Правдивые истории

Терпеть не могу когда кто-то, кроме меня разговаривает таким тоном!

Мой приятель навис надо мной массивной горой мышц, прижал мои руки к телу и в одну секунду застегнул на мне изящный пояс с ножнами, после чего придирчиво осмотрел меня и констатировал, — Сойдет для начала.

Я задохнулась от возмущения и оглянулась на эльфов в попытке найти поддержку. К моему изумлению они выглядели очень довольными, даже отвесили уважительный поклон Воржаку, после чего… позвали меня погостить у них в лесу.

— Может, и ты меня в гости позовешь? — сладким голосом поинтересовалась я у гордого собой орка.

— Я согласен, будешь моей гархой, — невозмутимо ответствовал Воржак, поведя своей проштампованной железом бровью, — Только вот что делать с твоими штирхии и шибом? Ну да придумаем что-нибудь. У нас одиноких женщин много, пустой шатер не идет им на пользу.

— Как же! — разозлилась я в ответ на предложение. Женским нутром я моментально связала незнакомое слово штирхи со своим любимым супругом, и обилие одиноких крепких одноплеменниц Воржака с пустыми шатрами мне не понравилось.

Ну и что, что страшные, ведь как известно из бородатой поговорки — некрасивых женщин не бывает!

На крайний случай я показала украдкой кулак ехидно улыбавшемуся супругу, он ласково помахал мне ручкой и облокотился на стол в ожидании продолжения беседы. Оставалось только узнать что такое «гарха», я снова оглянулась на эльфов, ища объяснений у них и увидев негодующие лица, догадалась сама.

— Ах ты, извращенец татуированный! — ощетинилась я на орка, — Это что за намеки?

Воржак довольно заржал, а потом посерьезнел и сказал, — Ты и вправду, езжай с эльфами.

Я растерянно захлопала ресницами. Чтобы орк в ясном уме и памяти предложил своему другу уехать с кровными врагами…

И тут в моей голове, что-то щелкнуло, и нарисовалась интересная картина.

— Ну и что у нас тут происходит? — я уперла руки в боки и пошла на орка, — Это вы тут все специально задумали оружием меня обогатить?

Орк задумчиво посмотрел на меня, почесал острым когтем спутанные сальные волосы на затылке и признался, — Заказ на тебя был.

— Убить, что ли хотят? — растерялась я, пытаясь сообразить кому умудрилась до такой степени оттоптать мозоль.

— Не-а, — помотал отрицательно головой мой друг, но не успела я облегченно вздохнуть, как он закончил, — Украсть.

— Ваши? — осторожно поинтересовалась, не зная то ли гордиться такой популярностью, то ли кричать караул и начинать прятаться.

— Да нет, не наши, — отмел мои подозрения орк и замолчал, видно в раздумье, стоит ли продолжать.

На меня между тем накатил волна умиления, и я с любовью взирала на притихших гостей. Оказывается, меня тут весь день пытались защитить от грядущих неприятностей, подсунув средства индивидуальной безопасности. Одинокая слезинка сползла по щеке, и я звучно хлюпнула носом. Воржак заботливо попытался утереть его последним новшеством их цивилизации — носовым платком, подхваченном то ли у нас, то ли у эльфов.

На мое счастье слезы не успели совсем застить глаза, поэтому мне удалось ловко увернуться от такой заботы.

Что может быть страшнее носового платка орков? Только их носки! Но носки, по счастью, у них не прижились, в моде по-прежнему было или полное отсутствие обуви или некое подобие сандалий на ремешках.

Это я все к тому, что до мыла они еще не додумались. Более того, мыться даже обычной водой запрещал их вредный кровожадный бог. Так что не всякий человек был способен просто находиться рядом с орком, не говоря о том, чтобы утереть нос их платком.

Воржака мое шараханье в сторону не смутило, он только лениво спрятал платок за пазуху, в глубины потертого кожаного жилета.

— Никуда я не поеду, — заупрямилась с ходу я.

Одно дело, когда ты сам выбираешь себе время и место отдыха, и совсем другое — когда его навязывают.

Окружающие посмотрели на меня, как на инфантильного избалованного ребенка, а добрый вампир Оскальд даже задумчиво сказал, — Покусать что ли, в воспитательных целях? И пристально посмотрел мне в глаза, пытаясь гипнотизировать.

