Страница 54 из 60
Не давая скучать своей легкой сабельке, Карела принялась уворачиваться, отшатываясь в разные стороны и только иногда подставляла свой клинок, чтобы отразить скользящий удар. Мужчина сражался не просто умело, а великолепно. Но вот Карела повернула лошадь так, что на лицо девушки упал лунный свет. И противник вдруг дрогнул и отшатнулся. Он не испугался, нет. Он всего лишь удивился.
— О боги! Женщина! — услышала Карела его сдавленный вскрик.
— Легче тебе от этого не будет! — буркнула Карела, резко наклоняясь и пронзая мужчину точно так же, как совсем недавно проделала это с Таниусом.
Изрубленная кольчуга не спасла стражника. Выронив оружие, мужчина стал заваливаться набок и сам соскользнул с клинка под ноги лошади. Он упал вверх лицом, и Карела узнала его. Это был Домаран.
Что тут можно сказать? Случайность, чистая случайность. Дерзкой самоуверенной девчонке просто повезло, что куда более опытный боец позволил себе удивиться и поплатился за это. Что и говорить, везет частенько не тем, кто того заслуживает. Карела в этот день славно поморочила головы и людям, и тем, кто с небес зорко за ними следит, и непонятно было, чем она заслужила свою удачу.
День-то давно закончился, но ночная битва на караванной дороге была в разгаре. Поэтому Карела, окинув взглядом пестрое месиво, снова бросилась в самую гущу событий.
Тьма уже совершенно окутала бескрайнюю заморанскую степь, когда последний противник был повержен. Стихли воинственные кличи и звон палашей о кольчугу и клинки караванной стражи. Но так и не утихали беспокойные крики разбойников, ржание и топот лошадей, стоны раненых. Над растерзанным караваном плыли яростные проклятья, поминающие всех мыслимых и немыслимых богов и богинь. Карела внимательно оглядела себя, но, не обнаружив на своем настрадавшемся за последние несколько дней теле ни одной новой царапины, тихонько и с удовольствием послала слова благодарности Деркэто, своей новой надежной покровительнице. Из всех убытков обнаружилось лишь, что чей-то бойкий клинок взрезал широкое голенище ее непомерного сапога, наскоро подсунутого Кареле Ордо. Но сталь не коснулась кожи, поэтому событие не стоило и упоминания.
Разобравшись с собой, Карела быстро пошла вдоль каравана, оглядывая людей. Ей трудно было пока разобраться, кто есть кто. В ночной тьме разбойники Таниуса и рабы мало отличались друг от друга. Но все же Карела уразумела, что налет на караван Ардаруса стоил разбойничьей шайке гораздо меньше, нежели пришлось заплатить караванщикам. Из охранников отряда Домарана осталось в живых шесть или семь человек, и все они были ранены.
— Охранников — к невольникам! — распорядилась Карела, проходя мимо. Только миновав пленных, Карела вдруг сообразила, что мгновение назад она, кажется, отдала приказание самым что ни на есть командирским тоном. Получилось это у нее совершенно непроизвольно. Поняв, что никто не огрызнулся и не возмутился ей в ответ, она с любопытством оглянулась и увидела, как два бандита отволакивают стражников в конец каравана, где были собраны под охраной невольники Ардаруса.
— Неужели это сошло мне с рук? — недоверчиво усмехнулась она.
Спешить, однако, не стоило. Эти головорезы могут еще спохватиться. Не зря же Ордо стоило такого труда удержать их от расправы.
Помянув Ордо, Карела очень внимательно огляделась вокруг и поняла, что чернобородого здоровяка с серьгами в ушах нигде не было видно. Беспокойство охватило ее. Карела не могла пока в точности объяснить почему, но ей очень не хотелось бы сейчас отыскать в общем беспорядке его труп. Наверняка девушка просто хотела, чтобы крепкие руки Ордо были где-нибудь поблизости, но не желала признаваться в этом даже самой себе.
— Где Ордо? — обеспокоенно спросила она, узнав выскочившего прямо на нее худощавого, юркого мужчину в коротком полосатом халате без рукавов. Узкое лицо его напоминало какого-то грызуна, и Карела вспомнила, что видела его все время где-нибудь рядом с собой.
