Страница 19 из 58
— Паина. Знаете такую?
По рядам девушек прошелестел изумленный ропот. Когда шум голосов умолк, амазонка, стоявшая впереди, ответила:
— Разумеется, знаем, но мы и без твоей помощи доберемся до места встречи.
— Встреча должна была состояться несколько дней назад, — продолжал Тайрад, — вас не было, вот Паина и попросила моих воинов разыскать хоть кого-нибудь.
— У нас были на это серьезные причины. — Девушка, по всей видимости, не особенно хотела иметь дело с гирканцем. — Мы все расскажем самой госпоже Паине.
— Дело ваше, — усмехнулся гирканец, покосившись на своих воинов, которые просто пожирали глазами стоявших перед ними обнаженных девушек: столько красавиц они, пожалуй, в своей жизни не видели ни разу, даже на невольничьих рынках.
— Ладно, — махнул плетью Тайрад. — Значит, сами доберетесь до места встречи?
— Не беспокойся, — вызывающе усмехнулась амазонка, — здесь мы знаем каждый камень.
— То-то оно и видно, — не удержался от язвительного замечания гирканец. — Ну что ж, можете идти. — Он съехал с тропы под слитный грустный вздох своих товарищей. — Но у меня есть к вам один вопрос, — обратился он к девушке, которая, судя по всему, была старшей.
— Что еще? — довольно злобно спросила она.
— Вам не попадался на пути мой товарищ? Или, может быть, вы что-нибудь знаете о нем?
— Какой еще товарищ?
— Высокий, черноволосый такой, сильный…
— Нет, — отрезала девушка, но гирканец по неуловимому движению ее глаз догадался, что амазонка лжет.
Он сурово взглянул на ее подруг. Многие смущенно опустили глаза.
— Постой! — Тайрад направил коня прямо на первую девушку. — Лгать ни к чему. Вы расскажете мне все, что знаете, или я вытряхну это из вас силой.
Его товарищи при этих словах угрожающе подняли луки.
— Ну! — Юноша перегнулся через круп коня и схватил ближайшую к нему девушку за волосы. — Будешь говорить?
Амазонкам ничего не оставалось, как поведать гирканцам обо всем, что произошло в подземелье колдуна.
— Так вы сбросили его вниз? — переспросил Тайрад, вне себя от бешенства.
Девушки, шумно выдохнув, нехотя закивали.
— Ты, ты и ты… — Гирканец плетью отделил нескольких амазонок от подруг. — Поедете с нами на то место. Если с киммерийцем что-нибудь случилось, то, клянусь ордой Черепахи, я вас тут же и вздерну на ближайшем суку. Остальные убирайтесь с моих глаз! Он бросил одну из девушек в седло впереди себя.
Она не сопротивлялась, осознавая свою вину. Несколько воинов последовали примеру своего командира, и весь отряд поскакал по тропе.
— Показывай, куда ехать, змея! — Тайрад стиснул плечо пленницы. — И моли богов, чтобы мой друг был жив!
Варвар услышал вдалеке приближавшийся конский топот и, соблюдая осторожность, покинул тропу, поднялся чуть вверх по склону холма и укрылся в зарослях. Увидев несколько десятков всадников, галопом мчавшихся мимо него, киммериец еще глубже вжался в траву, чтобы не выдать своего присутствия, но, разглядев среди них знакомое лицо, вскочил:
— Тайрад! Стой!
Всадники осадили коней, и передний, соскочив с седла, бросился к нему:
— Конан! Ты жив?!
— А что мне сделается? — усмехнулся варвар, обнимая товарища. — Я вижу, ты уже начинаешь завязывать знакомства. — Он указал на девушку, застывшую на крупе лошади и с ужасом глядевшую на него, словно перед ней стоял призрак.
— Ты оказался совершенно прав, — шепнул ему гирканец и заговорщицки подмигнул. — Дела уже идут как надо!
— Молодец! — захохотал Конан, хлопнув его по плечу. — А за ними, — он показал на девушек, — кто-то пришел?
— Конечно. Уже несколько дней здесь встали лагерем амазонки, — ответил гирканец, — а этих мы встретили только что!
— Понятно, — протянул варвар и вдруг скроил свирепую мину. — Пожалуй, прежде чем приниматься за серьезное дело, придется кое с кем посчитаться. И я даже знаю, с кого начать! Она мне хорошо знакома, вот эта, зеленоглазая. — Он указал на амазонку, сидевшую в седле Тайрада.
