Сборник рассказов

— Стоять, коза рогатая! — Выскочил волк из кустов. — Ага, страшно?! Саечку за испуг. Слышь, Машка, выручай. Займи червонец до получки.

Коза попыталась сконструировать из копытца фигу, не получилось, тогда она плюнула на приличия и показала волку половину передней ноги.

— Вот тебе, а не червонец. Откуда у тебя, у тунеядца, получка?

— А ты меня на работу возьми, будет и получка.

— От тебя толку, как от козла молока. Ты ж ничего не умеешь.

— А вот тут ты не права. Я все могу. Хоть волком сторожевым, хоть детишкам твоим воспитателем. Буду их языкам импортным обучать и восточным единоборствам.

— Прочь с дороги! И держись от моего дома подальше, козел!

Услышав в свой адрес во второй раз «козел», волк сначала было решил, что жизнь налаживается, и Машка уже принимает его за своего. Но по направленным в живот рогам догадался, что сей эпитет был употреблен не с целью сблизиться, а сугубо в оскорбительном своем значении. Он шмыгнул обратно в кусты. А когда коза скрылась из вида, решительно направился к ее дому. Справедливо решив, что козлятушки ничего не знают о том, что ему отказано в просьбе насчет трудоустройства. Постучал.

— Кто?

— Волк в пальто! Ну-ка быстро открывать, буду памперсы менять!

— Я как раз от нее. Она попросила меня присмотреть за вами в ее отсутствие.

— Не верим. Она бы нас предупредила.

— Забыла, наверное. Склероз. А что вы хотите от старой глупой козы?

Дверь распахнулась. Волк обомлел. Прошло всего-то ничего, пару лет, а козлятушки превратились в здоровущих козлов. Ощетинившись рогами, они двинулись на волка.

— Ребята, я пиво не варю, вот, посмотрите (показывает зад), видите, ни одной скамейки не прилипло. Так что знак свыше мне непотребен.

Козлятушки продолжали молча надвигаться. Вспомнив поговорку: «Семеро одного убьют», Серый крикнул: «Козлы вилкопоповические!» и бросился бежать.

И правда бы кранты. Спас малинник. Козлы не решились последовать туда за волком. Он и сам всегда обходил это место стороной. Потому как там собирался весь цвет криминала. Волк надеялся, что минует малинник незамеченным. Куда там! Выскочил на поляну, и попал прямо на сходку авторитетов.

— Какие волки и без охраны! Каким ветром тебя к нам занесло?

А волк все еще не мог отдышаться от погони и с трудом вымолвил:

— Козлы позорные…

Конечно, он хотел сказать, что его не ветром занесло, а козлы загнали. Но собравшиеся на поляне восприняли реплику в свой адрес. А урки во все времена считали сей эпитет самым оскорбительным.

Волк понял, что мирным путем утрясти конфликт не получится, и если разбойники достанут его, то отвечать все равно придется. А чтобы было не так обидно, он решил, что если уж придется отвечать, то пусть будет за что.

— Ага. Вы все тоже козлы, причем, в натуре. И еще эти, самцы куриные, в смысле, петухи. И, вообще, ваше место у Прасковьи, то бишь у параши.

Выдав эту тираду, волк вновь бросился бежать. Ошарашенные от столь неописуемой наглости бандиты подобрали отвисшие челюсти и ринулись в погоню. Что-то подсказывало волку, что сегодня не его день.

Копыт не было, и поэтому преследователи быстро сокращали расстояние и уже готовы были схватить беглеца. И непременно схватили бы, если б не Иван-царевич, находящийся при исполнении. За него-то и спрятался волк. А вступать в открытую борьбу с представителем власти разбойники не решились и ретировались.

— Спас ты меня, Иван-царевич. Спасибо.

— Да, чего уж там. Спасибом не отделаешься. Штука баксов с тебя. А чтобы в дальнейшем не было подобных эксцессов, беру тебя под свою крышу. Полторы штуки в месяц, зато можешь творить все, что хочешь.

— Так ведь нет у меня ни баксов, ни других каких денег.

Серый хотел для убедительности вывернуть карманы, но вовремя вспомнил, что в волчьей шкуре они не предусмотрены.

— Это уже твоя проблема. Счетчик включен, время пошло.

Иван-царевич поправил фуражку, сел на моциклет с мигалкой и укатил.

Совсем испортилось настроение у волка. Опять появились суицидные мысли. Но тут в его поле зрения попал трехэтажный кирпичный особняк трех поросят.

— Олигарха мать! Приподнялись свинтусы.

Напевая:

Он пинком постучал в дверь. А когда та открылась, серый решил, что больше никогда не пойдет по старым адресам. Свинтусы не только приподнялись в материальном смысле, но и подросли. И еще стало жутко обидно. Хищник ведь он, а у открывшего дверь огромнейшего кабана клыки были раз в пять больше волчьих зубов.

— Чего надо, облезлый? Извиняться пришел?

— Я это, того, по-соседски, за солью.

— И зачем тебе соль?

От страха волк очень туго соображал, но отвечать что-то надо было, и он ляпнул первое, что пришло в голову:

— Сало посолить.

А когда ляпнул, тут же понял, что лучше бы промолчал. Попытался перевести все в шутку: