Страница 31 из 66
Вскоре туннель закончился и два разведчика оказались на небольшом плато, с которого открывался вид на цветущую долину. У Найла захватило дух от этой красоты – в человеческом понимании. Правда, ни Дравиг, через сознание которого Посланник Богини видел долину, ни молодой паук, передававший изображение начальнику паучьей охраны, не испытывали никаких восторженных эмоций. Они просто констатировали факт.
Но имелась одна проблема.
С плато не было спуска вниз. Оно обрывалось голой отвесной стеной, возвышаясь метрах в ста или чуть более над долиной. Обладатель черного панциря и восьмилапый взглянули вниз и заметили лишь небольшие углубления в камне. Никакой лестницы, никакого съезда, никакого приемлемого для отряда спуска…
Восьмилапые и жуки смогут пройти по отвесной стене вниз, но что делать людям? Может, кто-то и рискнет воспользоваться этими выступами, которые заметили разведчики, но весь отряд таким образом в долину не переправить. И что делать с повозками? Не бросать же их на плато?
Люди не могут остаться без припасов.
Дравиг, прочитав в мыслях Найла беспокойство, предложил вполне приемлемое решение: пауки выпустят тенета, которыми оплетут повозки, и таким образом спустят их вниз. Тенетами могут воспользоваться и люди.
– Но они же такие липкие! – воскликнул Найл. – Как мы потом отдерем их?
– Это уже другая проблема, – заметил Дравиг.
Посланник Богини медленно кивнул. Существовала только одна альтернатива: попытаться воспользоваться узкой тропой. Но куда она приведет в конце концов? И удастся ли протащить по ней повозки? Да и не потеряют ли они по пути кого-то еще?
Нет, все-таки придется выбрать туннель.
– Иди вперед, Дравиг, – попросил Найл. – Ты будешь указывать мне дорогу, как обычно делаешь во дворце Смертоносца-Повелителя. А я в свою очередь – предупреждать других людей о неровностях в полу.
– Хорошо, Посланник Богини.
Дравиг передал приказ молодому пауку: дожидаться их на плато. Зачем возвращаться? А отряд приготовился к продолжению путешествия. Первыми в туннель зашли жуки, затем туда шагнул Дравиг, рядом с которым пристроился Найл.
Вслед за Посланником Богини отправились его брат Вайг, юный Мирдо, Симеон и Баркун с Варкинсом, затем девушки-охранницы. Пауки замыкали шествие.
Но войти в туннель они не успели.
Как и во время нападения ос на паучий отряд, Найл резко ощутил приступ боли, отозвавшийся в сознании всех пауков. Посланнику Богини показалось даже, что идущий рядом с ним Дравиг резко вскрикнул – но это был мысленный крик, потом началась агония…
Посланник Богини резко обернулся на зияющий за спиной проем, от которого он сам уже удалился на приличное расстояние и не мог видеть, что происходит снаружи. Но Дравиг смотрел своим внутренним зрением – и перед Найлом тоже предстали картины, повергшие его в ужас.
В голову одного из молодых пауков – замыкавшего шествие – вонзилось остроконечное копье. Агония уже закончилось – он умер, не успев войти в туннель, и одиноко лежал на тропе, смочив ее своей кровью.
А остальные молодые пауки, развернувшись, бросились в бой. В эти минуты они взлетали по отвесным скалам и преследовали убегающую от них небольшую группу людей.
Эти люди отличались от тех, кто проживал в паучьем городе, и вообще всех тех, кого Найлу приходилось встречать за свою жизнь. «Какие-то карлики», – подумал он. Они были маленького роста, худые, с тонкими ручками и ножками, но с непропорционально большими головами. Правда, все они оказались удивительно верткими и ловкими, а также цепкими и сильными – и карабкались по почти отвесным скалам не хуже пауков. На вооружение у горных людей имелись длинные заостренные с двух сторон копья, одно из которых и воткнулось в голову паука, теперь мертвым лежащего у входа в туннель.
Пока Найл следил за разворачивающимся на горе действием, один из маленьких человечков вдруг резко остановился, развернулся, прицелился – и запустил копьем в паука, как раз вылезшего из-за валуна и готовящегося к прыжку, чтобы накрыть собой последнего из убегающих людей.
