Страница 75 из 160
На меня рассказ этот произвел впечатление, в первую очередь, силой того решения, которое было принято Сталиным.
…12 декабря 1942 года противник силами девяти дивизий, из которых две были танковые, предпринял наступление вдоль железной дороги Котельниково — Сталинград с целью оказания помощи окруженной группировке Паулюса. Добившись первоначального успеха и введя в бой еще одну танковую дивизию, противник вышел на рубеж реки Мышкова. Видимо, высшее командование немцев было уверено, что этих сил будет вполне достаточно, чтобы соединиться с Паулюсом. Иначе, не имея такой уверенности, Манштейн не ограничился бы названными силами и уж, во всяком случае, потребовал бы встречного удара со стороны Паулюса. [264]
Как раз в то время там находился начальник Генерального штаба Красной Армии А. М. Василевский, который заменил Б. М. Шапошникова на этом посту в июне 1942 года. Василевский прибыл туда по поручению Ставки для организации взаимодействия Донского и Сталинградского фронтов по разгрому окруженной группировки Паулюса. Оценив создавшееся положение и предвидя возможные последствия прорыва группы Манштейна к Паулюсу, Александр Михайлович поставил перед Ставкой вопрос о том, что 2-ю гвардейскую армию, которой командовал генерал Р. Я. Малиновский и которая сосредоточивалась для ликвидации окруженной группировки Паулюса, необходимо повернуть против Манштейна.
Это предложение он сделал в интересах общего дела, хотя армия Малиновского назначалась для операции, за которую Василевский нес прямую ответственность. К боевым действиям внешнего фронта он в данное время прямого отношения не имел. Верховный торопил с ликвидацией окруженной группировки и не выразил восторга от предложения Василевского. Несмотря на это, начальник Генштаба настаивал на быстрейшей переброске 2-й гвардейской армии в район реки Мышкова, нацелив армию на разгром Манштейна. Наконец согласие Ставки было получено с одновременным указанием, что Василевский назначается ответственным за проведение этой операции.
2-я гвардейская армия быстро вышла в назначенный район и вступила в бой с соединениями Манштейна. В течение 22—30 декабря 1942 года контрнаступление противника было сорвано, а остатки разбитых дивизий отошли в район юго-западнее Котельникова.
Войска Юго-Западного фронта, перешедшие 16 декабря в наступление, к 30 декабря нанесли серьезное поражение противостоящей группировке противника и оттеснили внешний фронт до рубежа Миллерово, тем самым сделав невозможными дальнейшие попытки прийти на помощь Паулюсу. На войне всякое бывает: и ожидаемое, и неожиданное. Трудно сейчас сказать, чем бы закончились наступательные действия группы Манштейна, не добейся А. М. Василевский ввода в действие 2-й гвардейской армии. Это не только ликвидировало угрозу соединения двух крупных группировок, но и содействовало успешному оттеснению внешнего фронта окружения.
Считаю нужным привести здесь этот эпизод, потому что в книге А. И. Еременко «Сталинград» описан он не только не правдиво, но и приписаны А. М. Василевскому схоластические, с военной точки зрения безграмотные действия, которых на самом деле никогда не было. Непосредственное руководство Василевского всей операцией по отражению наступления группы Манштейна, безусловно, сыграло свою положительную роль и в дальнейшей ликвидации окруженной Сталинградской группировки войск противника. [265]
Как известно, против окруженной группировки Паулюса действовало два фронта — Донской и Сталинградский. Командующий Донским фронтом К. К. Рокоссовский поставил перед Ставкой вопрос о том, что он считает неправильным, чтобы ликвидацией противника занимались два фронта. Он доложил, что в столь важном деле должно быть единое командование. В связи с этим он предложил упразднить один из фронтов и поручить ликвидацию окруженной группировки Паулюса кому-либо из двух командующих фронтами: ему или А. И. Еременко, — и для пользы дела соглашался упразднить свою должность.
