Страница 43 из 66
– Направь на него жнец и продемонстрируй, на что ты способен. Посмотрим, зауважают нас после этого или как?
Найл кивнул и стал ждать возвращения начальника стражи. Остальные пауки-охранники стояли, застыв на своих местах, их огромные черные глаза смотрели поверх голов участников путешествия и группы встречавших отряд пауков, расположившихся неподалеку. Найл заметил, что окрестные улицы заполнены как пауками, так и людьми. Все, во-первых, пришли посмотреть на гостей из дальних мест, а, во-вторых, хотели узнать, как их примет Правитель и пока не выказывали никакого отношения: ни доброжелательного, ни негативного, только любопытство.
Наконец начальник стражи вышел на солнечный свет.
– Наш Правитель не понимает, почему вы привели с собой людей, – сообщил он, обращаясь лично к Дравигу. – Если они, конечно, нужны вам, как слуги, то мы готовы разместись их рядом с вами. Но наш Правитель предлагает отправить их в квартал, где у нас живут чужеземцы.
Слово «чужеземцы» было произнесено с таким пренебрежением, что Найл понял, что те в этих местах находятся в худшем положении, чем рабы в их городе во время правления пауков.
Дравиг мысленно связался с Найлом:
– Давай!– А теперь послушай меня, – обратился Посланник Богини прямо к начальнику стражи. Если нам не будет оказано должное уважение, то мы не только не станем вам помогать, но еще накажем вас за несоблюдение этикета и элементарных правил вежливости. Вот так, например.
Найл развернулся, навел жнец на дом, который они выбрали с Дравигом, и нажал на спуск.
Слепящая голубая вспышка вырвалась из ствола и ударила в здание. Его тут же объяло ослепительное голубое пламя. В стене, на которую был направлен луч энергии, образовалась двадцатиметровая брешь, оказалась пробитой и противоположная стена, в результате чего за домом показался участок неба. Затем здание просело и стало быстро осыпаться.
Со всех сторон раздались вопли ужаса, издаваемые людьми, Найл также уловил ментальные волны страха, посылаемые местными пауками. И только прибывшие с ним восьмилапые и жуки оставались совершенно спокойны. Пожалуй, они впервые не боялись силы жнецов, а радовались, что это оружие сейчас работает на их стороне, показывая их мощь и преимущество перед местными.
Начальник стражи стоял, словно каменный истукан, и, не веря своим глазам, наблюдал за водопадом камней, летящих вниз. Он не мог отвести взгляда от синего пламени, в считанные минуты пожравшего то, что только что считалось многоэтажным домом. Даже до площади перед дворцом долетел запах горелой паучьей плоти – кто-то явно пострадал в огне. В городе начался переполох: ведь агония у местных пауков передавалась от одного к другому. Люди тоже спешили скрыться в домах, затем в панике снова выбегали на улицу, не зная, где им безопаснее находиться.
Собравшиеся на площади перед дворцом Правителя и на подступах к ней пауки и люди, попятились, в ужасе поглядывая на невозмутимых гостей.
Из состояния ступора начальника стражи вывела молодая паучья самка, внезапно возникшая из дверного проема. Он тут же склонился перед ней в нижайшем поклоне. Послав полный ненависти импульс в сторону Посланника Богини, самка обратилась к Дравигу:
– Наш Правитель примет и тебя, и тех, кто тебя сопровождает.
Не произнеся больше ни звука, она развернулась и скрылась во тьме дворца.
– Пошли, – сказал Найл. – Будешь указывать мне дорогу. Саворон, ты идешь с нами? Вайг, ты остаешься за старшего. Если что – сразу же дай мне знать. И без колебаний применяй жнец. Ты видишь, как магически он на них действует.
– Хорошо, брат, – ответил Вайг.
Первым во дворец зашел Дравиг, чтобы указывать Найлу путь. Как и обычно после яркого солнечного света человек не видел дороги во тьме.
– Великая Богиня Дельты, помоги мне! – послал мысленную просьбу Найл, переступая порог.
Последним шел Саворон, защищая своим мощным телом спину Найла. Начальник стражи и пауки-охранники остались снаружи. Куда успела скрыться молодая самка, Найл не представлял: он не слышал внутри никаких звуков. Но его разбирало любопытство: кто тут правит? Паучьи самки, скрывающиеся под именем Правителя? Или это все-таки один паук? Или паучиха?