Неужели они смогли почувствовать, что смертоносец-преследователь готов совершить последний рывок и лишить жизни одного из человечков? Ведь раньше никто из них не останавливался. Люди просто убегали. А тут, как раз в нужный момент, в последнюю возможную для предотвращения прыжка секунду…
Копье достигло цели. И снова Найл уловил боль в сознании пауков. Боль, злоба, ненависть к людям – все они смешались в паучьих душах.
А второй молодой паук, голову которого пронзило острое копье, уже падал вниз, сорвавшись со скалы… По пути он сбил еще двоих, которые вслед за ним полетели в пропасть, излучая во все стороны волны ужаса. Потом Найл опять уловил боль… Но, по крайней мере, два сорвавшихся вслед за убитым пауком остались живы, хоть и приземлились неудачно, сломав лапы. Беспокоиться о них Посланнику Богини в эти минуты было некогда.
Он последовал за Дравигом, вылетевшим из туннеля на солнечный свет. Посланник Богини поднял голову вверх, на скалу. Отсюда он мог наблюдать лишь последних пауков, взбирающихся вверх, маленькие человечки уже скрылись из виду.
Дравиг же, поддерживавший ментальный контакт со своими братьями, мысленно передавал Посланнику Богини, что происходит наверху.
Пауки несколько замешкались, потеряв еще трех своих, а человечки тем временем скрылись за каким-то выступом. Когда восьмилапые, наконец, смогли туда добраться, то увидели зияющую черную щель – слишком узкую, чтобы в нее смог протиснуться смертоносец, как, впрочем и человек с телосложением Найла. По всей вероятности, отряд маленьких людей заскочил туда, причем не потеряв в схватке с пауками ни одного своего члена ни убитыми, ни ранеными.
Восьмилапые немного покружили по горам, но так и не смогли отыскать маленьких человечков и больше не улавливали импульсов страха. Или испугался лишь их разведчик?
Вообще-то люди оказались смельчаками, считал Найл. Находясь в меньшинстве, они атаковали большой отряд. Правда, выбрали удачный момент: когда практически все участники путешествия скрылись в туннеле.
Но эти маленькие люди явно ненавидят пауков. Или в горах происходит то же, что помнил Найл из своего детства: пауки приходят в эти места лишь за добычей и или съедают, или порабощают людей, которые не хотят ни служить пищей восьмилапым, ни попадать в неволю, а поэтому борются за свое место под солнцем доступными им средствами. Посланник Богини восхищался своими сородичами – конечно, предварительно зашторив сознание, чтобы пауки ни в коем случае не прочитали его мыслей. Но как бы Найлу хотелось познакомиться с этими маленькими человечками поближе…
Правда, скорее всего, во время этого путешествия знакомство не состоится. И вообще что они могли подумать о людях, путешествующих вместе с восьмилапыми? Что эти люди – рабы? А вдруг маленькие человечки хотели помочь своим собратьям освободиться? Или для них было просто важно убить хотя бы одного паука?
Восьмилапые тем временем возвращались назад, к входу в туннель.
Они буквально кипели ненавистью к людям, причем ко всем, включая и тех, кто вместе с ними составлял отряд.
Дравиг, понимая, что Посланник Богини умеет читать мысли, напомнил младшим паукам о том, что не все люди одинаковые. Те были вынуждены согласиться, но прощать смерть своих собратьев не собирались.
И им еще требовалось помочь двум свои товарищам, так и сидевшим пока внизу, на самом дне обрыва.
Вместе с Дравигом Найл подошел к краю обрыва и глянул вниз. Начальник паучьей охраны ментально связался с ранеными и выяснил, что у одного из них сломаны две лапы, у второго – одна. Им крупно повезло, острые камни закончились и они упали на относительно плоские, но все равно не избежали переломов.
Дравиг подозвал к себе спустившихся с вершин пауков и они все вместе стали плести тенета, чтобы поднять на них своих собратьев, которые теперь были не в силах взбежать по отвесной каменной стене. Лекарь Симеон готовился оказывать первую помощь.