В отместку я показала ему кукиш и уперлась окончательно, — Не по-е-ду! Ни за что! Ни-ку-да!

И для верности добавила, — Хоть режьте!

— Это можно, — тут же осклабился Воржак. Начнем с языка, он у тебя точно лишний!

Я схватилась за предложенный ранее кинжал и пригрозила, — Буду сопротивляться!

В глазах окружающего меня разноплеменного народа зажглись опасные огоньки, по лицам расползлись противные улыбочки. Надо мной нависла реальная угроза показательного воспитательного процесса.

И пока она только клубилась и формировалась во что-то конкретное, я успела пойти на попятную и предложить компромисс, — А вы научите меня обороняться, вон я теперь какая богатая!

Помощь пришла неожиданно. Один из эльфов согласно кивнул головой и сказал, — Попробуем. Тренировка завтра в пять.

Я наивно обрадовалась, — Вечера?

— Утра, — мстительно улыбнулся образец мудрости и милосердия, но потом все-таки сжалился, глядя на мое вытянувшееся от отчаяния лицо, — Ну, хорошо, в шесть.

О, если бы я только знала заранее, во что выльются эти ранние уроки, то сама бы добровольно сдалась в руки неведомого врага. Но дар предвидения меня благополучно миновал, поэтому я совершенно счастливая потащила домой железо, в одночасье превратившее наш дом в филиал оружейной лавки гнома. И когда ночью в моем сне ко мне снова стал подруливать зловещий джип, я зажала в одной руке шпильку мага Аль Ди, пригрозив проколоть все пять шин (включая запасного колеса), в другой — боевой томагавк гоблина, незаменимое оружие в сокрушении страшных тонированных стекол, и сама рванула на встречу врагу.

Джип тут же жалобно взвизгнул тормозами, включил задний ход и, неприлично виляя, исчез в ближайшей к нему подворотне. А я осталась наедине с победой торжествовать и насмехаться над его постыдным бегством. Кто же знал в этот момент, что история только начинается.

История седьмая

Кому-то в нашем мире суждено родиться жаворонком, радоваться рассветам, утренним ветеркам, успевать вовремя на работу, да еще умудряться готовить завтрак на всю семью.

Так вот, все вышеперечисленное — не про меня. Я при пробуждении раньше восьми становлюсь часа на два социально опасным человеком (мои домашние утверждают — что даже и не человеком), общаться со мной в состоянии преждевременного пробуждения себе дороже, поэтому завтрак в нашей семье тоже готовлю не я.

Мой супруг напротив — пташка ранняя, встать в пять утра, и остаться на весь день в замечательном настроении для него не проблема. Я думаю, не стоит уточнять, кто у нас утром за повара. Зато в десять он спит на ходу, а у меня самый активный период, полный творческих идей. Как мы умудряемся столько лет жить рядом в таком режиме — непонятно даже нам самим.

Но с недавних пор мне пришлось наравне с супругом встречать рассветы и радоваться утренним движениям атмосферы. Наши невероятные гости все-таки взялись за мое физкультурное воспитание. Когда впервые возник вопрос моей срочной спортивной подготовки, я не поверила в серьезность угроз со стороны наших милых посетителей, и как оказалось зря. Уже на следующее утро в шесть часов чья-то наглая рука стянула с меня уютное одеяло, уже несколько лет верно оберегающее мой ночной покой.

Не просыпаясь, я попыталась реквизировать соседнее, стянув его с мужа, но не тут то было. Все та же крепкая рука схватила мою щиколотку и медленно, но неотвратимо повлекла с милой сердцу кровати. Пришлось открыть глаза, чтобы увидеть, кого предстоит пнуть, ну заодно и прицелиться.

Серьезный взгляд темно-зеленых очей подействовал не хуже чашечки кофе. Первой мыслью мелькнувшей в моей взлохмаченной голове была приблизительно такова: Обнаглели, вконец распустились, эти чертовы гости.

Рот открылся сам собой, чтобы одновременно с зевком высказать этому, нет, все-таки этим, в открытом проеме мелькнуло еще одно длинное ухо, высказать этим отвратительным типам все, что я о них думаю. К сожалению, типы успели первыми.