Страница 26 из 66
Он хотел дойти до маячившего впереди огромного валуна, освещаемого звездами. Что находится за ним отсюда было не видно. Вот когда они доберутся до него, осмотрят… Тогда Посланник Богини и решит, что делать дальше.
Наконец они достигли этого громадного камня. И пауки, и жуки, и люди с благоговейными трепетом оглядели его. Он оказался ровным и гладким. Откуда этот исполин взялся на берегу реки?
– Ты не чувствуешь никакой опасности? – обратился Найл к Дравигу.
– Нет, Посланник Богини. По-моему, камень мертв.
Точно также показалось и Найлу: он не смог вжиться в сознание исполина – оно просто отсутствовало.
Обогнув камень, Посланник издал вздох облегчения: за ним начинался пологий спуск с высокого берега. Еще чуть-чуть – и они окажутся на ровной поверхности, о которой так мечтал повелитель города. Впереди – идеальное место для привала. А завтра они отсюда смогут начать переправу.
После сытного ужина, приготовленного из подстреленной Вайгом и Мирдо дичи, Найл тут же заснул. Старший брат с Мирдо сказали Посланнику Богини, что сегодня разделят его дежурство между собой – он очень устал, дважды ходил на разведку к реке и вообще начальнику отряда надо отдохнуть. Найл был им благодарен. Он в самом деле вымотался за последние дни, в особенности за сегодняшний. У него не осталось сил даже на Мину, но она, как он видел, поняла это, хотя он и успел прочитать в ее глазах легкую грусть.
На следующее утро, как только начало светать, гужевые принялись за работу. Застучали молотки – и вскоре все повозки стали широкими плотами.
Найл с товарищами срубили в лесу нужное количество деревьев, чтобы использовать их как шесты для отталкивания ото дна во время переправы.
Посланник Богини собирался сам перевозить Дравига и Саворона.
Найл знал, что Дравиг скорее всего доверит себя ему, хотя все равно будет испытывать беспокойство. Паук уже начал беспокоиться – как и все его собратья. Вода вызывала у них панический ужас.
Но для начала Посланник Богини решил переправить на ту сторону вещи. Пусть восьмилапые посмотрят, что ничего страшного в этой процедуре нет – тем более река не так широка, как море, и другой ее берег прекрасно виден. О том, чтобы искать мост, отмеченный на карте Стиига, теперь не шло и речи – отряд и так потерял много времени.
Переправа прошла легко и быстро. Вместе с ними на другую сторону перебрались девушки и часть гужевых. Гужевые, конечно, были задействованы в переправе плотов и легко орудовали шестами, так что они тоже поучаствуют в перевозке жуков и пауков.
Спрыгнув на берег с плота после того, как он уже один раз сплавал на другой берег, Найл подошел к Дравигу.
– Забирайся. Ты же видишь, что тут нет ничего страшного?
Другие пауки тем временем с опаской подходили к свободным плотам. На каждом из них помешалось по одному восьмилапому.
Дравиг, боясь намочить лапы, осторожно приблизился к деревянному плавсредству, которым ему предстояло воспользоваться, бросил взгляд на другой берег, с которого уже слышался женский смех.
– Все будет в порядке, – подбодрил Найл. – Ты мне веришь?
– Я верю тебе, Посланник Богини, но ты же знаешь, что мы не приспособлены к жизни на воде.
– Если не садишься ты, то сяду я, – послышался сзади голос Саворона, дожидавшегося своей очереди.
Дравиг, желавший любым способом оттянуть переправу, с радостью уступил свою очередь старшему в отряде среди жуков. Найлу было все равно, кого везти, да ему и порядком надело нянчиться с Дравигом. И чего тут бояться?
– Ну, поплыли? – спросил Найл Саворона. Жук, поджавший под себя лапы, кивнул. Он тоже немного опасался – но не в такой степени, как Дравиг.
Саворон также намеревался своим примером показать другим жукам, что в переправе нет ничего страшного, и ему, конечно, хотелось продемонстрировать паукам превосходство жуков над ними. Мол, смотрите: мы воды нисколько не боимся!
Вскоре плот, которым управлял Найл, оказался на другом берегу.
