Страница 16 из 32
– Теперь она долго не покажется сюда, – заверил его Гаррисон с гордостью новоиспеченного супруга. – Сегодня она готовит свой первый воскресный обед. Мне даже ни разу не удалось войти в кухню.
– Вы счастливый человек, мистер Гаррисон, – невольно заметил Камерон.
– Я долгое время был совсем одинок, – сознался он.
Камерон снова сел.
– Итак, перейдем к делу. Мне очень жаль, что пришлось вас побеспокоить. Я не хотел бы вспоминать о прошлом, но в этом случае у меня нет иного выхода. Вы единственный человек, кто может мне помочь.
– Это действительно звучит серьезно.
– Да, так оно и есть.
Он достал из кармана фотографию, которую захватил с собой, и показал ее Гаррисону.
– Вы знали этого мужчину по имени Хью Стрикленд?
– Этого мошенника? – с презрением сказал он и кивнул. – Насколько мне известно, его казнили на электрическом стуле. Я знал, что это так кончится.
– Иными словами, вы знали его очень хорошо?
– Более или менее, но это доставило мне только неприятности. Я порвал с ним всякие отношения еще до смерти Жанетты. Она хотела, чтобы я покончил с ним всякие дела. В конце концов, Флоренс Стрикленд была ее лучшей подругой. Знаете ли, я ей Богу, не щепетильный мужчина, но когда мужчина поступает так по отношению к женщине...
Камерон умело обошел этот момент.
– Боюсь, что мы разойдемся во мнениях по двум пунктам, мистер Гаррисон. Но это, естественно, ничего не меняет, и вы все же сможете мне помочь. Первое – это смерть вашей первой жены.
– Ах, вы еще полагаете, что Жанетта умерла неестественным образом...
– Так оно и есть. И я своего мнения не изменю.
– Ну, это ваше дело. Что же касается меня...
– Второе, мистер Гаррисон, вас возможно удивит, но я вовсе не уверен в том, что Стрикленд – убийца мисс Холлидей, по совести говоря.
Гаррисон был очень удивлен.
– Я посетил его перед смертной казнью. Он снова говорил мне то же, что и при аресте. А именно, что возле трупа лежала записка, которая смогла бы сыграть решающую роль для объяснения дела. Записка эта могла спасти ему жизнь.
Камерон наклонился вперед и продолжал еще более убедительным тоном:
– Я лично сомневался, что эта записка существовала в действительности, а Стрикленд так и не смог этого доказать. И я тем более сомневался, поскольку знал, что вы получили подобное же сообщение, когда умерла ваша жена. И только ровно через год я обнаружил в третий раз подобную записку в связи с совершенно другим делом. Теперь вы понимаете, почему я снова пришел к вам?
Гаррисон кивнул. Слова Камерона невольно произвели на него сильное впечатление.
– Ну, давайте пойдем дальше, – сказал он. – Вы были знакомы с одним молодым человеком по имени Бэк или Бэкки Пэдж?
Гаррисон подумал, затем энергично покачал головой.
– Его полное имя Бэкки, – пытался помочь ему Камерон. – Я проверял по свидетельству о рождении. Он родился в Лэнсинге, штат Мичиган.
– Нет, – упорствовал Гаррисон. – Нет. – Затем продолжал задумчиво: – Пэдж, Бэкки Пэдж... Нет, определенно, нет!
– Вы вполне уверены?
Гаррисон пожал плечами.
– Это имя мне ни о чем не говорит. Вполне возможно, что я видел этого человека или, может быть, когда-то был с ним немного знаком.
– Хорошо. Попытаемся по-другому. Посмотрите сюда.
Камерон протянул ему фотографию, на которой были сняты два солдата.
– Посмотрите вот на этого, справа. И попробуйте представить его себе без формы. – И, чтобы ему помочь, протянул ему увеличенный снимок.
Гаррисон внимательно рассмотрел фото.
– Да, – сказал он, немного подумав, – это лицо я видел где-то раньше... Подождите, только где?..
Он снова откинулся на спинку кресла. Потом взял фото и посмотрел еще пристальнее.
– Попытайтесь вспомнить, – ободрял его Камерон.
– Это было не в нашем филиале... это было где-то в другом месте... где-то...
Он закрыл глаза. Вдруг вскочил на ноги и ударил кулаком по столу. Бумаги полетели на пол.
