Страница 24 из 50
При мысли, что сейчас она застукает Боба Эйчлена за чем-нибудь недозволенным, в ее душе поднималось радостное возбуждение. Это ее первое дело, а она уже следит за объектом и готовится заснять его со спущенными штанами. Образно говоря.
Продолжая радостно улыбаться и держа палец на затворе фотокамеры, Лейни повернула за угол. И, ахнув, замахала руками, пытаясь замедлить свое продвижение вперед, — как выяснилось, коридор резко обрывался в пяти футах от угла, за который завернул Боб.
Остановившись, Лейни сердито уставилась на темную филенчатую дверь.
Боб Эйчлен пошел в мужской туалет.
И у нее нет возможности узнать, один он там или нет. Может, он там вместе с блондинкой. Ведь не впервой общественный туалет используют для того, чтобы уединиться с партнером.
Проклятие! Надо было разыскать Джека, прежде чем бежать за объектом. И что теперь делать?
Лейни в задумчивости принялась грызть ноготь большого пальца.
Войти в мужской туалет она не может. Ее вышвырнут из загородного клуба, и это очень сильно повредит их бизнесу.
Но как еще выяснить, один там Боб или нет? А что, если именно в этот момент он вставляет блондинке свой «эйчлен»?
Оглядевшись по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, Лейни сделала единственное, что ей пришло в голову: приложила ухо к двери в надежде услышать, что происходит в туалете.
Услышала она только шум спускаемой воды.
Отлично. Это означает, что Боб…
Лейни едва не поперхнулась вдохом, когда услышала шаги, которые приближались к мужскому туалету.
Что делать?
Она в панике огляделась.
В небольшой нише стояла статуя мужчины в натуральную величину с фиговым листочком, прикрывавшим его внушительное «хозяйство». Рядом со статуей стоял столик со свежими цветами. Столик был слишком низким, чтобы под ним можно было спрятаться, поэтому Лейни сделала единственно возможное — юркнула за статую и, пригнувшись, примостилась между ее гладкой, упругой попкой и стеной. Она успела вовремя, потому что в следующее мгновение из-за угла вышел темноволосый мужчина и направился в мужской туалет.
— Фу-у, едва не попалась, — прошептала Лейни каменной спине статуи и с облегчением прикрыла глаза.
Хватит. Она и так слишком долго околачивается у мужского туалета, кто-то может решить, что она извра-щенка. Нет, она вернется в зал и разыщет Джека. Впредь пусть сам решает проблемы подобного рода.
Лейни закатила глаза, представив, как нелепо она выглядит под мраморной задницей статуи. Может, ее сексуальную жизнь и нельзя назвать насыщенной, но и пустой она не была, поэтому ей никогда не приходило в голову в отчаянии обращать свои восторги на неодушевленные предметы.
Надо выбираться отсюда, пока ее не заметили за статуей.
Только… когда Лейни стала выбираться, она почувствовала, что ее что-то удерживает за талию.
Черт. Наверное, завязки платья за что-то зацепились.
На то, чтобы повернуться, места не было, поэтому Лейни втянула в себя живот. Однако это ничего не дало. Она оказалась в ловушке.
Она с громким вздохом закрыла глаза и лбом прижалась к левой ягодице статуи. Мрамор приятно холодил разгоряченную кожу.
Великолепно. Просто великолепно.
Лейни не открыла глаза, когда дверь туалета распахнулась и оттуда вышли Боб Эйчлен и темноволосый мужчина. Темой их беседы была одна из трех, столь популярных на сегодняшнем приеме: надвигающийся сезон ураганов.
Когда мужские голоса стихли, Лейни открыла глаза и подвинулась вправо, чтобы определить размеры бедствия. Ей удалось увидеть, что завязки ее платья действительно за что-то зацепились, и этим чем-то были пальцы правой руки статуи. Создавалось впечатление, будто статуя на секунду ожила и ради шутки ухватила ее за платье. Лейни никогда не говорила об этом вслух, но втайне подозревала, что статуи оживают, когда люди их не видят.
Каким-то образом ей удалось вытащить левую руку, и она, обхватив статую, стала тянуться к правой руке каменного красавца. По пути она пальцами задела фиговый листок и тут же, будто обжегшись, отдернула руку, потому что из ниоткуда прозвучал веселый мужской голос:
— Чуть вверх и влево, и вы кое-кого оччччень осчастливите.
