Страница 17 из 61
— Позволь мне. Я умею это лучше.
— Попробуй, — усмехнулся Конан.
Маленькими нежными пальчиками ведьмочка прикоснулась к шее воина. Сначала плавно, едва касаясь, она начала разминать затекшие мышцы. Постепенно ее движения становились более жесткими и быстрыми. Растирания, пощипывания, легкие удары по коже сделали свое дело. Приятная теплота разлилась по телу.
Массаж занял менее двух квадрансов, и киммериец почувствовал себя гораздо лучше. Расправив плечи, наемник одобрительно заметил:
— У тебя, оказывается, сильные руки. Где ты овладела этим искусством?
— В Султанапуре, в гостинице одного кхитайца. Он был хорошим человеком, приютил меня, научил многому…
— И что же с ним случилось? — спросил северянин.
— Его убили, — с горечью в голосе ответила Селена. — Владелец соседней таверны из зависти и жадности написал на старика донос. Он утверждал, что Зен Хо хочет убить правителя. Мерзавец поклялся даже Эрликом. В гостиницу ворвались стражники. Один из них ударил моего господина копьем. Старик упал и ударился головой об угол лестницы…
Воцарилась тишина. Рассказ заставил девушку вспомнить эту печальную историю. Ее настроение ухудшилось. Малышка украдкой смахнула набежавшую слезу.
— И ты покинула Туран, — догадался Конан.
— Да, — Селена кивнула головой. — Правда, не сразу. Гостиницу кхитайца вскоре купил подлый клеветник. Я не могла его простить.
— Неужели ты заколола его? — удивился северянин.
— Нет, — красотка грустно улыбнулась. Так поступают мужчины. Женщины чаще всего действует иначе. Как я уже сказала, Зен Хо научил меня многому. В один прекрасный вечер туранец выпил бокал вина и… не проснулся. Той же ночью на пост стражников напали грабители. Все трое солдат были убиты.
— Как же ты рассчиталась с разбойниками?
— Золотом доносчика, — злорадно усмехнулась девушка.
В пламени костра ее глаза сверкали, как змеиные жала. Малышка была способна на отчаянные поступки. Обиды она не прощала.
Вряд ли Селену интересовало богатство. Со своими возможностями красотка давно могла получить и положение, и роскошные наряды, и любые драгоценности, на которые так падки обычные женщины. Но девушка искала нечто большее.
Киммериец с интересом посмотрел на спутницу. На ее долю выпала нелегкая судьба. А теперь еще и демоны… Как же она выдержит все это? Сильным мужчинам и то трудновато приходится.
Валер подбросил несколько сучьев в огонь. Сырые ветки затрещали и задымили. Вскоре закончили работу Зебах и Нахор. Шкуру оленихи растянули под навесом.
Путешественники сняли вертел, поделили жареные тушки и принялись за еду. Мясо было мягким, сочным и невероятно вкусным, особенно если учесть, что люди обходились без пищи весь день.
Усталость давала о себе знать, и вскоре воинов потянуло в сон. Как обычно, первым дежурил Конан. Дождь немного стих. Чтобы не терять понапрасну время, северянин разрубил тушу оленя на куски, нарезал мясо на толстые ломти и начал их коптить над углями. Так оно сохранится гораздо дольше.
Киммериец так увлекся, что чуть не забыл разбудить Зебаха. Протерев глаза и немного побродив, шемит продолжил заготовку продовольствия. Кто знает, где и когда они найдут замок чудовища…
Утро следующего дня выдалось неплохим. Тучи стали гораздо тоньше, и вскоре сквозь серую пелену на горизонте показалось светлое око Митры.
Воины быстро позавтракали, собрали вещи, погрузили их на лошадь и двинулись в дальнейший путь. Сколько им еще идти до следующей деревни туногов, никто не знал, а спросить у райдов Конан не догадался.
Шли быстро, стараясь преодолеть максимально возможное расстояние. Учитывая, что количество поклажи увеличилось, Селена уже не садилась на кобылу. Схватившись за край попоны, девушка почти бежала.
К середине дня небо вновь затянулось серыми тучами. Вокруг все потемнело. Однако погода была не самой большой проблемой. Куда хуже оказалось то, что начался продолжительный, утомительный подъем. Ступню постоянно приходилось ставить под наклоном, и ноги быстро уставали.
