Страница 21 из 23
– Меньше слов, милая, больше дела, – пресекла ее монолог Дриана, первой идя в атаку. Это был бой в царстве отражений: зеркальные выпады, зеркальная защита. Дриана словно билась против самой себя, яростно нападая и уходя в глухую оборону. Сколько он шел – кто ведает? Но он не вел ни к чему. Мозг атлантки работал независимо от рук, совершающих привычную нетрудную работу. Она неизменно возвращалась к видению Анаиры, изо дня в день пытающейся что-то сказать ей, предостеречь от какой-то ошибки. Удар – отскок, еще удар. Что же она пропустила в своих рассуждениях?
Вдруг ее затылка коснулось легкое дуновение ветерка. Рискуя оставить без прикрытия незащищенную спину, Дриана медленно завертела Нерену, стремясь увидеть творившееся сзади. Около Ноэля стояла полупрозрачная фигура молодой эльфийки, беззвучно открывавшей и закрывавшей рот.
– Громче, Анаира, я не слышу, – взмолилась Дриана, отступая к ней ближе. Неожиданно порыв ветра, словно сжалившись над несчастной, поднес дух королевы эльфов ближе.
– Добро не может быть с кулаками, запомни, – раздался тихий прерывающийся шепот. И все затихло, привидение вновь исчезло в неведомых далях смерти.
– И что? – издевательски расхохоталась Нерена, – Что тебе это дало?
Дриана молчала, бурно дыша полной грудью. Она собиралась рискнуть всем: своей жизнью, судьбой реальности, чтобы проверить правильность сумасбродного предположения.
– Действительно, – твердо произнесла она, направляя клинок в сторону Нерены, – Добро не может быть с кулаками. Оно защищается лишь силой своей убежденности в правильности выбора.
Лезвие слегка засеребрилось, словно подтверждая верность слов хозяйки. Нерена в смущении остановилась перед столь странной картиной покорности.
– Бей, подруга, – приказала Дриана, закрывая глаза, – И да направит Судьба твою руку.
Раздался резкий скрежет металла. Меч в руках Нерены сломался сам собою, а оставшийся зазубренный обломок, несмотря на все старания колдуньи, загибался вниз, целясь в беззащитную кожу. Вот он неправдоподобно быстро вошел в тело женщины. Та издала крик боли и рухнула на пол, обливаясь кровью.
– Вот и все, – устало сказала Дриана, подходя к остывающему трупу ближе, – Впору сказать: конец игры.
– Что дальше? – впервые заговорил Ноэль, – Куда нам идти дальше?
– Никуда, – Дриана задумчиво крутила между пальцев треугольник с запаянной каплей, – Нам больше некуда идти, не к чему стремиться, нечего ждать. Пришло время последнего дара Судьбы.
Она провела ногтем по бывшему ранее тверже алмаза стеклу. С легким треском призма развалилась ровно на три части, в каждой из которой блистала крошечная капелька жидкости.
– Пейте, – предложила Дриана и первой пригубила неведомый напиток. Обычная вода слегка охладила ее воспаленное от жажды небо. Мир медленно укутывала пелена темноты и безмолвия. С глотком перекидыша реальность исчезла, уступив место владениям мрака.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Тьма медленно расступалась перед путниками. Куда-то делись, будто растворившись во мраке, стены комнаты. Клубящиеся сумраки вместо неба низко пригибали головы к земле, давя на людей неизбежностью и безысходностью. Оборотень впервые слабо тявкнул, будто пробуя силу голоса в плотном мареве тишины. Едва слышный звук умер, так и не родившись, потерявшись в глотке зверя.
Неяркий зеленоватый свет озарил на мгновение замшелый валун с древней, полустертой руной – два перекрещивающихся круга, каждый из которых слегка наклонен по отношению друг к другу. На шероховатой поверхности камня линии неведомого создателя блистали ровной стороной среза. Где-то неподалеку удивленно вздохнул Ноэль.
Дриана нехотя, словно во сне подошла к алтарю безжалостной богини. Палец, помимо ее воли, совершил ритуальный обег старинного знака.
– И все же ты пришла, – коснулся ее слуха мягкий нечеловеческий говор.
– Да, Судьба, – гордо вскинув голову, прокричала в подступающую темноту атлантка, – Я прошла твои испытания. Мне ведомы твои планы, но я не позволю им осуществиться.
– Неужели? – иронично прохихикала невидимая собеседница, – Попробуй помешать мне.
– Я не в силах пресечь пути предназначения, – горько признала императрица, – Но зато в моей власти пустить тебя по кругу вечных ошибок.
