Страница 33 из 88
— Кто — «мы»?
— Ну, я и другие пленники. Точнее, пленницы — тоже девчонки молодые. А всего нас там восемь человек было.
Подвал, или «Инкубатор», принадлежал супружеской чете Горских. «Слоны», как мы их называли. Несколько лет назад они купили загородный особняк за высокими стенами и устроили там хоть и небольшую, зато самую настоящую тюрьму.
— Ничего не понимаю. Зачем?
— Зачем… Это уже не ко мне, а к судебному психиатру… «Слоны» были немолодые: Владлену — под пятьдесят, а его жене Александре — «Берте» — почти сорок.
Владлен являлся классическим сумасшедшим — он верил в то, что занимается наукой. Какой — непонятно, но считалось, что чем-то вроде прикладной психологии. Он говорил, что изучает «поведение слабых особей под воздействием факторов стресса», и постоянно выдумал всё новые «эксперименты», ориентируясь на «психо-опыты» нацистов и забавы средневековой инквизиции.
Мне ещё повезло — если в этой ситуации вообще можно так говорить — ведь моё пребывание в «Инкубаторе» продлилось всего около трех недель, и я почти не соприкоснулась с самим «гением» и с его «экспериментами»… Зато близко познакомилась с его женой, а ещё — с Васей-Людоедом.
— А это кто?
— Любовник Берты. Владлен часто уезжал — или, может быть, даже не уезжал, а просто терял связь с миром — и в подвале появлялись Берта и Вася-Людоед. Эти двое оказались гораздо большими психами, чем сам хозяин дома.
— Они…
— Знаешь, вряд ли стоит сейчас рассказывать, что там творилось. Скажу только, что они никого не убивали, да и не били особо. Но от «тяги к экстриму» я излечилась в первый же день…
Вася работал в милиции — он даже в «Инкубатор» приходил в форме. Ему явно не хватало той власти, которой он обладал на службе, поэтому все свои фантазии Людоед успешно воплощал в подвале.
Он был необычайно уродлив — я имею в виду его лицо, какая-то жуткая смесь обезьяны и «маски дауна», непонятно, как его вообще в милицию взяли…
— А женщина?
— Берта была ещё большим чудовищем, хотя в отличие от Васи она выглядела довольно привлекательно: высокая, стройная, знаешь, похожая на немку из старинных фильмов о «третьем рейхе». Я до сих пор помню её руки — грубые и сильные, как у спортсменки…
Днем мы сидели на привязи — каждый в своей бетонной келье, а ближе к вечеру появлялись эти двое — «суперэлита», как они себя называли, и начиналось наше «воспитание»…
И вот как-то в один из дней, на исходе третьей недели моего пребывания в «инкубаторе», произошло странное событие.
В подвал никто не пришел.
Наступил вечер, затем ночь. На следующий день тоже никто не появился.
Стало по-настоящему страшно. В камерах не было ни воды, ни пищи, ведь обычно еду и пластиковые бутылки с водой приносила нам Берта.
Целые сутки мы провели, переговариваясь друг с другом через зловонные отверстия в трубе, пытаясь угадать, что же произошло наверху и что теперь ожидает нас, брошенных в этих бетонных гробах глубоко под землей.
На третий день погас свет. Стало очевидно, что либо Слоны оставили нас умирать заживо, либо с ними самими случилось что-то серьезное. Многие плакали, кто-то всё же надеялся, что это — очередное издевательство Берты. Я просто лежала на своем матрасе и старалась ни о чем не думать…
Поезд уже давно набрал скорость. Снаружи окончательно стемнело, и лишь изредка мелькавшие за окном огни напоминали о существующей где-то цивилизации.
— У одной из девушек, её звали Карина, были очень состоятельные родители, — продолжала Лера. — После её исчезновения они обратились к службе безопасности одной из структур, тесно сотрудничающей с «топорами».
Диму нашли, сначала определив его местонахождение через сеть, а затем заманили на встречу, где и задержали.
Дима не колебался ни секунды. Уже не ради того, чтобы остаться в живых, а в надежде хотя бы на легкую смерть, он немедленно рассказал всё, что знал о своих «покупателях». Хотя знал он не много.