Девушка побледнела так, что это было заметно даже под покрывавшим ее кожу слоем загара и грязи.
Наказание вряд ли было для нее чем-то необычным, поскольку воспитание амазонок не отличалось особой мягкостью, но чтобы ее осмелился отхлестать плетью мужчина! Низшее существо, годное исключительно для продолжения рода их славного племени…
Вынести такое она не могла! Конечно, только что они были пленницами двуногого самца, но тут совсем другое дело: тот все-таки был колдуном, а к волшбе амазонки относились со смешанным чувством уважения и страха. Пленница Тайрада сжала кулачки, готовая на все.
— Ты пожалеешь об этом! — выкрикнула она. — Никто не имеет права трогать нас здесь!
— А бросать человека в пропасть, значит, вы право имели? — приближаясь к ней, рявкнул киммериец. — Дай-ка мне плетку, Тайрад!
— Ингер, беги! — крикнул кто-то из девушек.
— Пусти! — взвизгнула амазонка и, спрыгнув с коня, метнулась в сторону, однако двое всадников, быстро спешившись, схватили ее и, не обращая внимания на ее попытки освободиться, подвели к варвару.
Остальные девушки, не в силах помочь подруге, молча наблюдали, удерживаемые крепкими руками гирканцев.
Амазонка тяжело дышала, с ненавистью глядя на киммерийца, который, ухмыляясь, внимательно разглядывал ее с головы до кончиков пальцев на ногах.
— Ну что, начнем, пожалуй? — поигрывая плеткой, усмехнулся варвар и посмотрел на Тайрада.
— Нет! — Девушка с новой силой принялась вырываться.
Соплеменники Тайрада были не слабыми мужчинами, но даже они с трудом удерживали разъяренную амазонку.
— Помолчи! — гаркнул Конан, с усмешкой продолжая разглядывать обнаженную молоденькую девушку.
Он понимающе подмигнул гирканцам, державшим ее: варвар прекрасно видел, какая буря бушует в душе каждого из них. Подруги несчастной амазонки продолжали рваться из крепких мужских объятий, пытаясь прийти ей на помощь, но степняки не ослабляли хватки.
— Поверните ее спиной ко мне! — скомандовал киммериец. — Она должна понести наказание!
Гирканцы выполнили его приказ, но Конан почему-то медлил, пристально глядя на Тайрада.
— Может быть, простишь ее? — понял, наконец, его намек гирканец. — Демон затуманил мозги этим женщинам.
— Ты думаешь? — недоверчиво спросил варвар. — Раз вмешался демон, я вполне могу исправить положение. — Он медленно направился к обреченной пленнице, занося руку с плетью и примеряясь для удара.
Девушка не могла видеть его, но почти одновременный вскрик подруг заставил ее вздрогнуть.
— Подожди! — Поняв теперь все, уже уверенным голосом остановил его Тайрад. — Все мы совершаем ошибки, но их можно исправить и не так болезненно. Я прошу тебя простить этих неразумных девчонок.
— Ладно, — остановившись, как бы нехотя буркнул Конан. — Только ради нашей дружбы… Да и жалко, конечно, такую кожу портить… Пусть благодарят Крома и тебя, гирканец. Так и быть, прощаю.
Во взглядах девушек, направленных на Тайрада, можно было прочесть благодарность и даже, как это ни странно, что-то похожее на уважение.
— Раб тянется к доброму надсмотрщику, — тихо шепнул юноше киммериец. — Не упусти возможности, парень!
Когда отряд вернулся к месту стоянки, молодые амазонки, прибывшие ранее, уже оделись в обычное платье женщин этого племени и почти ничем не отличались от соплеменниц. В лагере воительниц, впрочем, как и у гирканцев, царил порядок: каждый занимался своим делом, и встречать возвратившихся вышла только Паина, предупрежденная дозорными. Она ничуть не удивилась, увидев варвара, и на ее суровом лице не дрогнул ни один мускул, когда она сухо кивнула ему, будто последний раз они виделись сегодня утром или, в крайнем случае, вчера вечером.
— Здравствуй, Паина! — спрыгивая с коня, приветствовал ее киммериец. — Рад тебя видеть в добром здравии. Слышал краем уха, что в ваших краях опять какие-то беспорядки? — Он внимательно смотрел на амазонку, ожидая ответа.