина в Вирокониуме — опытный воин, и он без труда отличил бы отряд охраны Гвиртерина от готового к битве войска. — Элвин пристально посмотрел на Аврору. — Вы по-прежнему хотите встретиться с отцом?
— Да, — упрямо кивнула Аврора. — Я должна поговорить с ним.
— А известно ли вам, как это опасно? Ведь если Гвиртерин догадается, что вы прибыли для того, чтобы поссорить его с Константином, он может приказать убить вас.
— Я знаю, какой опасности подвергаю свою жизнь, Элвин, — глубоко вздохнув, проговорила Аврора. — А вообще… как все странно. Всего четыре месяца назад, когда я жила в Вирокониуме, мне и в голову ничего подобного не пришло бы. Но теперь, выйдя замуж за Мэлгвина, я должна сделать все, чтобы помочь ему.
— Вы ведь любите его? — мягко спросил Элвин.
— Да, я люблю его! Я тщетно боролась со своей любовью. В результате с каждым днем я люблю его все больше! Что же касается Гвиртерина, то, разговаривая с ним, я притворюсь, что ненавижу Мэлгвина и готова предать своего мужа.
— Ну что ж. Если он вам поверит, все может получиться так, как вы хотите, — одобрительно сказал Элвин.
Вдруг Аврора сильно побледнела. Проехав еще немного, она заставила Пэти остановиться и с трудом спустилась на землю. Пошатываясь, она сделала несколько шагов. Ее вырвало.
Элвин испуганно наблюдал за Авророй. Что случилось? Неужели до такого состояния ее мог довести разговор о предстоящей встрече с Гвиртерином? Или это опять последствия полученной ею травмы? Он стал настойчиво уговаривать Аврору сделать привал и хорошенько отдохнуть. Но она была непреклонна: во что бы то ни стало надо ехать, время не ждет.
В тот же день перед заходом солнца они поднялись на невысокий холм и, посмотрев вниз, резко натянули поводья своих лошадей. На равнине, начинавшейся за холмом, расположилось на ночлег огромное войско. Пурпурно-золотые штандарты свидетельствовали: это войско Гвиртерина.
— Всемогущие боги, — прошептал Элвин. — Такого я не ожидал. Столь огромное войско трудно победить даже Мэлгвину.
Аврора кашлянула и неожиданно уверенно произнесла:
— Поэтому особенно важно довести до конца то, что мы задумали.
Путники подстегнули лошадей и быстро поскакали вниз. Было почти темно, Когда они добрались до часовых, охранявших военный лагерь.
— Кто это там едет? — окликнули их.