– Конечно!.. Это был наш проводник, который всегда сопровождал нас при наших полетах. Мы были неопытными, а он был единственным, кто хорошо ориентировался. Он всегда находил для нас лучшие места. Наконец-то я вспомнил!.. Мы звали его Бэкки. Бог мой, я уже много лет даже не вспоминал о нем!
– И куда он вас сопровождал? – допытывался Камерон. – Что это были за полеты?
– Он сопровождал нас в полетах на рыбалку. Мы состояли тогда в маленьком спортивном клубе. Мы называли его Рац-Рил-Клуб. Два или три раза в год мы организовывали коллективные полеты, отдыхая от повседневной суеты. Вы хорошо понимаете, что я имею в виду?
Камерон вздохнул.
– Я правильно поступил, что посетил вас, – сказал он. – Хорошо сделал, что разыскал вас. Теперь мы стоим перед основным вопросом. Имели ли вы, помимо этого клуба, какие-либо контакты со Стриклендом?
Тот кивнул.
– Да, и еще задолго до того, как мы организовали клуб. Потом, правда, у нас ничего общего не было. Потом наш клуб распался.
– А с Пэджем?
– Нет, я не был с ним знаком до этого и не видел его впоследствии. Я встречался с ним только во время полетов. После полетов мы с ним прощались.
– Значит, с этими двумя мужчинами вы были только во время полетов?
– Правильно.
– Видите ли, для меня вы и эти двое находились в одной непосредственной связи. Во-первых, из-за этих таинственных записок, и, во-вторых, из-за определенной даты, 31 мая. Ваша первая жена умерла в этот день, у Стрикленда – ну, скажем, его хорошая подруга – была убита 31 мая, и трупы Бэкки Пэдж и Зарон Пэдж были найдены тоже 31 мая... Для двух таких случаев можно допустить простое совпадение, но для трех всякая случайность отпадает. Вдобавок все трое были знакомы друг с другом.
К тому же выводу приводят нас и те послания, которые каждым из вас были получены. Все эти записки имели сходное содержание. Правда, я видел только две из них, но, по словам Стрикленда, содержание оставленной ему записки соответствует двум другим. И сам он не мог придумать этого, так как не знал о существовании обеих других.
Все это приводит нас к исключительно важному выводу, так сказать, к ключевому пункту. Это означает, что не исключена возможность того, что подобные записки и те же даты могут иметь огромное значение и для других людей. Я не могу принимать решительных мер, пока не пойму смысла и цели всего этого. Поэтому вы должны мне сейчас сказать, сколько еще человек состояло членами вашего спортклуба. Я должен узнать их имена с тем, чтобы мог их предостеречь и предотвратить дальнейшие беды.
– Я охотно сделаю это, – ответил Гаррисон. – Клуб состоял из очень небольшой группы людей. Всего из пяти человек.
Он пересчитал их по пальцам:
– Кроме Стрикленда, этого Пэджа и меня, там было еще двое. Их имена были...
Однажды вечером его можно было снова увидеть в маленьком городке возле обвешенной витрины аптеки Гритиса. Там, куда он всегда приходил. Он стоял и ожидал с отсутствующими и полными тоски глазами, как фантом, явившийся из Вечности.
Городок изменился, люди его уже не узнавали. Они не знали его в лицо. Только площадь оставалась такой же, как прежде.
Это было воскресенье, первое июня. Площадь была ярко освещена. Толпились люди, прогуливались парочки влюбленных.
Он не бросался никому в глаза. Он недавно подстригся и надел новый галстук, как человек, явившийся на свидание.
Время от времени, слегка улыбаясь, он посматривал на часы с видом человека, который знает, что его девушка может опоздать.
Вдруг кто-то заговорил с ним:
– Хэлло, Джонни! Узнаешь меня?
Никакого ответа.
– Мы вместе играли в баскетбол. В Ред-Вашбурн клубе. Ты, конечно, помнишь: Эд Тайлор, Джонни?!
Снова никакого ответа.
– Что с тобой случилось? Что ты так уставился перед собой? Я долгое время помогал хозяину в овощном магазине. Теперь магазин принадлежит мне. Ты помнишь дочь Аллена? Она стала моей женой.
Он продолжал смотреть на него пустыми глазами и не проронил ни слова.