Страница 25 из 55
– Ребята, в этом мире я не первый день, и по моему вы мне пудрите мозги. Мне говорили, что вы хороши и прочее… но в такое я никогда не поверю!
Ветал с Максом невольно улыбнулись – примерно такой реакции они и ожидали. Хотелось скорее приступить к делу и посмотреть, что из всего этого получится.
ГЛАВА 6
– Знание – страшная сила! Это штука круче стальных мышц и автомата Калашникова. Именно знание меняет мир, и это далеко не всем нравится. В темное средневековье знание даже считалось даром Дьявола!
Например, в Германии одного просвещенного священника отлучили от церкви и объявили еретиком за то, что он спроектировал и построил крепкий, хороший мост. Правоверный христианин не мог спроектировать мост. Он должен быть глуп, невежественен и необразован. Значит – в костер умника! Прикол в том, что латинское слово «патриарх» переводится, как «строитель мостов»!
– Про темное средневековье все знают. Посвежей прикол давай.
– Тогда про нарезное оружие. Оружейники были знакомы с нарезным оружием с 16 века. Идея проста: на внутреннюю поверхность ствола наносили ряд желобков, плавно закручивавшихся от казенной части до жерла и задававших пуле стремительное вращение.
Преимущества винтовки (а не мушкета) повергли в изумление первых стрелков из нее, словно по волшебству, их выстрелы вдруг стали гораздо точнее.
К волшебству и обратились в поисках объяснений. В тысяча пятьсот каком-то году баварский чернокнижник исчерпывающе объяснил эффект нарезов. На траекторию обычных пуль, заявил он, влияют демоны — мелкие бесенята, хорошо знакомые каждому промазавшему стрелку. А пуля из нарезного ружья летит по прямой, поскольку ни один демон не может удержаться на крутящемся предмете. В качестве доказательства чернокнижник указывал на небеса, вращающиеся вокруг Земли и свободные от демонов, — и на неподвижную Землю, кишевшую ими.
Как и многие гипотезы, основанные на вере в сверхъестественное и далекие от фундаментальной науки, эта теория спровоцировала обширную дискуссию. Оппоненты предложили иную — столь же правдоподобную — точку зрения: бесы, напротив, предпочитают именно вращающиеся тела. Наконец, гильдия стрелков города в центральной Германии решила поверить теорию практикой. Сначала по целям, находившимся на расстоянии 100 метров, из нарезных ружей было выпущено двадцать обычных свинцовых пуль. Затем из тех же ружей выстрелили двадцатью пулями, отлитыми из чистого серебра, трижды освященными и с маленьким крестиком на каждой. Из обычных пуль в цель попали девять, все освященные прошли мимо.
Сразу стало ясно: демоны предпочитают вращение. Церковные власти запретили в городе дьявольские нарезные ружья, горожане бросали их в костер на городской площади. Нам понятно, что серебро, в отличие от более мягкого свинца, недостаточно плотно «влипало» в желобки-нарезы. А может быть, нацарапанные крестики ухудшали устойчивость освященных пуль. В любом случае запрет на винтовки был скоро забыт охотниками.
– Забавно, а кто выдумал нарезы делать?
– Знаешь Агрис, тогда на Земле времена лихие были. Неизвестный гений решил себя не рекламировать – очень умное решение. Кстати, какое впечатление на тебя произвел самый передовой в мире Иглы поселок?
– Грязь и суета. Много грязи и суеты. В самом захолустье Варта намного более комфортней, чем в этом Хаосе! Люди вокруг – очень много людей, бесконечные повозки, грохот, железо. Нескончаемое железо!
– Это наш мир, Агрис. Наша магия измеряется и производится железом, это наша манна и наши руки. Мы проживем без топлива, без синтетики и информационных технологий, но когда закончится железная руда и сгниет весь металлолом – будет хреново. Очень хреново.
– Полимеры, пластмассы и прочее?