Его заставили позвонить Берте и предложить очередной «товар». Та сначала отказывалась, говоря, что «лишний материал и так девать некуда», но потом, в конце концов, согласилась.
В условленном месте автомобиль Берты и Владлена ожидали поисковики и группа захвата, но оказалось, что семейку подстраховывал Вася-Людоед на служебном «форде». Поняв, что они в ловушке, Вася, недолго думая, застрелил своих друзей и попытался оторваться от погони в одиночку. Бойцы спецназа убили его при задержании.
— Да уж, не чисто сработали…
— Угу. Именно поэтому нас так долго и искали. Разумеется, адрес особняка Слонов члены поисковой группы установили ещё в момент приближения автомобиля Берты — отсканировали номер машины и получили всю информацию о собственности владельца. Но, приехав на место, они обыскали весь дом и никого не нашли.
— Не нашли подвал?
— Подвал оказался обычным тренажерным залом с небольшой комнатой для бильярда. Поисковики два дня прозванивали пол и стены своими приборами, но так ничего и не обнаружили. На третий день они снова взялись за Диму.
Судя по всему, от страха и пыток он тронулся умом. Позже, когда я встречала его на очных ставках в следственном комитете, он всхлипывал не переставая. Один из оперативников рассказал мне, что в тюремной больнице Диму кастрировали, якобы «из-за внезапно начавшейся опухоли»…
Впрочем, сейчас это неважно. Важно, что сыщикам всё-таки удалось вытащить из него нужную информацию. На одном из допросов, которые велись практически беспрерывно, Дима вспомнил, как Владлен как-то упомянул в разговоре о своем брате. «Братец, к примеру, считает меня психопатом…»
Уже через минуту стало известно, что Виктор Горский является владельцем коттеджа, расположенного по соседству с особняком Слонов. Именно там, в купленном на имя брата доме, Владлен и разместил свою «тюрьму», и именно там нас обнаружила поисковая группа. На исходе пятого дня, когда мы уже ни на что не надеялись…
— М-да. Веселая история… По идее, вас должны были направить в «Белый круг», как лиц, пострадавших от действий маньяка.
— Месяц на подушках лежать, слушать, как птички поют?
— А, собственно, чем плохо-то? Море, солнце…
— Ну, уж нет. От «Круга» я отказалась, хотя и попадала под действие программы. Мне вполне хватило компенсации — почти два миллиона евро по тогдашнему курсу.
— Не так уж и много.
— Достаточно, чтобы выехать «по зеленой карте» во Франкфурт и снять там квартиру на полгода вперед.
— Это было твоей реакцией на случившееся?
— Наверное. Во время следствия нам показывали множество фотографий: застреленные «Слоны», васин «форд», изрешеченный пулями, сам Вася, лежащий на асфальте в луже крови… А потом, когда я выходила на улицу, мне казалось, что из любой милицейской машины вот-вот выскочит Людоед. Хотелось спрятаться.
— Неужели переезд в ЕС избавил тебя от страхов? От себя-то не убежишь.
— Не убежишь, конечно, но всё-таки… Маньяков в Европе практически нет: суд шариата — серьезная штука, и заживо гнить в зиндане никто не хочет. А, кроме того, полиция Единой не ездит на «фордах»…
— Ужинать будете? — в дверях вновь возник проводник. — Курочка гриль, уха, креветки по-тайски. Коньяк, вино, шампанское…
— А водка по-тайски есть? — засмеялся Игорь. — Бутылка, две рюмки и девушка вместо столика… Хорошо. Блины с мясом остались?
— «Дворянские» только. С сёмгой. Отлично идут под водку, рекомендую…
— Тогда — блины, салат «Северный» и термос с чаем. Долго ещё до Братска?
— Думаю, часов восемь. Если без происшествий.
— Понятно. Спасибо… А кстати, каких ещё происшествий?
— Салат сейчас принесу, а блины придется чуть-чуть подождать. Не более пяти минут.
Отступив назад, в полумрак коридора, проводник отвернулся и торопливо захлопнул за собой дверь.