Страница 46 из 55
Потребляя средства существования, которые они покупают за свою заработную плату, рабочие вынуждены всё снова и снова продавать свою рабочую силу.
Таким образом, с точки зрения воспроизводства рабочий занят в интересах капитала не только в течение своего рабочего времени, но и во время досуга. Он ест и пьёт уже не для себя, а для того, чтобы сохранить свою рабочую силу для класса капиталистов. Поэтому капиталисту совсем не безразлично, как рабочий ест и пьёт. Если он напивается по воскресеньям так, что по понедельникам бывает в похмелье, вместо того чтобы дать отдых своей рабочей силе и восстановить её, то капиталисту это кажется не ущербом для самого рабочего, а преступлением против капитала, расхищением принадлежащей капиталу рабочей силы.
Уже не только купленная рабочая сила, но весь рабочий, весь рабочий класс представляется с точки зрения процесса воспроизводства принадлежностью капитала. Там, где рабочий этого не сознаёт и имеет возможность уклониться от этого, например посредством эмиграции, капиталист при известных обстоятельствах не останавливается перед тем, чтобы с помощью принудительных законов внушить ему, что он должен поддерживать себя и размножаться не для себя, а для капитала.
Так, например, эмиграция искусных рабочих была прежде в большинстве государств запрещена законом. В настоящее время в этом нет нужды. Капиталистический способ производства настолько окреп, что его законы, вообще говоря, осуществляются как принудительные экономические законы, не нуждаясь в специальной политической помощи. Рабочий в настоящее время прикован к капиталу невидимыми цепями и наталкивается на капитал всюду, куда бы он ни повернулся.
Впрочем, нашим «социальным реформаторам» эта зависимость от класса капиталистов кажется всё ещё недостаточной. Прикрепление рабочего к отдельному капиталисту посредством ограничения свободы передвижения, введение усовершенствованной системы рабочих домов и другие подобные «реформы» являются в их глазах целительными средствами для «разрешения социального вопроса».
Глава четвёртая
Превращение прибавочной стоимости в капитал
1. Как прибавочная стоимость становится капиталом
Капиталист потребляет всю прибавочную стоимость лишь в виде исключения. Как общее правило, он по крайней мере часть её превращает снова в капитал. «Применение прибавочной стоимости в качестве капитала, или обратное превращение прибавочной стоимости в капитал, называется накоплением капитала» («Капитал», т. I, стр. 592).
Процесс этот легко представить наглядно. Вспомним пример, приведённый в предыдущей главе. Капитал в 10 000 марок приносит ежегодно своему владельцу 2 000 марок прибавочной стоимости. Если капиталист не потребляет их, а присоединяет к первоначальному капиталу, то у него окажется капитал в 12 000 марок, который при тех же условиях даст годичную прибавочную стоимость в 2 400 марок. При присоединении их к капиталу последний будет равен 14 400 марок и принесёт в год прибавочной стоимости 2 880 марок; ещё через год капитал превратится в 17 280 марок и даст прибавочную стоимость в 3 456 марок, а вместе они составят 20 736 марок и т. д. Вследствие накопления прибавочной стоимости капитал за 4 года более чем удвоился. Нас здесь не интересует, накопляется ли вся прибавочная стоимость или только часть её. Точно так же для нас не имеет значения и то, каким именно образом она накопляется — становится ли она добавочным капиталом или образует новый. Владелец прядильни может употребить прибавочную стоимость на расширение своей фабрики, увеличение числа машин, рабочих и сырья. Но он может также использовать её для постройки новой прядильни или основания нового предприятия, например ткацкой фабрики или каменноугольной копи. Каково бы ни было употребление прибавочной стоимости, во всех этих случаях она обратно превращается в капитал, т. е. в стоимость, порождающую прибавочную стоимость.
Но для того чтобы прибавочная стоимость стала капиталом, она должна после своего превращения из товара в деньги проделать обратное превращение из денег в соответствующие товары. Возьмём для примера владельца прядильной фабрики. Он, скажем, продал свою пряжу и обладает теперь кроме первоначально вложенного капитала ещё и прибавочной стоимостью в денежной форме; как и первоначальный капитал, она должна превратиться в новый капитал. Это возможно только в том случае, если он найдёт на рынке соответственно возросшее количество товаров, которые могут служить для него средствами производства. Для того чтобы прибавочная стоимость стала добавочным капиталом, должны быть налицо: добавочное сырьё — в данном случае хлопок, добавочные орудия — машины, добавочные средства существования для увеличившегося количества рабочих сил и, наконец, сами эти добавочные рабочие силы. Словом, накопление капитала возможно лишь при существовании материальных предпосылок, позволяющих расширить производство.
Но наш фабрикант может быть уверен в том, что найдёт на рынке необходимые ему добавочные средства производства. Ведь прибавочная стоимость, а следовательно, и прибавочный продукт производятся не только в прядильнях, но и на хлопчатобумажных плантациях, машиностроительных заводах, в угольных копях и т. д.
Если рассматривать не прибавочную стоимость, полученную за год отдельным капиталистом, а годовую сумму прибавочной стоимости, присваиваемую всем классом капиталистов, то окажется, как общее правило, что прибавочная стоимость не может превратиться (целиком или частью) в капитал, если прибавочный продукт (весь или соответствующая его часть) не будет состоять из средств производства и из средств существования рабочих.
Но откуда взять добавочное число рабочих? Об этом капиталисту нечего печалиться. Он должен только давать рабочим плату, достаточную для их существования, а о своём размножении они сами позаботятся.
Рабочий класс сам производит добавочных рабочих, необходимых для расширения производства, для воспроизводства в расширенном масштабе.
Мы видели, что даже при простом воспроизводстве всякий капитал через известное число лет превращается в накопленный капитал, состоящий из одной прибавочной стоимости. Но такой капитал может ещё, по крайней мере при своём возникновении, представлять результат труда своего владельца. С капиталом же, который с самого начала образовался из накопленной прибавочной стоимости, дело обстоит иначе. Такой капитал с самого начала представляет собой продукт труда тех, кто им не владеет. Накопление прибавочной стоимости означает присвоение неоплаченного труда с целью дальнейшего присвоения неоплаченного труда в расширенных размерах.
Какое резкое противоречие с основными принципами обмена товаров! Мы ведь видели, что первоначально обмен товаров предполагал, с одной стороны, частную собственность товаропроизводителя на свой продукт, а с другой — обмен равных стоимостей (эквивалентов), при котором никто не может завладеть какой-нибудь стоимостью иначе, как с помощью собственного труда или путём отдачи равной стоимости.
Теперь же мы находим в качестве основ капиталистического способа производства, с одной стороны, отделение рабочего от продукта его труда; тот, кто производит продукт, и тот, кто владеет им, теперь — два различных лица; с другой стороны, мы находим присвоение стоимости без отдачи равной стоимости, т. е. прибавочную стоимость. К тому же прибавочная стоимость, как мы видим теперь, является уже не только результатом, но и базисом капиталистического процесса производства. Не только прибавочная стоимость образуется из капитала, но и капитал образуется из прибавочной стоимости, так что в конечном счёте наибольшая масса всего богатства состоит из стоимости, присвоенной без отдачи равной стоимости.
Но такое превращение основ товарного производства в их противоположность произошло не вопреки его законам, а на основании их.