– Все они сделаны из нефти. Она скоро закончится. Станки, роботы и компьютеры сделаны из железа, когда всего этого не будет – наступит варварство. Древние греки были прекрасными войнами и инженерами, но у них закончилась медь. Пришли варвары с железным оружием, и они не могли им ничего противопоставить. Платон и Аристотель ушли в прошлое вместе с опустошенными медными рудниками их страны! Грустно?
– Варвары принесли новую эпоху, человечество сделало великий скачок вперед!
– Древним грекам от этого было не холодно не жарко. Им было плохо.
– И к чему ты это говоришь?
– Агрис, мы варвары. Мы даже хуже варваров – те хоть и были далекими, но «своими». В этот мир мы несем опасные знания, которые его изменят до основания. Тот, кто будет сопротивляться этому напору – уйдет в прошлое, как стала прошлым Древняя Греция, с ее великими учеными и просветителями.
– Железо создало Великую Римскую Империю. С ее гуманизмом и либерализмом – впервые в истории людей кормили, когда они не могли сами себя прокормить. «Хлеба и зрелищ!», это слова не раба, а электората!
– Хреновый посыл…
– Это смотря с какой точки зрения смотреть. Для раба, который кормил, одевал и развлекал «электорат», этот посыл был недосягаемой мечтой, к которой он стремился всеми своими силами. Для гражданина Рима – вполне нормальный посыл, а нам этого уже мало. Большего хочется!
Ветал окинул взглядом барак, где заседала троица. Работяги на соседних нарах рассматривали сны и до разговоров на непонятном языке им не было никакого дела. Сколоченные в два яруса, они делали барак похожим на камеру с ЗК на родной земле, вот только постояльцы от этого нисколько не страдали.
– Или взять наш поселок. Для нас этот долбанный барак – хуже не придумаешь. А для соседей, этот барак и работа – отличное место! Феодал по своей прихоти не может отправить их в волчью яму, не сгноит в темнице за непослушание. Голод тоже не грозит. Обильная пайка, зарплата и нормированная работа. Рабочие с Земли такие условия терпеть бы не стали – организовали профсоюз, организовали бы стачки и забастовки, в правительства письма писали. А эти всем довольны и хотят добавки!
– К хорошему человек быстро привыкает. Пройдет время и они захотят большего, такова человеческая природа.
– И правильно! И хорошо, что захотят! Пару лет назад они о таком и мечтать не могли, а скоро им надоест жить в бараке, они захотят отдельные домики. И они добьются домиков. Это не просто новый поселок с рабочими, это революция в жизненном укладе людей, общественных отношениях. Мы уже меняем мир.
– Людей кушать перестанут…
– До этого еще далеко. А вообще засиделись мы. Завтра важный день, а мы вместо сна сидим и тупо размышляем о высоких материях. Придет сюда Истинный орден, по другому заговорим…
– У нас все информационные модели на кремний записаны, скопировать на железо – пара минут.
– А обводка форм? Адаптировать модели для прессов товарищ Пушкин будет?
– Агрис поможет.
– Да ну нах! Агрис, ты поможешь?
– По моему, Агрис дрыхнет.
– Сразу видно – умный человек. Вместо бесполезной болтовни он выбрал здоровый сон.
– Только проснулась спящая красавица, как опять спать. Офигеть!
– То был не сон, а непонятно что. Давай тоже на боковую, день завтра на самом деле тяжелый…
В бараке стало тихо, лишь с улицы доносились редкие звуки, прошедшие через стены. Но не прошло и часа, как со смены вернулись уставшие рабочие. Новая смена с ленцой поднялась с коек, оделась и исчезла в дверях.
Как молодой побег травы, который умудрился пробиться через асфальт, и спешит, как можно скорее вырасти большим, так и поселок «Магнитка» не прекращал работу. Каждый миг, каждая минута, час и день давали ему больше шансов вырасти в полноценное растение.
– Макс, закончил гребни на шею?
– Нет еще, здесь форма хитрая… да гони этого придурка, хуля он на меня уставился?
– Забей на него. Быстрее давай – плечевые пластины скоро сдохнут. Ты схалтурил, тебе и заливать в них манну.
– Ну залей вместо меня!
– Щаз! У меня мечи. Там железо толстое, манна на прессе заканчивается быстро.