Страница 20 из 69
– Не больше… Просто с вами меньше риска.
В его голосе звучала искренность, это был его невинный трюк, который так много говорил о самом Хевви. Она покачала головой.
– Ты хочешь, чтобы я рискнула и продала информацию дальше наверх?
После длинной паузы Хевви сказал:
– Вы можете предложить мне более безопасный способ действий?
– Мне придется использовать тебя где-то на этой линии для проверки сведений.
– Но тогда я буду под твоей защитой.
– Зачем мне защищать тебя, если ты не будешь больше представлять никакой ценности?
– Что заставляет вас думать, что это единственная информация, которую я могу получить?
Джедрик позволила вздохнуть и задала себе вопрос, почему она продолжает эту пустую игру.
– Мы оба можем наткнуться на человека, который возьмет сведения даром.
Хевви не ответил. Конечно, он уже обдумал этот вариант в своем дурацком плане.
Они проехали мимо приземистого коричневого здания по левую сторону дороги. Улица шла на подъем и поворачивала вокруг здания, переходя сквозь наполненную людьми площадь на следующий, более высокий уровень. Между двумя высокими зданиями справа Джедрик заметила мелькнувшее русло реки, затем их снова окружили дома, которые нависли над ними подобно скалам Чу, становясь все выше и выше по мере того, как поднимался скиттер.
Как она и предполагала, Хевви не мог долго вынести ее молчания.
– Что вы собираетесь делать? – спросил он.
– Я заплачу одним годом такой защиты, какую могу обеспечить.
– Но это…
– Хочешь – соглашайся, хочешь – нет.
Он слышал в ее голосе бесповоротность решения, но, будучи Хевви, не мог так просто сдаться. Это было одной из его спасительных черт характера.
– Неужели мы не можем хотя бы обсудить…
– Мы ничего не будем обсуждать! Если ты не хочешь продавать по моей цене, то я могу стать и тем, кто берет даром.
– Это на вас непохоже!
– Ты слишком мало знаешь меня. Я покупаю таких информаторов, как ты, намного дешевле.
– Вы жестокий человек.
Из сочувствия она преподала Хевви небольшой урок.
– Только так и можно выжить. Но я думаю, что теперь мы лучше забудем все это. Твоя информация – это, по-видимому, что-то, что я уже знаю, или что-то бесполезное.
– Она стоит значительно больше, чем вы предложили мне.
– Это ты говоришь так, Хевви. Ты не из тех, кто идет на большой риск. Небольшой риск – иногда, большой риск – никогда. Твоя информация не может иметь для меня большую ценность.
– Если бы вы только знали.
– Меня это больше не интересует.
– Ну вот, как же так? Вы договариваетесь со мной, а потом уходите в сторону, после того, что я…
– Я не договаривалась с тобой! – Неужели до этого идиота ничего не доходит?
– Но вы…
– Хевви! Слушай меня внимательно. Ты просто маленький ребенок, который случайно споткнулся обо что-то, что ты считаешь важным. В самом деле это вовсе никакая не особенно важная вещь, но она достаточно велика, чтобы напугать тебя. Ты не можешь придумать способ продать свою информацию без того, чтобы подставить свою шею. Поэтому ты и пришел ко мне. Ты предполагаешь, что я стану твоим агентом. Ты предполагаешь слишком много.
Злость заслонила от него всякую ценность ее слов.
– Я иду на риск!
Она даже не постаралась скрыть насмешку в своем голосе.
– Да, Хевви, но вовсе не в том месте, где ты думаешь. Твой риск находится прямо перед тобой. Сообщи мне свою ценную информацию. Без всяких обязательств. Позволь мне судить самой. Если мне покажется, что твои сведения стоят больше, чем я уже предложила тебе, я заплачу больше. Если у меня уже есть эта информация или она будет для меня бесполезной, ты не получишь ничего.
– Но тогда все преимущество будет на вашей стороне!
– Там, где оно и должно быть.
Джедрик осмотрела плечи Хевви, наклон его головы, перекатывание мышц под натянутой тканью одежды. Предполагалось, что он из Трудового Резерва, а он даже не знал, что молчание считается среди ТР лучшей защитой: «Научившись молчанию, вы обучаетесь тому, что слушать». Выходцы из ТР редко проявляли инициативу. И вот для сравнения Хевви – настолько далек от этой и других традиций ТР, что он, наверное, никогда и не знал, что такое Уоррен. Он никогда не испытал их, пока не стало слишком поздно для того, чтобы этому научиться. Тем не менее, он рассказывал о друзьях на Ободе, действовал так, как будто у него есть своя собственная конспиративная ячейка. Он сохранял работу, для которой едва-едва годился. И все его поведение показывало непонимание того, что все это выдаст любому человеку масштаба Джедрик все существенные факты о нем самом.