Саворон гордо сошел на берег, отряхнулся и с довольным видом глянул на противоположную сторону реки, где с беспокойством вышагивал Дравиг.
Правда, несколько пауков уже переправились – и на подрагивающих лапах сходили с плотов. Назад на воду они даже не оглядывались. Найл снова взялся за шест и отправился в очередной путь через реку. Уперев плот в песок, он соскочил на берег и вопросительно посмотрел на Дравига.
– Сажусь, сажусь, – произнес паук и сделал шаг в сторону плота.
В это мгновение его обуяла паника. Найл тут же почувствовал всплеск ужаса в душе паука, потом заметил, что тот смотрит на середину реки. А там уже раздавался душераздирающий крик – человеческий, за которым последовал еще один крик, отдавшийся в сознании Найла – паучий.
Посланник Богини резко обернулся и увидел, что один из плотов плавает вверх дном, паука, переправляемого на нем, не видно, а гужевой судорожно барахтается в воде – но какая-то сила тянет его вниз. Потом человек издал еще один вопль, от которого у Найла чуть не лопнули барабанные перепонки и кровь застыла в жилах. С берега Посланник Богини заметил, что глаза несчастного исказил ужас – и его голова исчезла под поверхностью, а вода в том месте, где человек только что барахтался, окрасилась кровью.
Дравиг в панике носился по берегу, как и другие не успевшие переправиться пауки. На той стороне реки с пауками происходило тоже самое. Все плоты уже причалили в берегу – или одному, или другому. Люди столпились у кромки воды и беспокойно галдели. Жуки тоже сгрудились и не понимали, что произошло.
Найл попытался вклиниться в сознание Дравига, заполненное диким страхом. Но теперь к страху воды подключился еще один. Только что погиб один из собратьев Дравига (а что паук мертв, было ясно всем) – после атаки неизвестного подводного существа. Что станется с остальными восьмилапыми? Как им перебраться на тот берег?
Найл всеми силами старался успокоить начальника паучьей охраны, как и других восьмилапых, но у него ничего не получалось. К Найлу подошел Вайг, оказавшийся на том же берегу, что и младший брат, и спросил:
– И как же ты думаешь переправляться теперь?
– Как и раньше, – ответил Посланник Богини. Только я предлагаю нам двоим занять один плот. Один станет отталкиваться ото дна шестом, а другой держать наготове жнец. Он же у тебя за поясом? Нужно быть готовыми к очередной атаке.
Вайг кивнул.
Найл мысленно обратился к Дравигу, рассказывая о своем плане переправы. Но пауки были не готовы рисковать еще одним своим братом.
– Мы пойдем искать мост, – говорил Найлу Дравиг.
– Погоди. Может, мне удастся прикончить эту речную тварь.
– Нет, нет, Посланник Богини. Мы все-таки поищем мост, мы сможем вас догнать потом, ты же знаешь, как быстро мы умеем передвигаться. А запасы пищи в наших желудках мы быстро восполним. Ты же видишь, сколько дичи живет в этих лесах.
Тем временем к Найлу подошел один из жуков, также пока остававшихся на берегу, с которого шла переправа. Я верю тебе, Посланник Богини, – заявил жук, забираясь на плот. Перевези меня на тот берег.
Найл почувствовал, что жук, хоть и боится, но не может, как и Саворон, не показать свое превосходство над Дравигом. Пусть тот и считается мудрым, уважаемым пауком, вторым пауком в городе, но простой, очень молодой жук все равно – более достойный, чем он, представитель насекомых.
Посланник Богини вместе с братом взошли на плот вслед за жуком, Найл бросил еще один взгляд на Дравига, застывшего на берегу, – и братья вместе с обладателем черного блестящего панциря тронулись в путь.
Найл быстро отталкивался ото дна шестом, Вайг сжимал в руке жнец, готовый в любой момент полоснуть им по неведомой речной твари. За продвижением плота следили с двух сторон реки. Смех больше не звучал, никто вообще не произносил и не издавал никаких звуков. Все напряженно ждали, чем закончится переправа. Другие плоты остались прибитыми к берегам.