Страница 23 из 51
— Что? — вскричал Перышко, вздыбив шерсть на загривке. — Пепелица… Она умерла?
Листвичка кивнула.
— На наш лагерь напали барсуки. Однозвезд привел воинов Ветра нам на помощь, но они не успели спасти Пепелицу.
«Это я не успела ее спасти!» — мрачно подумала она про себя.
Перышко скорбно склонил голову.
— Пепелица была великой целительницей. Я обязан ей жизнью.
Листвичка много раз слышала рассказ о том, как много лун тому назад, когда неведомая хворь истребляла воинов племени Теней, Пепелица втайне выходила Перышко. Выздоровев, воин твердо решил стать целителем.
— Должно быть, ты места себе не находишь, — тяжело вздохнул Корявый, сочувственно глядя на Листвичку. — Но ничего, все пройдет… Уж я-то вижу, что Пепелица оставила после себя достойную смену.
— Хотелось бы верить, — выдавила из себя Листвичка, чувствуя ком в горле. — Я никогда ее не забуду…
Когда они снова тронулись в путь, оба целителя зашагали по бокам Листвички, молча разделяя ее скорбь и поддерживая в несчастье.
Листвичку так и подмывало спросить Корявого о Граче, но она запретила себе даже думать об этом.
Наступила ночь. Целители остановились на краю вересковой пустоши и подняли головы к половине луны, сиявшей над далекой гладью озера. Мотылинки по-прежнему нигде не было видно.
— Вы не встречали Мотылинку? — спросила Листвичка.
Корявый молча покачал головой.
— Я тоже ее не видел, она никогда не ходит через территорию племени Теней, — ответил Перышко. — Не тревожься, она частенько опаздывает.
Листвичка знала, что это правда, но ведь Перышко не мог знать о том, что творится в Речном племени. Может быть, Мотылинка не смогла оставить больных старейшин? Возможно, болезнь уже охватила весь лагерь, а без кошачьей мяты целительница никак не может справиться с хворью?
Когда целители добрались до водопада, Мотылинки по-прежнему нигде не было видно. Листвичка взлетела на склон и бросилась через кусты вниз, в надежде, что подруга опередила их и уже ждет на берегу.
Водопад, бьющий из расщелины в скале, превращал лежащее внизу озеро в кипящий звездный свет. Но, к великому разочарованию Листвички, знакомая золотистая фигурка не бросилась ей навстречу, и даже запах Мотылинки не встретил ее на склоне. Кругом было пусто.
Корявый первым начал спуск по извилистой тропинке, и Листвичка пошла следом, то и дело оскальзываясь на глубоких следах, оставленных бесчисленными поколениями давно ушедших котов. Впервые великий покой священного места не затронул ее сердца. Она так волновалась за Мотылинку и Речное племя, так боялась увидеть во сне Пачкуна, что даже под лапы не смотрела. Улегшись на берегу, Листвичка вытянула шею над водой. Холод мгновенно хлынул в ее тело, сковав лапы, так что бедная целительница почувствовала себя ледяной кошкой. Листвичка глядела на бурлящую поверхность воды, пока озеро не успокоилось, отразив бесчисленные толпы котов, сидевших на склонах.
Листвичка подняла глаза. Перышко с Корявым молча лежали на берегу, погрузившись в свои сны. А вокруг озера, куда ни кинешь взор, сияли силуэты небесных воинов.
Вот с поросшей мхом скалы, выступавшей из озера, встала красивая серо-голубая кошка, в которой Листвичка сразу узнала Синюю Звезду.
— Добро пожаловать, — торжественно произнесла звездная воительница. — Звездное племя приветствует новую целительницу Грозового племени.
Одобрительный ропот облетел ряды небесного воинства. Листвичка заметила Ласточку, сидевшую возле прекрасной серебристой кошки — должно быть, своей матери, Серебрянки. Возле самой воды примостились Хвоинка с Остролисточкой: умершие от голода дети Дыма и Тростинки. Рядом с ними Листвичка увидела Звездного Луча, бывшего предводителя племени Ветра.
— Спасибо, — прошептала она. — Обещаю, что буду верой и правдой служить своему племени.
На противоположной стороне озера она вдруг заметила кучку бывших целителей. Здесь были и Пестролистая, и Щербатая, и Пачкун. Священная долина утопала в лунном свете, и лишь над целителями нависла мрачная тень. Пачкун не отрывал глаз от земли, и Листвичка испуганно съежилась, решив, что он сердится на нее.