– Каким образом? – поинтересовалась, было, с прежней язвительностью Судьба, но быстро опомнилась, – Пойми, я не враг тебе. Ты всегда была моей любимицей.
– Вот как? – громко, впрочем, без особого веселья, расхохоталась женщина, – Боюсь даже представить, как ты тогда обращаешься с недругами.
– Что я сделала тебе плохого? – с болью вопросила Судьба, – Я помогала тебе в гражданской войне, когда ты сражалась против Орланда, оберегала от опасностей. Естественно, я вправе была ожидать от тебя некоторой взаимности.
– Как смеешь ты сравнивать скудные благодеяния со всей мерой зла, что ты причинила мне, – гневно воскликнула Дриана, всей спиной чувствуя свою незащищенность, – Ты берегла меня для собственных целей, а когда я проявила своенравие – наказала меня, заключив в ад.
– Покорность – вот удел людей, – эхом отозвался мрак, – Я должна была доказать на твоем примере, что величайшее благо мира заключается в беспрекословном выполнении воли высших сил. Но ты ведь никогда не прислушиваешься к советам. Если бы ты только пошла по пути, намеченным мною для тебя, все было бы совсем по иному. Тебя бы не захватил Хозяин. Ты стала бы королевой эльфов, выйдя замуж за Орланда. Да, Леон бы погиб, ну и что из этого? Зато ты бы повелевала миром. В назначенный звездами срок, у тебя бы появился чудесный малыш, который сумел бы помочь мне в воцарении рая на земле.
– И в чем же заключается твой идеал мироустройства? – ехидно поддела противницу по спору Дриана, – Сборище недоразвитых слабоумных людишек, в век не сказавших слова поперек тебя? И это для тебя рай?
– А что в нем плохого? – недоуменно спросила Судьба, – Да, вы бы пожертвовали некоторой мерой свободы, но зато приобрели бы власть над смертью и жизнью, избавившись от войн, злобы, непонимания. Только улыбки вокруг, только счастье в домах. Тебе ведь самой в детстве недоставало родительской любви и привязанности. Ты знаешь, какое облегчение испытывает человек, когда дома его ждут родные с искренними улыбками на устах. А свобода выбора? Кому она в сущности нужна? Вы же часто выбираете неверный путь, за который расплачиваться приходиться не только вам, но и невинным жертвам вашей ошибки.
– Пусть так, – атлантка разговаривала с тьмой, с ужасам внимая ее рассуждения, ощущая их ложность, но не понимая, в чем она, – Да, люди часто делают глупости, но это Их глупости. Нас часто увлекают звезды, ведущие к пропасти, но зато по дороге к ней, мы осознаем СВОЮ уникальность. Знаешь, Судьба, а ведь я в какой-то степени даже благодарна твоим испытаниям. Если бы я не потеряла Леона, то никогда в жизни бы не поняла, как сильно его люблю. Смерть Эрика открыла мне глаза на настоящую цену дружбы. В твоем раю люди все равно были бы несчастны, потому что ты лишила их сравнения.
– Старая сказка про вселенское равновесие? – резко перебила ее собеседница, – Глупо, придумай что-нибудь поостроумней. Взаимосвязь двух понятий: тьмы и света, действия и бездействия, тишины и слова уже мне наскучила.
– А зря, – опровергла ее Дриана, с каждой фразой понимая, что стоит на верном пути, – Что-то ты заволновалась, Судьба, никак я попала по наиболее уязвимому месту?
– Нет! – злобно прошелестела темнота, – И сейчас я докажу тебе это. По-твоему, все в мире находится в теснейшей связи, и ничто не может происходить без веления человека? Значит, ты считаешь себя повелительницей судьбы? Ну что ж. День Креста показал на тебя, как на мать ребенка, способного изменить мир. Впрочем, при твоем приходе, реальность всегда претерпевала необратимые изменения. Но не о том речь. Ты пошла против меня, сохранив жизнь Леону. Последствием этого стал твой захват Хозяином. Тот мучительно, но безрезультатно пытался сделать тебя бесправной рабыней Орланда. Результатом подобной работы стал бы ваш совместный ребенок. Ты, как обычно, спутала все мои карты. Но дитя очень хотел появиться на свет. Он был уже сформировавшейся личностью с яркой индивидуальностью и потрясающей дорогой в жизни. Душа ведь не зависит от тела. Ты отказала ему в праве на существование. В таких случаях дети поступают в услужение какой-то третьей силе, о которой ничего не знаю даже я. Они не служат ни тьме, ни свету, только указывая путь заплутавшим странникам. Понимаешь, о чем речь?