Киммериец был вынужден сделать привал на два часа раньше. Опустившись на колени, Валер, тяжело дыша, сказал:
— Конан, надо снизить темп. Иначе не дойдем до гор.
— Мы уже у них, — проговорил северянин, разжигая костер. — Двадцать лиг назад дорога свернула на северо-запад. Отряд приближается к Иглофийским горам. Думаю, деревня туногов находится у их подножья. Это перекресток путей из Киммерии в Ванахейм и Асгард. Дня через два покажутся заснеженные вершины;
— Но зачем нам туноги? — спросила Селена.
— Без помощи местных жителей не обойтись, — вымолвил наемник. — Тропы очень узкие и опасные. Добраться до ваниров можно только с надежным проводником. И не забывайте — наверху очень холодно. С нашей одеждой, там делать нечего.
Шемиты встревожено переглянулись. Сильный мороз их пугал. Ни Зебах, ни Нахор снега не видели. О нем в южных странах говорили с ужасом и содроганием.
Воины неторопливо готовились к очередному ночлегу. День выдался тяжелым. Даже лошадь, после того как ее стреножили, не отходила от лагеря, лениво пережевывая мокрую траву.
… В своих прогнозах киммериец несколько ошибся. Наемники увидели отроги Иглофийских гор уже к полудню шестых суток путешествия.
Невольно группа остановилась. Люди, словно зачарованные, смотрели на хребты и вершины, возвышающиеся над деревьями. Облака были так низко, что порой скрывали остроконечные пики. Серая дымка тумана размывала очертания, не давая разглядеть горы в подробностях.
— Красота! — выдохнула девушка.
— Я посмотрю, что ты скажешь, когда будешь по ним карабкаться, — скептически заметил северянин. — Здесь хороших дорог нет.
Отдохнув немного, воины продолжили путь. Дорога выровнялась, и идти стало чуть легче. Вскоре Валер обратил внимание, что трава кое-где примята. Значит, люди где-то близко. На всякий случай путешественники проверили оружие. Даже Селена взялась за лук. Теперь над ней уже никто не решался подтрунивать. Не исключено, что оружием красотка владеет так же умело, как и волшебством.
— Чую запах дыма, — громко произнес Нахор.
Конан ничего не чувствовал, но был уверен, что шемит не ошибается. Телохранитель Андурана говорил крайне редко и всегда по существу. Лес оборвался неожиданно. Перед людьми предстала великолепная картина. На переднем плане вырисовывались идеально ровные поля, кое-где колосился ячмень, чуть дальше виднелись разбросанные домики, — и все это на фоне величественных сине-белых гор.
Теперь деревья обзор не закрывали. Локтях в пятистах находилась высокая деревянная вышка. На ней только что вспыхнул яркий огонь.
— Вот и деревня туногов, — объявил Конан.
Глава четвертая
Воины неторопливо направились к домам. Вокруг не было ни души, а ведь до наступления темноты оставалось еще несколько часов. Обычно местные жители время в короткое теплое лето используют очень бережно. Стада домашних животных пасутся до заката, а порой и остаются на ночь в поле. Что уж говорить о заготовке сена. Его сушат до выпадения вечернего тумана. Особенно в такие дни — без дождя.
Между тем с вышки спустился человек и бросился бежать к деревне. Такое поведение настораживало.
— Что-то не видно радушия со стороны хозяев, — заметил Зебах.
— Скорее всего, нас опять приняли за врагов, — вымолвил северянин. — Бодран предупреждал, что в Киммерии сейчас неспокойно. Ваниры частенько нападают на приграничные селения. Мы с ними давние враги. Бьемся насмерть.
— Но ведь на райдов напали асиры, — вставил Валер.
— Да, — Конан кивнул головой. — Но это совсем другое дело. Похищения, воровство, драки… Стычки с жителями Асгарда скорее развлечение, чем война. Раненых бывает много, погибают же единицы. Мы чем-то близки друг другу. Ванахейм — реальный противник. Никакой жалости, сострадания, пощады. Женщины и дети увозятся в рабство, деревня сжигается дотла.