Страница 16 из 96
Заставить себя обыскать скелет Олег неожиданно не смог. Все, на что его хватило, — снять с кителя (морщась и отворачиваясь) широкий офицерский ремень с большой кобурой. Ремень прошел в петли джинсов почти идеально, и Олег, уложив наган в кобуру, на миг даже забыл о своих неприятностях — какой мальчишка не мечтает покрасоваться вот так с оружием на бедре?! Он даже попытался несколько раз быстро выхватить наган из кобуры, но очень быстро понял, что армейская кобура — не ковбойская. Крышка мешала.
Олег постоял еще в нерешительности около скелета, но так и не смог заставить себя слазить в карманы кителя и галифе, хотя и сознавал, что там могут оказаться полезные вещи. А потом вдруг подумал, что сидящий в этом кресле знал когда-то его деда. Наверняка знал… Почему он застрелился? Может быть, странные враги, которые летают на вельботах, окружили это здание? Нет, вряд ли — они бы не оставили целыми машины — Олег помнил, как они говорили о том, что уничтожают их… Скорее всего, этот человек просто перестал верить, что можно победить.
— Я дойду! — вслух громко сказал Олег. Подошел к дверям и, обернувшись в пустое помещение со странной машиной, фашистским плакатом на стене и скелетом советского офицера в кресле, добавил: — И вернусь. Обязательно.
Потом Олег с усилием закрыл за собой дверь — так, чтобы щелкнул фиксатор, сделал глубокий вдох и решительно зашагал в лес. По прямой от двери.
По опыту походов Олег знал, как трудно ходить по лесу без тропинок. Этот лес не обманул худших ожиданий мальчишки — приходилось то перешагивать через валежины, то подлезать под рухнувшие деревья, покрытые бородой мха. В конце концов Олег оказался на небольшой лужайке и решил отдохнуть — благо, по ощущению, отшагал часа три, не меньше.
Обстановка располагала к отдыху. Было жарко, душно и дремотно. Солнце скрылось за вершинами могучих деревьев. Сухо, одуряюще пахла трава на поляне, где-то в кронах шумел легкий ветерок. Олег стащил с себя мокрую от пота рубашку и плюхнулся в траву у корней огромного, непредставимо толстого и кряжистого дуба. Мальчишка был в мыле и какое-то время наслаждался прохладой, но на потное тело стала собираться какая-то мелкая гнусь — бескрылая, но кусачая, она несчетно обитала в траве вокруг.
— Говно с крылышками. — Олег несколько раз хлопнул себя по плечам и вынужден был снова влезть в рубашку.
Проведенная тут же инвентаризация карманов ничего не дала. Кроме револьвера, патронов и пульта не было ни фига. Даже часов. Не надел, отправляясь на рыбалку. Так…
Несмотря на укусы, Олег было задремал — ноги гудели… но его разбудил словно бы внутренний толчок. Олег очнулся с тревожной мыслью — куда же ему идти? Лес, глушь. Ни признаков жилья, ни хотя бы свидетельств о том, что тут вообще есть люди. А между тем никто не стал бы ставить переходник — так для себя Олег обозначил арку с прибамбасами — в глуши. Ей же пользоваться надо! Значит, где-то поблизости должна быть цивилизация. Или ее остатки.
Олег решительно поднялся. Дуб — дерево не из высоких… но с другой стороны, тут кругом почти что одни дубы. Можно взобраться и посмотреть. Вот еще странность — почему тут вся флора — земная?
Первая попытка влезать на дуб окончилась печально. Подошвы соскользнули, и Олег треснулся о ствол дерева животом и местом, наиболее болезненным для любого мальчика или мужчины. В довершение всего он грохнулся на задницу.
— Ууууйй… — вырвалось у него. Неизвестно, что болело больше — копчик или… хм, промежность. Перетерпев боль, Олег с хмурой решимостью начал разуваться.
Босиком дело пошло на лад — он смог добраться до того места, откуда землю было видно уже плохо, а ветки истончались. Тут его ждало разочарование — дуб и в самом деле оказался мелковат, хоть и могуч. Все, что он смог увидеть, был лес во все стороны. Без малейших признаков человеческого жилья. Лишь на севере (если принять за исходные данные, что солнце уходит на запад) вроде бы начинались горы, и местность в ту сторону повышалась…
…Обуваясь, Олег размышлял, куда ему стоит идти. Он находился в положении инопланетянина, оказавшегося на Земле, которому показали клочок местности и предложили найти лучший путь домой. Выбирай, дорогой, что перед тобой — Альпы или Алтай. И не забывай, что это могут быть Аппалачи… Да. Влип.
