Страница 8 из 34
— Ни обращение Шептицкого к Гиммлеру, где, возможно, шла речь о евреях, ни тем более послание «Не убий» не вызвали у немцев никакой опасной для Шептицкого реакции. Слишком нацисты перед ним заискивали. У Шептицкого была неприкосновенность больше, чем у дипломатов. Настоящей опасности подвергался не он, а тот его монах, который непосредственно прятал детей, такие священники и получили в «Яд ва-Шем» звание Праведника.
— Они неотделимы от своего руководителя, без ведома и воли которого они не могли бы спасать. И в правилах «Яд ва-Шем» оговорено: при спасении в монастырях вся заслуга принадлежит настоятелю.
— Если не разделять митрополита и его священников-спасителей, то логично не отделять его от всех его подчиненных и — как главу церкви — от церкви, а как главу народа — от народа. А они — соучастники убийства евреев.
— Шептицкий — не украинский народ и не украинская церковь. Народ не воспринял его призыв «Не убий» и продолжал убийства с возрастающей яростью; многие униатские священники продолжали проповедовать пастве ненависть к евреям. Украинцы в подавляющем большинстве отделили себя от Шептицкого непроходимой стеной. Праведник всегда один против окружения. Шептицкий сумел встать против своего народа, несмотря на то, что был его предводителем.
— Для украинцев и на Украине, и во всем мире они и Шептицкий — одно, никакой непроходимой стены. Звание Шептицкому будет воспринято как прощение украинцам.
— Но по этой логике нельзя присуждать звание Праведника немцу, так как это очищение всей Германии.
— Соблюдаются все положенные для звания Праведника условия. И если «Яд ва-Шем» не присуждает Шептицкому звание — это крупнейший скандал для всего Израиля. Поэтому на «Яд ва-Шем» давят со многих сторон.
— А почему? Присвоение Шептицкому звания Праведника очистит прошлое украинского народа от греха преследования евреев. Это важно Украине, стремящейся в Евросоюз, и, конечно же, важно украинцам Канады и США, чьи родители когда-то бежали с Украины именно из-за вины в уничтожении евреев. Украинских эсэсовцев интересует не Шептицкий, а имя дивизии СС. Все хотят очиститься, вот и Ватикан хочет обелить христианскую церковь пастырем-Праведником, они с пятидесятых годов возводят Шептицкого в ранг святого мученика. А израильские бизнесмены ищут дружбы с Украиной, хлопочут и парламентарии, сотни репатриантов подписывают петиции в «Яд ва-Шем» — некоторые даже толком не знают, кто такой Шептицкий…
— Но дело № 421 — бомба. Признание Шептицкого Праведником — это освобождение пособника нацизма от ответственности. «Яд ва-Шем» просто не имеет на это права, как и ни одна еврейская организация. Наши дипломаты озабочены откликом за границей. Дерево Шептицкого в «Яд ва-Шем» превратится в культовое место, к которому будут приезжать бывшие нацисты, украинские эсэсовцы, лагерные охранники, каратели… Каково это израильтянам, особенно пережившим Катастрофу на Украине? Уже было так, что канадские ветераны той украинской дивизии СС на подозрительные деньги, может быть, загубленных украинских евреев, купили у иерусалимских раввинов кусок Святой земли на Сионской горе и торжественно, при двух христианских священниках (раввина, правда, не обнаружилось) воздвигли камень «Евреям и украинцам — жертвам нацизма и большевизма» — двусмысленность этой надписи заставила группу бывших еврейских жертв Катастрофы во главе с председателем израильского парламента порушить тот кощунственный памятник. В «Яд ва-Шем» такое нужно? Был уже случай, когда одна еврейка заявила, что ее спас бывший полицейский, и дело уже шло к признанию его Праведником, когда об этом узнали в США, и выяснилось, что тот польский полицейский убивал поляков, поднялся шум, «Яд ва-Шем» отказал ему в звании. Неважно, кем были его жертвы, евреями или поляками, — он преступник. Поэтому «Яд ва-Шем» обязан следить за последствиями своих действий. Нельзя ни другим, ни нам самим себя дурачить, а потом отбирать выданную медаль. Назад хода не должно быть.