Выдвинутый вопрос обсуждался довольно долго, так как не все были согласны с этим предложением, хотя очевидная разумность и логика в предложениях Рокоссовского была налицо. Наконец Сталин прямо поставил вопрос: кому поручить ликвидацию окруженной группировки — Еременко или Рокоссовскому? Такая постановка вопроса говорила о том, что Верховный уже принял решение о целесообразности единого руководства данной операцией и сейчас стоял лишь вопрос, кому ее поручить.
В книге Г. К. Жукова «Воспоминания и размышления» говорится о том, что на этот вопрос Сталина он ответил, что «оба командующих достойны, но что Еременко будет обижен, если войска Сталинградского фронта подчинят Рокоссовскому». Кто-то из присутствующих предложил назначить именно Рокоссовского.
Победили разум и целесообразность. 30 декабря 1942 года Ставкой было принято решение о передаче 57-й, 62-й и 64-й армий Сталинградского фронта в состав Донского и о преобразовании штаба и управления Сталинградского фронта в штаб и управление Южного фронта. Сталинградский фронт с 1 января 1943 года был ликвидирован.
Руководство ликвидацией окруженной группировки было поручено Рокоссовскому, который блестяще справился с этой задачей. Непосредственно общаясь с ним во время проведения этой операции, я всегда видел перед собой уравновешенного, с глубокими военными познаниями человека, доступного для любого, кто с ним работал. Вежливость и тактичное обращение были его характерными чертами, а личная скромность в быту дополняла его облик.
Таков был Рокоссовский, с которым мне довелось там близко познакомиться. Дальнейшее общение с ним уже в других местах и на других фронтах лишь укрепило во мне то глубокое уважение, которое можно иметь к человеку, умеющему направить всю энергию работающих с ним людей в нужном направлении и в то же самое время остающемуся как бы незаметным и скромным человеком.
…За время оборонительных боев на сталинградском направлении с 17 июля по 19 ноября 1942 года АДД сделала 11 317 самолето-вылетов, что составило 49 процентов всех боевых вылетов АДД за этот период. В ноябре и декабре, несмотря на весьма плохие метеорологические условия, АДД продолжала свою боевую деятельность на сталинградском направлении, уничтожала войска и технику противника как в районах самого Сталинграда, так и на близких подступах к нему. [266]
Нужно сказать, что противник, находясь в окружении, мог обеспечиваться всем необходимым, а главное — продовольствием, только по воздуху. Естественно, одной из главных наших задач в то время являлось уничтожение немецких самолетов на аэродромах, которые нам были хорошо известны. Однако, чтобы избежать больших потерь, враг шел на хитрости и стал принимать свои самолеты на полевых, то есть временно подготовленных аэродромах, все время меняя их. В ту холодную зиму, чтобы подготовить полевой аэродром, требовалось время, необходимое лишь для укатки снега. Заправку и техническое обслуживание самолетов противник проводил на своих базовых аэродромах. Такие полевые аэродромы ввиду их частой смены приходилось разыскивать с воздуха и после обнаружения передавать с борта их координаты для последующего вылета в этот район наших бомбардировщиков. Задача для бомбардировщиков, прямо скажем, необычная. Приведу здесь один из примеров ее выполнения.
752-й авиационный полк АДД вел напряженную боевую работу в период Сталинградской битвы. Командиру экипажа этого полка Ивану Тимофеевичу Гросулу с его штурманом Леонидом Петровичем Глущенко была поставлена боевая задача: днем нанести удар по позициям противника, расположенным в районе Гумрака, после чего заняться поисками полевых аэродромов внутри кольца окружения. Выполнив задачу по бомбометанию, экипаж пошел на поиски полевых аэродромов. Через некоторое время они обнаружили такой аэродром с большим числом транспортных самолетов Ю-52 и истребителей. Передав на командный пункт своей части координаты обнаруженного аэродрома и о наличии там самолетов, экипаж развернулся и пошел на свою базу, одновременно зафиксировав взлет истребителей противника.