Страница 67 из 78
Грозная гримаса повела брови Попса к переносице.
– Чушь, – сказал он. – Покончим с этим. Давай, сынок, – он начал совать Морису деньги, которые держал в руках. – Никогда тебе ничего не давал, потому что не верил, что тебе это поможет. Ты честный человек. С такими деньгами дела у тебя и твоей глупой жены пойдут получше.
С минуту Морис осознавал происходящее, а потом попытался оттолкнуть деньги.
– Берил – хорошая, – сказал он с усилием. – Жизненные ценности… Они у нас с ней одинаковые. Мы не ждем дармовых благ.
Попс опять протянул Морису пачку денег.
– Это твое по праву. И больше я не желаю об этом слышать.
Раздались всхлипы. Это плакала Эмма. Прижимая к носу платок, она улыбнулась сквозь слезы, текшие по лицу, и сказала:
– Возьми, Морис. Мы с дедушкой очень хотим, чтобы ты взял их.
Попс перебирал банкноты в ящике, как карточки в картотеке, словно не зная точно, что ищет.
– Надоело мне это место, – пробормотал он. – Слишком долго я тут торчал. Пора его продавать.
– Что? – Тобиас рассмеялся. – Старый ты дьявол! Насовал мне палок в колеса, а теперь хочешь смыться?
– Куда бы ты поехала, Эмма? – спросил Попс, словно и не слыша Тобиаса. – Все еще хочешь на Аляску?
Эмма все плакала, поэтому она только кивнула в ответ. Вздохнув с облегчением, Попс вытащил из ящика еще одну пачку денег.
– Сначала Аляска. А потом мы отправимся в кругосветное путешествие.
Тобиас поставил локти на стол.
– Ты мне ничего не скажешь, а?
– Нет, – коротко ответил Попс. – Нечего сказать. Что у вас с Перис?
Перис почувствовала, что отец и Эмма смотрят на нее. Она же смотрела на свои руки, лежащие на коленях.
– Ну, – громко сказал Попс. – Я задал тебе достаточно простой вопрос, молодой Квинн. Каковы твои намерения в отношении моей внучки? Должны же мы знать, Морис?
– Я думаю, Перис достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения, – сказал Морис отнюдь не безразличным тоном.
– Перис, – обратился к ней Тобиас, и когда она подняла на него глаза, спросил: – Что у нас с тобой?
Перис сильно покраснела, а Тобиас усмехнулся и через стол протянул к ней руку. Перис нерешительно коснулась его ладони кончиками пальцев.
– Черт их разберет, – проворчал Попс. – Черт разберет, что у этой молодежи на уме.
– Что у нас, Перис?
Перис вздохнула и сказала, склонив голову как бы в поклоне:
– У меня самые честные намерения.
– Кто их разберет? – пробормотал Попс.
– Маленькие синие птички и тыквы? – предложил Тобиас. Он смотрел на нее совершенно серьезно.
Сердце Перис замерло.
– Не знаю. Может быть, лучше индейку?
– Да? – разочарованно спросил Тобиас.
– Посмотрим.
Попс бросил пачку долларов и, подойдя к жене, обнял ее.
– По мне, странное что-то они говорят. Но, наверное, друг друга они понимают, Эмма.
Морис накрыл руку Перис своей огрубевшей от работы рукой.
– Что бы ты ни решила, мы с Берил все примем. Что хорошо для тебя, хорошо и для нас, Перис, – он взглянул на Тобиаса. – Не ошибись на этот раз.
– Пусть этот дом станет свадебным подарком для вас, – заговорил Попс, опуская кулак на розовую поверхность стола. – Вот так. Это лучший подарок от меня, а?
Перис не осмелилась поднять глаза на Тобиаса, услышав его вздох.
– Сначала, Эмма, на Аляску. А потом посмотрим весь мир. Лучше сделать это сейчас, пока я еще достаточно молод, чтобы получить от путешествия удовольствие.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
– Ну, – сказал Найджел; прислонившись к пассажирской дверце джипа, он наблюдал, как Тобиас ведет машину. – Нас здесь как раз четверо. Мы с Синтией просто умираем от любопытства, что там произошло у Попса?
В фургоне передвижной радиостанции они заехали аж в Эверетт, к северу от Сиэтла, где Тобиас оставил свою машину. Тобиасу хотелось, чтобы рядом с ним сидела Перис, а Синтии бы лучше и вообще не было. Но, пока он не довезет Синтию с Найджелом до дома, приходилось мириться с тем, что есть.
