Страница 19 из 55
Так как отголосок этого аргумента мы и поныне находим в некоторых кругах, то следует осветить ещё одну из его сторон. Вычислим, какова была бы норма прибавочной стоимости в случае сокращения рабочего дня с 12 до 11 часов при указанных выше условиях.[11]
В этом случае у нас будет уже не 24 марки постоянного капитала, а только 22, так как теперь перерабатывается меньше (18 1/3 фунта хлопка = 18 1/3 марки, износ прялки и пр. = только 3 2/3 марки); к этому надо присоединить переменный капитал в 3 марки (мы предполагаем, что заработная плата за 11 часов остаётся та же, что и раньше за 12 часов) и прибавочную стоимость в 2½ марки. Таким образом, норма прибавочной стоимости равняется уже не 100, а 83 1/3%.
Мы получаем в виде продукта всего 18 1/3 фунта пряжи стоимостью в 27½ марки. Постоянный капитал воплощён в 14 2/3 фунта, переменный — в 2 фунтах, прибавочная стоимость — в 1 2/3 фунта; 14 2/3 фунта производятся в течение 8 часов 48 минут, 2 фунта — в течение 1 часа 12 минут, и, наконец, то количество пряжи, в котором содержится прибавочная стоимость, — в течение 1 часа.
Стало быть, благодаря сокращению рабочего времени на один час время, затраченное на производство прибавочного продукта, воплощающего в себе прибавочную стоимость, сократилось не на час, а только на 12 минут. Расчёт фабрикантов основан на нелепом допущении, что в течении 11 часов будет выработано продукта на 1/12 меньше, тогда как средств производства (сырых материалов и пр.) будет потреблено столько же, как и в течение 12 часов.
Глава четвёртая
Прибавочная стоимость и прибыль
Между прибавочной стоимостью и прибылью существует такое же различие, как между стоимостью и ценой.
Практик — продавец или покупатель товаров — интересуется их ценой. Его интересуют только законы цен, потому что их знание может помочь его коммерческим расчётам и спекуляциям. Лежащие же в основании цен законы стоимости интересуют, напротив, только теоретика, для которого вопрос сводится не к тому, чтобы подешевле купить и подороже продать, а чтобы исследовать общественные связи, устанавливаемые товарным производством.
Точно так же капиталиста-практика интересует не прибавочная стоимость, а прибыль. Он не собирается исследовать отношения между капиталом и трудом, а хочет получить возможно бо́льшую прибыль. Ему совершенно безразлично какой затратой труда создаётся его прибыль. Ведь не его трудом она создаётся. Но деньги, затрачиваемые при этом, принадлежат ему. Поэтому он сопоставляет полученную прибавочную стоимость не с количеством израсходованного при её производстве труда, а с количеством затраченных для этой цели денег.
Если процесс создания прибавочной стоимости изображается формулой Д — Т — (Д + д), то капиталист измеряет свою прибыль отношением д к Д. Это отношение не тождественно с m/v, т. е. с отношением прибавочной стоимости к переменному капиталу. Денежная сумма, которую капиталист должен затратить на производство, должная быть достаточной не только для покрытия расходов по заработной плате, но также и для оплаты фабричных зданий, машин, сырья, вспомогательных материалов, короче — всего того, что Маркс называет «постоянным капиталом».
Уже вследствие одного этого обстоятельства даже в тех случаях, когда прибавочная стоимость и прибыль совершенно совпадают, норма прибыли отличается от нормы прибавочной стоимости. Если норму прибавочной стоимости выразить формулой m/v, то норма прибыли выразится отношением m/(c + v).
Заметим ещё, что во многих производства, особенно в сельском хозяйстве, год составляет естественный производственный период, по истечении которого производство начинается сызнова. Поэтому установилось обыкновение вычислять норму прибыли в виде отношения всего количества годовой прибыли к количеству капитала, затраченного в течение того же года на производство.
Совершенно ясно, что норма прибыли должна разниться от нормы прибавочной стоимости.
В предыдущей главе мы взяли в виде примера капитал в 5 000 марок, из которых 4 100 составляют постоянный, 900 — переменный капитал и 900 — прибавочную стоимость. Норма прибавочной стоимости составляла, следовательно, 900/900, или 100%. Норма же прибыли в этом случае равна 900/5000, или 18%.