И все-таки надо было решать, куда идти. Ной не ной, плачь не плачь.
На севере лес кончается, так, может быть, туда и следует двигать? Может, там живут люди? Не исключено… даже наверняка. Но КАКИЕ люди? Если судить по фильмам и литературе, то хорошие парни — партизаны, сопротивленцы — прячутся именно по лесам. Однако, с другой стороны — и по горам тоже. А если это континент размером с Африку? «С револьвером по лесам» — название для книги…
Кроме всего прочего, Олег хотел есть. И сильно. В грибах и ягодах он разбирался, но пока не видел ничего, достойного внимания. Нет, надо будет пристальней приглядываться…
Олег поднял голову и обомлел. В десятке метров от него поляну пересекал медведь. На секунду у мальчишки возникло странное чувство нереальности происходящего. Словно во сне, мимо него вперевалку двигалась бурая туша, и Олег разглядывал свалявшуюся у брюха шерсть, порванное правое ухо, маленький добродушный глаз, слышал смешное похрюкивающее дыхание. Ему даже в голову не пришло взяться за револьвер — медведь показался вдвое больше, чем на самом деле.
Между тем бурый даже не обратил внимания на мальчика, застывшего у дуба. Лесной медведь не был склочным и плотоядным, как горный… Кусты еще долго трещали после того, как широкий мохнатый зад со смешным коротким хвостиком скрылся в них. И только тогда Олег перевел дух… а потом со всех ног рванул прочь, уже не колеблясь, куда бежать. На север — но только потому, что эта сторона была противоположной движению медведя…
…Опомнился он лишь когда споткнулся о рельс и, грохнувшись, понял, что лежит поперек железнодорожного пути. Два проржавевших рельса держались на редких трухлявых шпалах — рыжие от наполовину съевшей их ржи. Они уходили вправо и влево — одна-единственная колея посреди вплотную подступившего леса.
Грохнулся Олег крепенько. Вдобавок перепачкался в ржавчине — было больно и противно, а когда он встал, то сделалось еще и страшно. Пути, уходившие вправо и влево, навевали ужас звонкой тишиной, повисшей над ними. Олег шарахнулся через рельсы, прыгнул вниз с откоса, оказавшегося на другой стороне, покатился, не устояв на ногах, вскочил и почти с облегчением вломился в заросли. Перевел дух.
Он решил идти вдоль путей, не поднимаясь на насыпь. Железная дорога вела не совсем в нужном направлении, но все-таки. Олег поправил ремень с кобурой, сорвал травинку, сунул ее в зубы и зашагал низом, поглядывая время от времени вверх.
Первую свою ночь в лесу Олег запомнил навсегда. Так страшно ему не было, даже когда в дом начали ломиться неизвестные. И дело было не в темноте — темнота так и не настала, над миром взошел жуткий, разбухший диск, светили звезды, еще один спутник планеты — маленький и синий — быстро бежал над горизонтом на юге. Голову поднимать не хотелось — здешняя луна занимала едва ли не половину неба и давила почти физически.
Страх был растянут на всю темноту. С наступлением ночи лес зажил своей — непонятной и жуткой! — жизнью. Ожили кусты, деревья и трава. Словно лес был единым — и злым! — живым существом, окружившим мальчика со всех сторон.
Это был настоящий ДИКИЙ лес. И не было костра, не было палаток, не было рядом товарищей по походу.
Олег забрался на здоровенный дуб, как только начало темнеть. Ему повезло — на высоте примерно десяти метров сучья расходились венцом, образуя усыпанную листвой и трухой площадку шириной метра в два, на которой можно было даже вытянуться в рост. Тем не менее и тут Олег уснул очень нескоро. Несколько раз ему казалось, что кто-то лезет на дерево. Один раз на соседнем сучке в самом деле появилась смутная тень большой кошки, похожей на рысь. Впрочем, если это и была она, то напасть не решилась и исчезла, бесшумно ступая по веткам. А Олегу это добавило беспокойства. Он уже не выпускал из руки револьвера, мучаясь от страха и голода, вслушиваясь в ночь и не смея поглядеть на небо, тоже казавшееся враждебным…