– Рассказывай, – теребил его Найджел. – Вы оба и двух слов не сказали с тех пор, как вышли оттуда. Старик как, на смертном одре или нет?
– С Попсом все будет в порядке, – сказала Перис.
– Куда вас двоих отвезти? – спросил Тобиас.
– Ко мне, – потребовала Синтия. – Нам с Перис надо поговорить.
– Я имел в виду, тебя и Найджела, – Тобиас перестроился в левый ряд и прибавил скорость. – К тебе так к тебе. У нас с Перис свои планы.
Тобиас почувствовал, как разозлилась Синтия, и это неожиданно обрадовало его.
– Так и быть, отвези Синтию домой, – сказал Найджел совершенно спокойно. – А я вернусь в офис, мне надо закончить кое-какую работу. Из-за этой увеселительной прогулки я отложил дела.
Во второй раз за этот день Тобиас испытал благодарность к своему сводному брату.
Тобиас не мог поделиться с Перис своими мыслями, но он намеренно отвез сначала Найджела в офис на улицу Стюарт, а потом вернулся к дому Синтии. Вчера вечером Перис говорила о том, что Вивиан Эстесс надела на вечер у Астора Бэркена копию ее ожерелья. Почти в той же фразе, и вряд ли случайно она обмолвилась, что ходят слухи, будто его с Вивиан связывает нечто большее, чем просто знакомство.
Когда же Тобиас напрямую спросил, не Синтия ли выдвинула предположение, что так или иначе не без его помощи у Вивиан появилось это ожерелье, Перис втянула голову в плечи и перевела разговор на другую тему.
Чтобы упредить все попытки Синтии навредить им с Перис, лучше всего пойти на открытую конфронтацию с Синтией в присутствии Перис.
Когда Тобиас возвестил о своем намерении «проводить Синтию до дверей, чтобы с ней ничего не случилось по дороге», Перис весело улыбнулась. Синтия показала ей кулак и первая вошла в дом. У дверей лифта она обернулась к ним:
– Вовсе необязательно подниматься со мной.
– Нам надо, – ответила Перис.
– Нам надо, – повторил Тобиас вслед за ней. – Синтия, мы так долго были врагами. Почему бы не закопать топор войны?
Лифт нес их вверх, а Синтия, нервничая, покусывала остренькими зубками нижнюю губу.
У ее двери лежала длинная коробка из цветочного магазина. Синтия ахнула, подхватила коробку и, разглядывая сквозь целлофановую крышку желтые розы, вошла вместе с Тобиасом и Перис в квартиру, которую занимала после развода.
Тобиас раньше здесь не был. И больше не собирался сюда приходить.
Розы рассеяли нервозность Синтии.
– Помоги мне поставить их в воду, – губки Синтии изогнулись в самодовольной улыбке. – Нам всем надо немного выпить. Сделаешь одолжение, Тоби? – Она зашагала в кухню, которой, судя по царившему там идеальному порядку, никогда не пользовалась, держа коробку, как ребенка, на сгибе руки.
– Вино в холодильнике, – пропела она. – Но сначала достань вон ту хрустальную вазу, дорогой.
Тобиас стиснул зубы. Ей удалось eго задеть. И вдвойне удалось, если она хотела показать Перис, что еще может командовать им.
Перис принесла высокую тяжелую вазу, на которую указала Синтия, и налила туда воды. Тобиас не стал доставать вино.
– Мы хотели поговорить с тобой об ожерелье, в котором Вивиан была у Астора Бэркена, – он присел на низкий столик под висящим на стене телефоном. – У Перис сложилось мнение, что мое имя когда-то было связано с именем Вивиан. Ты что-нибудь об этом знаешь?
– С чего ты взял? – Синтия, избегая смотреть на них, откинула волосы с лица. Она вынула розы из коробки и положила их на столешницу из черного мрамора рядом с раковиной, достала ножницы из ящичка с металлической отделкой и принялась подрезать концы стеблей.
– То есть до тебя никогда не доходили слухи обо мне и Вивиан?
– Никогда, – отрезала Синтия и уронила цветок в воду.
Тобиас заметил, что она не показала никакого интереса к конверту, приложенному к такому недешевому подарку.
– А ты не хочешь прочесть записку?