— Появилось предложение обратиться через прессу к общественности, выслушать мнения. Но чьи мнения перевесят? Тех, кто авторитетен в обществе, или меценатов, которые дают «Яд ва-Шем» деньги, или политиков? Нет, надо просто соблюдать закон «Яд ва-Шем»: «Кто спас еврея — тот Праведник». Увековечение памяти Шептицкого только добавит уважения «Яд ва-Шем», а отказ нанесет ущерб доброму имени и «Яд ва-Шем», и Израиля.
Так при обсуждениях летало пинг-понговым шариком с поля на поле: Шептицкий — Праведник или со-палач?
На том и стынет поныне дело № 421. Остается добавить некоторые соображения, представляющиеся очевидными. Риск при спасении является одним из необходимых условий подвига Праведника. Но уж очень нужен был немцам Шептицкий, именно он, а не другие украинские националистические лидеры, вроде Бандеры или Стецько, которых они арестовали. Не зря почти на поклон ездил к митрополиту сам адмирал Канарис, главнейший гитлеровский разведчик, когда решалась задача вовлечения украинцев в армейские соединения. Шептицкий оправдывал ожидания нацистов, подпирал всем своим авторитетом их военные усилия — кто режет курицу, несущую золотые яйца?..
Другим условием являются, как сказано в Положении о Праведниках, активные действия при спасении. Митрополит вел переговоры, принимал ответственные решения — деятель, а не заморенный инвалид. И в спасении евреев, надо думать, он не больной и полуотсутствующий свидетель, а инициатор и распорядитель. Но, соглашаясь с достаточной его активностью при спасении, тут же и оказываешься перед невозможностью снять с него в связи с немощностью ответственность за поддержку убивающего евреев режима.
Создание «Галичины» — глыба на пути к Праведничеству Шептицкого. Это не 1941 год, когда выступление Шептицкого можно объяснить наивным представлением о нацистах-«освободителях». Уже позади: арест немцами первого украинского правительства, прихлопнувший мечту о независимой Украине; реки еврейской крови; такие толпы украинцев-охотников в палачи, что Шептицкий боится массового растления душ увлекающихся хлопцев. О том его тексты-протесты, и ненайденные, и опубликованные, — все бумаги 1942 года. А в 1943 году, все уже зная и переживая, митрополит безоговорочно поддерживает создание еще одного скопища убийц, которые будут, как ясно по предыдущему опыту, поливать еврейской кровью ростки «нового порядка» и губить гадким занятием собственные христианские души. «СС» и «Христос» — слова несовместные, тьма и свет, а пастырская рука осеняет убийство крестом. Рука Праведника?
Дивизия «Галичина» после ее создания больше года не на фронте воевала, а именно карательными операциями занималась и евреев отлавливала. А еще желающие могут прочесть приговор Нюрнбергского трибунала в 1946 году: объявляя СС преступной организацией, трибунал включил в ее состав ваффен-СС. Среди преступлений СС трибунал на первое место поставил уничтожение евреев.
Шептицкому, омраченному участием украинцев в убийствах, было хорошо известно, сколь охотно его народ предавался кровавому разгулу. Ш. Швейбиш, специалист по украинской истории, прикинул: по принятой у немцев разнарядке в полиции на оккупированной территории полагалось служить до одного процента местного населения; при тридцати миллионах украинцев это сотни тысяч полицаев; в августе 1942 года, например, их насчитано 150 тысяч. Украинцы служили в гитлеровских концлагерях, убивали население сопредельных территорий. Они воевали с восставшим Варшавским гетто, и скорбно знаменитую белорусскую Хатынь жгли не немцы — украинцы. Сколько палачей поставили прихожане Шептицкого? Русский православный патриарх Тихон в 1918 году, в разгар террора гражданской войны и большевистских гонений на христианскую церковь, счел грехом любое участие в насилии и, отвергая советскую власть, отказался благословить антибольшевистское белое движение при всем личном уважении к его деятелям. Шептицкому не хватило высоты духа отринуть еще большее зло германского нацизма. Вряд ли его пугало, что в конце концов за свою твердость души Тихон заплатил жизнью. Скорее, вели митрополита политические соображения.