Если, конечно, это не было искусно разыгранным притворством.
Джедрик не верила в такие чудеса, но в признании этой возможности был некий элемент осторожности. Это и остальные, явные недостатки в Хевви удерживали ее от использования его в качестве ключа к Стене Бога.
Они как раз проезжали штаб-квартиру Электора. Джедрик повернулась и посмотрела на каменный эскарп. Мысли ее переплетались, как колючие заросли кустарника. Каждое предположение, которое она составила о Хевви, требовало с его стороны особого защитного рефлекса. Недосадийского рефлекса. Она отметила, как работники толпой спускаются в подземный проход здания Электора. Ее проблема с Хевви была странно похожа на ту проблему, с которой, как она знала, столкнется Брой, когда ему придется принять решение о бывшем Лиэйторе Кейле Джедрик. Она изучила решения Броя со вниманием и тщательностью, которые доходили до границ ее возможностей. При этом изменилось и что-то существенное в ней самой, она странным образом приобрела не-досадийские черты. Они не найдут больше Кейлу Джедрик в Демополе. Так же, как они не найдут Хевви или этого самого Маккая. Но если она сможет сделать это…
Пешеходное движение в этом районе, районе максимальной защищенности, заставило Хевви снизить скорость до черепашьего шага. Еще группы работников Электора выходили наверх через выход Трубных Ворот-Один, как будто их толпами отправляли по каким-то важным делам. Джедрик задала себе вопрос, нет ли в этой толпе кого-нибудь из ее пятидесяти человек.
«Я не должна позволять своим мыслям отклоняться в сторону».
Плыть, подобно мыслящему листку дерева – это одно, но она пока не смела войти в ураган… пока еще нет. Она снова обратила внимание на молчащего, злого Хевви.
– Скажи мне Хевви, ты когда-нибудь убил человека?
Его плечи замерли.
– Почему вы задаете такой вопрос?
Она смотрела на его профиль, выдерживая соответствующую паузу и задумавшись над тем же самым вопросом.
– Я полагала, что ты ответишь. Теперь я понимаю, что ты не ответишь. Это не первый раз, когда я совершаю ошибку.
И снова, скрытый подтекст этих слов ускользнул от понимания Хевви.
– Вы многим задавали этот вопрос?
– Это не должно тебя волновать.
Она скрыла свою глубокую горечь.
У Хевви не хватало догадливости даже для того, чтобы прочитать самые вопиющие знаки, лежащие на поверхности. Он соединял в себе одни бесполезные качества.
– Вы не можете оправдать такое вмешательство в мою…
– Замолчи! Неужели ты ничему не научился? Смерть часто – единственное средство дать подходящий ответ на вопрос.
Хевви, как она и предполагала, увидел в этих словах лишь грубый отклик. Когда он украдкой бросил на нее взгляд, она приподняла бровь и цинично пожала плечами. Хевви продолжал посматривать на нее оценивающе и испуганно, переводя внимание попеременно то на ее лицо, то на дорогу. Его вождение ухудшилось и стало опасным.
– Смотри за тем, что делаешь, идиот!
Он снова сосредоточился на дороге, посчитав эту опасность большей.
В следующий раз, когда он посмотрел на Джедрик, она улыбнулась, зная, что Хевви не сможет уловить в этом жесте никакого смертельного изменения. Он уже задумывался, нападет ли она на него, но решил, что она не будет этого делать, пока он управляет машиной. Тем не менее, Хевви сомневался, и эти сомнения делали его еще более прозрачным. Хевви не был совершенством. О нем можно было сказать только одну вещь наверняка: он прибыл из-за Стены Бога, из территорий фактора «X», оттуда же, откуда прибудет и Маккай. Работает ли он на Электора или нет – было несущественно. Конечно, она все больше сомневалась в том, что Брой может воспользоваться таким опасным, несовершенным орудием. Никакое незнание основных уроков досадийского выживания не может быть таким совершенным. Тот, кто попытается так сыграть, не выживет. Только полный невежа мог бы дожить до возраста Хевви, ему позволили бы жить, как ходячему чуду, возможному источнику интересных данных… только интересных, вовсе не обязательно полезных.