Но между нормой прибавочной стоимости и нормой прибыли кроме этого чисто формального различия, основанного на ином способе расчёта, существует ещё другое различие.
Очевидно, что одна и та же норма прибавочной стоимости даст различные норма прибыли, если меняется строение капитала, т. е. если на то же количество заработной платы приходятся различные количества постоянного капитала. Но строение капитала неизбежно различно в разных областях производства в зависимости от технических условий и высоты развития техники.
«Стоимостное строение капитала, поскольку оно определяется его техническим строением и отражает это последнее, мы называем органическим строением капитала… Капиталы, которые содержат больший процент постоянного и, следовательно, меньший процент переменного капитала, чем средний общественный капитал, мы называем капиталами высокого строения. Наоборот, капиталы, в которых постоянный капитал занимает относительно меньшее, а переменный относительно большее место, чем в среднем общественном капитале, мы называем капиталами низкого строения. Наконец, капиталами среднего строения мы называем такие, строение которых совпадает со строением среднего общественного капитала» («Капитал», т. III, стр. 158, 179).
Теперь посмотрим, как складывается норма прибыли в зависимости от различного строения капитала.
Возьмём три предприятия в трёх разных отраслях производства.
Первая отрасль является, предположим, технически отсталой. В ней употребляется мало машин сравнительно c числом рабочих, нет больших фабричных зданий и т. д. Это — производство с низшим органическим строением капитала. Вторая отрасль пусть будет со средним строением капитала, а третья — настолько высокоразвитой, что на каждого рабочего приходится большое количество стоимости в виде материалов и сооружений. Следовательно, в этом производстве органическое строение капитала будет высокое.
Чтобы возможно более упростить пример, допустим, что во всех трёх отраслях производства норма прибавочной стоимости одинакова, что весь затраченный капитал делает один оборот в год, т. е. целиком потребляется в производстве в течение года, что продукт получается в конце года и затем без остатка распродаётся. Всё это — лишь предположения, едва ли встречающиеся в действительности, но целесообразно к ним прибегнуть во избежание ненужного осложнения и затемнения примера.
В каждом из трёх предприятий занято по 100 рабочих, получающих в год заработной платы по 1 000 марок. Норма прибавочной стоимости составляет 100%. Общая сумма выданной заработной платы равна, следовательно, 100 000 марок, а прибавочная стоимость также равняется 100 000 марок. Постоянный капитал в предприятии A составляет 100 000 марок, в предприятии B — 300 000 марок и, наконец, в C — 500 000 марок.
Таким образом, мы имеем:
Итак, при одинаковой норме прибавочной стоимости нормы прибыли весьма различны, если товары продаются точно по их стоимостям.
Но такие различия в нормах прибыли представляют собой явление, которое не может в течение продолжительного времени существовать при капиталистическом способе производства. Ведь капиталист производит ради прибыли, а не для удовлетворения какой-либо общественной потребности. Ему безразлично, производить ли иголки или локомотивы, ваксу или одеколон. Ему всего важнее получить возможно больше прибыли на свои деньги.
Что же случится, если в одной отрасли производства предприятия будут давать 50% прибыли, а в другой — только 17%? Капитал начнёт избегать отрасль C, насколько это возможно, и будет со всей энергией устремляться в отрасль A. Внутри A возникнет сильная конкуренция, и производство товаров в этой отрасли скоро расширится до того, что капиталы снова начнут переходить в C.
11
Мы предполагаем при этом, что сокращение рабочего времени с 12 до 11 часов сопровождается также и понижением производительности труда на 1/12. В действительности же это отнюдь не обязательно. Обычно сокращение рабочего времени сопровождается повышением энергии, ловкости, напряжённости, внимания, понимания — словом, работоспособности рабочего. Эта работоспособность может возрасти до такой степени, что рабочий в течение более короткого времени начинает производить больше, нежели прежде, когда он работал более долгое время. Впрочем, с этим следствием сокращения рабочего времени мы в данном случае не будем считаться, — ради простоты мы не принимаем его во внимание.