Она до боли всматривалась в темноту, пытаясь разыскать Пепелицу, но все было тщетно. Неужели серая кошка так и не простила ей бегства из лагеря? Значит, она все-таки винит ее в своей смерти?
— Нет, нет, — беспомощно залепетала Листвичка. — Прошу тебя, Пепелица… — Она обернулась к Синей Звезде и прошептала: — Скажи мне, где…
Но воины Звездного племени начали таять на глазах, шерсть их побледнела, так что Листвичка увидела просвечивающие сквозь них склоны. Еще какое-то время звездный свет инеем сверкал на камнях, а потом растаял без следа, и Листвичка увидела перед собой темную кромку воды.
Она встала, потянулась и размяла затекшие лапы. Сидевший рядом с ней Перышко умывался одной лапой, а Корявый быстро приглаживал языком растрепанную шерсть. Никто ни словом не обмолвился о своих снах.
— Вчера я бродил по лесу и нашел отличный кустик водной мяты, прямо возле каменного брода через ручей, — сказал Перышку Корявый по дороге наверх. — Если нужно, бери, сколько хочешь — ее нам с лихвой хватит.
— Спасибо! — радостно кивнул Перышко. — Нет лучше средства от болей в желудке!
— На днях я заметил в лесу какую-то пеструю кошку, она собирала календулу, — продолжал Корявый, с трудом поднимаясь по склону. — Кажется, ее зовут Яролика? Такая деловая, ни дать ни взять — целительница! Она была так занята, что даже не заметила меня.
— Просто не знаю, что бы я сейчас без нее делала, — кивнула Листвичка. — После нападения барсуков у нас столько раненых, что календулы на всех не хватает.
— Вот беда-то, — покачал головой Перышко. — Слава Звездному племени, у нас в последнее время барсуков не видно… Может быть, вам нужна какая-нибудь помощь?
«Можно подумать, Чернозвезд позволит вам помогать соседям!» — усмехнулась про себя Листвичка.
— Спасибо, но мы уже справились своими силами, — вежливо поблагодарила она. — Все раненые идут на поправку.
В эту ночь собрание целителей завершилось раньше обычного, до рассвета было еще далеко, и Листвичка подумала было сходить в Речное племя, чтобы поговорить с Мотылинкой. Но потом она вспомнила о своем недавнем уходе из лагеря и передумала. Мало ли что подумают в Грозовом племени, если она не вернется вовремя. К тому же, надо было проведать Ягодку.
Спускаясь вдоль ручья, Листвичка заставила себя не смотреть в сторону вересковой пустоши. Она запретила себе искать встречи с Грачом. Эта часть ее жизни закончена навсегда. Отныне она целительница. У нее никогда не будет друга, ее ждет путь одинокого служения племени. Нужно почаще думать об этом, и тогда Грач уйдет из ее сердца, превратившись в воспоминание.
Глава X
Приблизившись к куче со свежей добычей, Ежевика заметил Уголька. Серый воин, прихрамывая, выходил из палатки целительницы, раненая лапа его была обмотана свежей паутиной. Не успел Уголек войти в воинскую палатку, как Березовик, завидев наставника, со всех лап бросился ему навстречу.
— Привет, Уголек! — завопил он. — Бурый берет Белолапку на тренировку! Давай пойдем с ними?
— Нет, — с раздражением рявкнул наставник. — Я упал со скалы, у меня снова открылась рана. Листвичка сказала, что сегодня мне лучше не выходить из лагеря.
Березовик повесил хвост и грустно проводил глазами убегающую Белолапку. Ежевика подошел к Угольку и ободряюще потрепал расстроенного оруженосца хвостом.
— Выше нос! — Он кивнул Угольку и вежливо спросил: — Я иду в патрулирование. Если хочешь, могу взять с собой Березовика, чтобы он не томился в лагере.
Упавший хвостик Березовика снова взметнулся вверх, усы задрожали от волнения.
— Можно? Пожалуйста, Уголек, разреши мне! — заныл он.
Уголек разинул пасть, и Ежевика понял, что сейчас последует отказ.
— Отличная мысль! — раздался вдруг зычный голос откуда-то из-за спины Ежевики. — Березовик и так очень много пропустил, ему необходимы тренировки.