Страница 30 из 55
Но мануфактура развивалась также и противоположным путём. Капиталист собирал целый ряд рабочих, производивших один и тот же предмет, например булавочников. Каждый из них должен был выполнять в известной последовательности все операции, необходимые для изготовления продукта. Но как только значительное количество рабочих начало работать таким образом, это, естественно, привело к разделению различных операции между различными рабочими.
Итак, мануфактура, с одной стороны, возникала путём соединения разнородных и самостоятельных ремёсел, а с другой стороны, — путём разделения разнородных операций одного и того же ремесла между различными рабочими.
Однако, была ли выполняемая мануфактурным рабочим операция раньше самостоятельной операцией отдельного ремесленника или она произошла из разложения операций одного и того же ремесла, — ремесло всегда составляло не только историческую, но и техническую основу мануфактуры. Необходимым условием этого вида производства остаётся выполнение каждой отдельной операции человеческими руками. Успешность труда в мануфактуре, как и в ремесле существенным образом зависит от ловкости, уверенности и проворства отдельных рабочих.
Однако между ремесленником и мануфактурным рабочим существует громадное различие. На место разнообразия операций первого мануфактура вводит простоту и однообразие операций, выполняемых рабочим изо дня в день, из года в год. Рабочий здесь уже не является целесообразно действующим самостоятельным производителем, он превращается в несамостоятельную часть большого рабочего механизма, он является как бы членом совокупного рабочего организма.
Конечно, благодаря этому искусность рабочего в его ограниченной сфере деятельности в огромной степени повышается. Он открывает много новых приёмов работы, передаёт их товарищам и в свою очередь многому у них научается. Перемена места и орудия, неизбежная при разнообразии операций, влечёт за собой излишнюю трату времени и энергии. Эта трата избегается частичным рабочим мануфактуры, который непрерывно работает на одном и том же месте, одним и тем же орудием, в одном и том же направлении. С другой стороны, перемена работы даёт отдых и возбуждает энергию. Частичный рабочий лишён этого.
Разделение труда в мануфактуре не только развивает искусность рабочего, но и способствует совершенствованию его орудия. Орудие, которое должно служить для множества разнородных операций, не может быть вполне приспособлено к каждой из них. Орудие же, которое применяется исключительно при одной операции, может быть соответствующим образом приспособлено к ней. Это значительно повышает его производительность.
Все эти обстоятельства приводят к значительному повышению производительности труда в мануфактуре по сравнению с ремеслом.
2. Две основные формы мануфактуры
Выше мы рассмотрели двоякое происхождение мануфактуры и её составные элементы — частичного рабочего и его орудие. Рассмотрим теперь мануфактуру в целом.
Мануфактуре свойственны две основные формы, существенно отличные одна от другой, вытекающие из природы изделия, продукта. В первом случае продукт составляется из нескольких частей, из которых каждая является особым самостоятельным продуктом. Во втором случае он изготовляется путём нескольких, одна с другой тесно связанных манипуляций и операций, которые последовательно производятся над одним и тем же предметом труда.
Каждую из этих двух основных форм мануфактуры мы можем пояснить классическим примером. Сэр Вильям Петти наглядно поясняет мануфактурное разделение труда на примере производства часов, которое следует причислить к первой из основных форм мануфактуры. В ремесленном производстве часы были первоначально продуктом труда одного рабочего, который изготовлял их сам с начала до конца. Но как только изготовление часов подпало под власть капиталистического производства, выделка каждой отдельной составной части часов, равно как их сборка были поручены особым частичным рабочим. Таким образом, появились особые мастера, изготовляющие пружины, циферблаты, зубчатые колёса, наконец мастера, собирающие часы из отдельных частей и выверяющие их.
Пример второй основной формы мануфактуры дал нам Адам Смит в своём знаменитом описании изготовления булавок, как оно происходило в его время.
«Один рабочий тянет проволоку, — говорит он, — другой выпрямляет её, третий обрезает, четвёртый заостряет конец, пятый обтачивает один конец для насаживания головки; изготовление самой головки требует двух или трёх самостоятельных операций; насадка её составляет особую операцию, полировка булавки — другую; самостоятельной операцией является даже завёртывание готовых булавок в пакетики. Таким образом сложный труд производства булавок разделён приблизительно на восемнадцать самостоятельных операций, которые в некоторых мануфактурах все выполняются различными рабочими, тогда как в других один и тот же рабочий нередко выполняет две или три операции» (Адам Смит, Исследование о природе и причинах богатства народов, 1935, т. I, стр. 10).
Кусок проволоки проходит последовательно через руки различных частичных рабочих; но все эти рабочие заняты одновременно. В булавочной мануфактуре одновременно тянут проволоку, растягивают, разрезают, заостряют её и т. д., — короче говоря, различные операции, которые ремесленному рабочему приходилось выполнять одну за другой, в мануфактуре выполняются одновременно и одна рядом с другой. Благодаря этому становится возможным в одинаковый промежуток времени производить товаров больше прежнего.
Сравнительно с ремеслом мануфактура выигрывает и в отношении производительности труда, чем она обязана своему кооперативному характеру. Однако мануфактура ещё стеснена некоторыми ограничительными условиями; всё равно, принадлежит ли она к первому типу, который мы иллюстрировали примером часового производства, или ко второму, примером которого служит булавочное производство, — в обоих случаях изделие или составные части его должны совершать переход из одних рук в другие, что требует времени и труда. Это ограничение устраняется лишь крупной промышленностью.
При таком переходе изделия из одних рук в другие один рабочий доставляет другому сырой материал для его труда, т. е. каждый рабочий даёт работу другому. Так, например, рабочий, насаживающий головки на булавки, не может выполнить своей операции, если ему не будут доставлены в достаточном количестве куски проволоки, надлежащим образом приготовленные. Чтобы общая работа шла непрерывно и безостановочно, должно быть поэтому точно определено время, необходимое для изготовления каждой из отдельных частей продукта, а со временем необходимо сообразовать и число рабочих, занятых изготовлением каждой из этих частей.
Если, например, рабочий, разрезающий проволоку на куски, может нарезать в час в среднем 1 000 булавок, между тем как рабочий, насаживающий головки, справится за это время только с 200 булавками, то, для того чтобы десять рабочих, исполняющих последнюю функцию, были заняты бесперебойно, необходимо иметь в мануфактуре двух резчиков проволоки.
С другой стороны, капиталист, нанявший одного резчика проволоки, должен пригласить пять рабочих, насаживающих головки, если он хочет полностью использовать рабочую силу первого. Если капиталист пожелает расширить своё предприятие, то число новых рабочих, которых он может занять, опять-таки не будет произвольным, если только он хочет сполна использовать их рабочую силу. Если он, в нашем примере, оставит одного нового резчика проволоки, то это лишь в том случае принесёт ему соответствующую выгоду, когда он пригласит при этом ещё пятерых, а не троих или четверых рабочих, насаживающих булавки.
Изготовление товара в течение общественно необходимого для этого рабочего времени является, как мы знаем, требованием товарного производства вообще; к исполнению этого требования товаропроизводитель вынуждается конкуренцией. С развитием же капиталистической мануфактуры изготовление определённого количества продуктов в течение общественно необходимого рабочего времени становится также и технической необходимостью.