Глава 16
Лейни выглянула из-за статуи и увидела смеющегося Джека.
— Он был тверд, как камень, еще до того как я прикоснулась к нему.
— Знаю, что он чувствует, — заявил Джек, многозначительно изгибая бровь.
— Помоги мне выбраться отсюда. Платье за что-то зацепилось.
— Кстати, а что ты здесь делаешь? Или мне не следует задавать такие вопросы?
Стараясь не краснеть, Лейни убрала руку с округлой ягодицы статуи.
— Потом расскажу. А сейчас я крайне нуждаюсь в твоей помощи.
Ей было неприятно, что Джек застал ее в таком положении.
— Ладно. Потерпи секунду, — сказал он, в задумчивости глядя на статую.
Лейни терпеливо ждала, пока он найдет блестящее решение проблемы. Наконец он произнес:
— Похоже, ты здорово запуталась.
— Да, я уже сама догадалась об этом, — сердито проговорила Лейни.
— Вот. Думаю, тебе придется его снять.
— Что? — возмутилась она.
— Как только ты ослабишь натяжение, нам, возможно, удастся распутать их, — сказал Джек.
— Возможно? Джек пожал плечами:
— Ты же знаешь, никогда нельзя ничего гарантировать.
— Тебе легко говорить. Это не ты устраиваешь стриптиз в загородном клубе, — пробормотала Лейни, расстегивая молнию на боку.
Чтобы снять с себя платье, ей придется извиваться и всем телом тереться о зад статуи. А Джек будет смотреть.
Прелестно.
Наверное, ее долгий тяжелый вздох был слышен аж в Майами.
Хорошо еще, что на ней красивое белье, подумала Лейни, поднимая над головой руку и хватаясь за платье. Ей удалось подтянуть его только до носа — сзади что-то не пускало, — но подол задрался до середины бедер.
— Помоги мне! — Ее сердитый взгляд не остановил Джека, который просто трясся от хохота.
Ублюдок.
— Извини, — сказал он, хотя никакого сожаления в его голосе не слышалось.
Чтобы помочь Лейни, он сунул руку за статую, но гак и не смог дотянуться до платья.
— Ухватись за его талию, — предложила Лейни, видя, как рука Джека маячит в шести дюймах от ее плеча.
Джек отступил на шаг и хмуро уставился на статую.
— Я не буду обнимать его. Он гей. Лейни фыркнула.
— Это даже не «он». Это «оно». И если ты мне не поможешь, я проторчу здесь всю ночь.
Джек колебался, и Лейни с пренебрежением покачала головой. Все они такие, эти мужики!
— Давай, Джек. Хватит ребячиться.
— Прекрасно. Но ты мне за это заплатишь, — пробормотал он и обхватил статую за талию.
Чтобы дотянуться до Лейни, ему пришлось прижаться к каменному торсу красавца, и мраморный сосок впился ему в щеку. Он так сильно закинул голову, что едва не вывихнул шею, и Лейни прикусила губу, чтобы не расхохотаться.
Наконец Джек ухватился за правое плечо платья.
— Готово. Вылезай, — приказал он.
Лейни стала вылезать. Старалась изо всех сил. Но добилась лишь того, что горловина поднялась от носа до ушей.
— Нужно тянуть обеими руками, — проговорила она из платья.
Настала очередь Джека громко вздыхать. История перестает быть забавной. Он оглянулся, проверяя, нет ли кого поблизости. Затем, скривившись, сунул за статую другую руку.
— Лейни, это тебе дорого обойдется, — проговорил он в грудь статуи, хватаясь за другое плечо платья и принимаясь тянуть его вверх, в то время как Лейни вывинчивалась из него.
— Дай мне шанс. Ведь это не ты стоишь полураздетым перед дверью мужского туалета. — Голос Лейни прозвучал глухо.
Ладно. Он даст ей шанс. И все же…
Ему в голову пришла одна идея, и он, желая взглянуть на Лейни, сунул голову статуе под мышку. И в следующее мгновение забыл, что хотел сказать, так как увидел ее практический голой, только в черных шелковых трусиках и таком же бюстгальтере. В этот момент голова Лейни появилась из платья.