Запутаться во дворце было невозможно: имелся лишь один коридор, правда, все время петлявший, но никаких ответвлений гости не заметили. В конце концов они вошли в огромный зал, погруженный во мрак. Тут, в отличие от главного зала дворца Смертоносца-Повелителя, не имелось вообще никаких окон, также отсутствовал и стеклянный купол в потолке. Кругом висели толстые тенета, в которых чувствовалось движение множества лап.
«Сколько их тут?» – пронеслась мысль в сознании Найла.
И в это мгновение он ощутил удар чужой воли. Тело застыло, словно его сковало льдом. Найл почувствовал, как в его душе нарастает гнев, даже гнев и негодование одновременно. Ах так? Какая-то восьмилапая тварь считает себя выше его, Человека? Она хочет его унизить, показывая свое превосходство? Посланник Богини напрягся изо всех сил – и внезапно, словно лопнувшая струна, воля Правителя (или всех пауков, собравшихся в зале) словно бумеранг, возвратилась назад, причем усиленная гневом и ненавистью Посланника Богини. Такого ответа местный Правитель никак не ожидал, но мириться с наглостью пришельца не собирался.
Правитель снова ударил по Посланнику Богини. Правда, на этот раз человек ожидал удара и приготовился его принять. Посланник Богини решил пока не доставать жнец и просто ударил своей волей. И в это мгновение к воле Найла подключились соратники: он почувствовал импульсы, полетевшие в завесу тенет от Дравига и Саворона, одновременно решивших действовать и поддержать Посланника Богини. Найл был им искренен благодарен.
Правитель же опять не ожидал, что и паук, и еще какое-то неведомое ему существо поддержат человека.
А эти трое теперь действовали в едином порыве, решив показать местным паукам, на что они способны. В их землях для пользы дела могут объединиться все – и люди, и пауки, и жуки. Вы этого не понимаете? Ну что ж – смотрите, что могут сделать общая сила и объединенная воля.
Посланник Богини знал на собственном опыте, что пока не сломлена воля, они несокрушимы: пусть против них выступят хоть все местные пауки одновременно. Жизненные силы Найла, Дравига и Саворона сплотились, затем произошел дополнительный взрыв гнева и презрения к местным паукам. А потом Найл почувствовал то, что чувствовал в тот день во дворце Смертоносца-Повелителя, когда он был признан Посланником Богини.
В нем проснулась еще одна сила – сила Великой Богини Дельты, подключившаяся к его собственной, и, как и тогда, он ощутил вначале свободу, потом восторг, затем мелькнула мысль, что Найл – это не Найл или не совсем Найл. А потом весь огромный зал залило светом – и Посланник Богини увидел тех, кто окружал его, пытаясь спрятаться в тенетах. Множество молодых самок метались по тенетам, кто-то уже забился в дальние углы, кто-то еще стремился их достичь. А свет становился все ярче, показались самые дальние укромные уголки. Тенета теперь стали почти прозрачными.
И тут Посланник Богини увидел местного Правителя. Он сидел в нише, выдолбленной в противоположной стене, как раз напротив того места, где остановились гости.
Правитель оказался крупным пауком (правда, мельче, чем начальник стражи и пауки-охранники), среднего возраста. Его тело было более ворсистым, чем тела других пауков, которых раньше видел Найл. Сложенные клыки превышали по размерам обычные, а брюшина оказалась меньше и более подтянута, чем у Дравига и его братьев. Правитель пытался закрыть оба ряда глаз сведенными лапами.
Свет не только пришелся ему не по нраву, он, пожалуй, приносил Правителю боль. Самки, разбежавшиеся по всем углам, тихонечко попискивали и тоже закрывали лапами глаза. На Дравига же и Саворона свечение в этот раз не действовало. Посланник вспомнил, как во дворце Смертоносца-Повелителя Дравиг трусливо пятился от света, потом лежал, подогнув лапы, оглушенный шоком. На этот раз Богиня милостиво отнеслась к старому пауку: он ведь выступил на стороне Найла. Дравиг, как почувствовал Посланник Богини, сам удивлялся своей неподверженности синему свету.