— Он там! — Мужчина махнул рукой в голову каравана. — Потрепали их там сильно. Кажется, наших дозорных… того… порубали…
— А Ордо? Он жив?
— Откуда я знаю? — ощерился разбойник. — Я ему не пастух!
— Слушай-ка, я еще не забыла, как ты лапал меня, когда Моранас поймал меня в балке! Могу напомнить! — Карела потянула саблю из ножен.
— Да что я-то?! — поспешно пробормотал разбойник. — Что я мог тогда против Моранаса? Там Ордо, там!
Ускорив шага, Карела поспешила в указанном направлении. Узколицый сначала остался на месте, а потом почему-то побежал следом за девушкой.
В голове каравана царило что-то невероятное. Вспоротые тюки брошены как попало. Несколько раненых лошадей, потерявших возможность двигаться и лежащих теперь поперек дороги, жалобно ржали, тянули шеи и взбрыкивали ногами, а у людей не было пока времени обратить внимание на несчастных животных и хотя бы прирезать их. Окровавленные трупы охранников Домарана и разбойников тоже пока не интересовали никого. Бандиты были заняты тем, что рылись в поклаже каравана, собирая ценности, а несколько человек раскладывали большой костер в стороне от дороги и сволакивали туда все лишнее, к коему относились ткани, безделушки, безнадежно поврежденные в битве вещи. В отдельную кучу сваливалось трофейное оружие, и было оно, как показалось Кареле даже на первый взгляд, очень неплохим. Видимо, Домаран был не просто бывалым, но и очень опытным воином, потому что на вооружение своего отряда явно не скупился, правильно понимая, от чего зависит его жизнь и жизнь его солдат. Но даже бывалым искусным воинам удача иногда изменяет. На этот раз удача перекинулась на сторону дерзкой шайки подвыпивших грабителей, и толковый умный командир караванной стражи лежит сейчас где-то на дороге со вспоротым животом.
Пристально вглядываясь в фигуры и лица разбойников, мелькавшие перед ней в сполохах огней, Карела наконец заметила широкую спину Ордо в самой гуще, среди нескольких изрубленных трупов. Рослый бородач стоял на коленях, скорчившись и прижав к лицу темную тряпку, какой-то красный платок. Другой рукой он опирался на плечо сидящему рядом бандиту. Тот выл в голос, обнимал свою рассеченную покалеченную руку и совершенно не обращал внимания на Ордо, у него просто не было сил, чтобы оттолкнуть чернобородого или послать его подальше.
— В чем дело, Ордо? — Карела присела рядом. — Что с тобой?
Разбойник вздрогнул и поднял голову, не отнимая руки от лица, и Карела поняла, что тряпица, которую Ордо крепко прижимал к лицу, была вовсе не красной. Это был бледно-желтый, почти белый платок, таким он и остался на кончиках. Красным он стал от крови Ордо.
— Что-нибудь серьезное? — спросила Карела, хотя и дураку было понятно, что дело серьезное. Такой здоровяк, как этот бородатый гигант, не стал бы корчиться от пустякового пореза.
— Мой глаз… — скрипнул зубами Ордо и снова уронил голову.
— Он получил удар клинком по лицу, — сказал узколицый разбойник за спиной Карелы. — Я видел издалека. Он один бился с четырьмя… На остальных тоже пришлось по паре охранников, и только Ордо да Лускун уцелели из всего дозора.
— Чтоб Нергал пожрал их кишки… — простонал Ордо. — Их оказалось слишком много для нас шестерых.
— Только не говори, что я тебя не предупреждала! — заявила Карела, глядя на кровавую тряпицу. Она напиталась кровью сверх всякой меры. Ордо в ответ на упрек только мотнул головой:
— Да, Карела. Да, Рыжий Ястреб… Признаю, что ты была права.
— Всегда стоит слушаться умных советов, даже если их дает женщина! — назидательно сказала Карела. Но пускаться в поучение было сейчас совсем не время: даже на коленях Ордо едва стоял.
— Эй ты, как тебя?… — Карела повернулась к узколицему.
— Абериус, — хмуро отозвался он.
— Ну-ка, дай что-нибудь для перевязки. Помягче и подлиннее. Да побыстрее! — тон Карелы был непререкаем.
Немного порывшись тут же в тюках, Абериус подал длинный воздушный шарф. Карела взяла его и подняла за подбородок голову Ордо.